Стихотворения и поэмы

Шагов не сдержать... Лошади встречные

Встают на дыбы... Путь на углах

Ломается, новой тревогой отмечен.

И грозны шаги! Как приказ, каждый шаг.

Им лавки внимают, дрожа. Тревога

Одни закрыла уже на засов,

Другие прикрылись именем бога —

В шагах им слышится скрежет зубов...

Из улицы в улицу! Грозная лава

Клокочет. Никто не прячет лица.

Врываются в оружейные лавки:

«Клянитесь! Клянитесь идти до конца!»

2

Ломаются, стонут стекла... Нужен

Хлеб!.. И уж кто-то сраженный лежит...

И каждый кулак окован оружием,

И всадник сраженного сторожит.

Улица кашляет пулями, оловом,

И припадают люди к земле.

Бегут от погони. Прячут головы.

А сабли, сверкая, свищут всё злей.

Красное с черным, черное с красным:

Знамя упало,

Знамя в грязи!

Кто-то зовет, презирая опасность,

Кто-то хрипит,

Кто-то грозит.

Смерть изо ртов!

Со лбов кровь!

А над мятежом бесстрастное небо.

И в каждом взгляде тревожная дробь:

«Мы хлеба хотим! Мы хотим хлеба!»

1923

Перевод А. Корчагина

«Сегодня ночью…»

* * *

Сегодня ночью,

Сегодня ночью

За радостной песней

Вдаль, в никуда

Ушли поезда,

Ушли поезда...

В кровавое поле

Уводит шлях.

Косят, молотят

Хлеб на полях.

Чистят скребницей

Мир молодой.

Радость родится

Скирда за скирдой.

Радость растет —

За скирдою скирда...

За радостной песней

Ушли поезда —

Вдаль в никуда,

Не оставив следа.

Ушел последний,

Ревя и воя,

А первый вернулся

С песнями боя —

Сегодня ночью,

Сегодня ночью!..

Возьми мое сердце, ветер!

В ночи

Последним поездом

Вдаль умчи!

Взбегай на крыши,

Взлетай с площадей,

Взметайся выше,

Глашатай людей...

Ни ливня лавина,

Ни дробный град

Землю к расстрелу

Не приговорят.

И люди останутся зреть,

И зверье...

На шею, ветер,

Сердце мое

Повесь, точно колокол.

В час ночной

Прыгай по крышам,

Звони и пой!

Последний поезд

Рискни догнать...

К серебряным рельсам

Пришла моя мать,—

Но где-то вдали,

Пары распустив,

Смеется сверкающий

Локомотив

Сегодня ночью,

Сегодня ночью!..

Эй вы, города!

Всё вам — чем богат:

И душу, и бога,

И сердца набат.

Бросайтесь, берите!

При свете дня

На белом снегу

Освежуйте меня

И мною насытьтесь...

Пустой состав

Притащил паровоз,—

Охрип, устал,

Ничего не привез

Сегодня ночью,

Сегодня ночью!..

Сегодня ночью,

Сегодня ночью

Испуганный мир

Видел воочью,

Как поезд кровью

Приветствовал нас:

— Слушайте, люди,

Призыв и приказ!

Берите пилы,

Идите пилить.

Идите пилить —

Землю делить!

Земля покрыта

Коричневой цвелью.

Добудьте весну

Из подземелья!

Землю пилите

Скорей на куски.

В ход зубы пустите

И кулаки.

Добудьте весну —

Разом, все вместе! —

С корнем, с гнездом,

С материнским местом.

Кромсайте ее,

Рубите, режьте,

И сок ее пейте,

И тело ешьте!

Глядите:

В огне

Золотая скирда,

Бесплодна высь,

Ядовита вода...

Берите же пилы,

Идите пилить.

Идите пилить—

Землю делить!

Бегите!

Набросьтесь с пяти сторон!

Мир изранен, избит, изъязвлен

Сегодня ночью,

Сегодня ночью...

1923

Перевод Д. Маркиша

ПАРИЖСКИЕ УЛИЦЫ

ПАРИЖСКИЕ УЛИЦЫ

1

Земля вздыхает. В купола и трубы

Уткнись, туман, и кровли опьяни:

Над ними, как ощеренные зубы,

Парижские кровавые огни.

О, челюсти нужды и голоданий,

О, безутешный плач рассветных ланей!

Твою печаль во мраке узнаю,

Несу ее в душе, как смерть свою.

Ночной Париж, холодные ночлеги,

И сердце на расхлябанной телеге,

Многоэтажных алчностей прилив!

Лакай абсент и до безумья пьянствуй,

Среди манящих звезд бесцельно странствуй:

Ручей иссяк, тоски не утолив!

1923

Перевод А. Голембы

2

Булыжник говорит с поэтом пришлым,

Как душно небесам, как зной свинцов!

На жалких костылях, подобных дышлам,

Влачится сердце к перепутью снов.

Пустых небес фарфоровые дебри,

Такси плывут, как дьяволы, во тьму,

День чинно выступает в «марш-фюнебре»^[4].

Грянь, фрейлехс^[5], грянь! Чуму на вас, чуму!

А рядом — смерть. Вокзальная платформа,

Где красный крест и запах хлороформа,

Созвездий семафорных фейерверк.

О, госпиталь святой парижской боли!

Коричневый фургон! Не всё равно ли,

Что нынче — понедельник иль четверг!

1923

Перевод А. Голембы

3

Совокупляйтесь, туши паровозов,

Чудовища мазутной наготы, —

Пар вашей спермы яростен и розов,

Утробный смех колышет животы!

Скелетов гуттаперчевые бедра,

Горячечных гранитов толчея, —

Топчите душу радостно и бодро,

Давите — вот она, душа моя!

Чума и фрейлехс! Аисты — откуда?!

Тысячеглазье окон! Кровель груда —

И мостовой становится теплей

От прокатившейся телеги. Жесткий

Гудит булыжник. Сердце к перекрестку

Волочится на паре костылей.

1923

Перевод А. Голембы

4

Здесь душно небу от земного быта!

Сюда приносят ветры запах жита,

А в их дыханье — сонм ночных чудес,

Зубовный скрежет, поступь «Марсельез»…

Стальные шумы, вывесок миганья,

Выстраивайтесь на поверку, зданья!

Толпитесь, улицы, по всем углам,

Разинув рты назойливых реклам!

Вздымайте в небеса дома шальные