Книга побед. Чудеса судьбы истории Тимура
Книга побед. Чудеса судьбы истории Тимура читать книгу онлайн
В судьбах великих полководцев и завоевателей всегда найдутся противоречия и тайны, способные веками питать сомнения потомков, будоражить воображение историков и требовать все новых и новых компромиссов.
Тимур, Тамерлан, Великий Хромец (1336—1405) – ярчайшее и едва ли не самое характерное тому подтверждение. Его восхождение к власти, военные походы и правление – квинтэссенция противоречий. С одной стороны, неизменное внимание к наукам и ученым, покровительство искусствам, стремление к прекрасному, а с другой – жестокость, такая яростная, что отметает всякую мысль о способности проявлять милосердие.
В чем сомнений нет, так это в гениальности Тамерлана как полководца и военного организатора. В этом вопросе компромисс не нужен – историки единодушны. Только гений умеет сплотить вокруг себя безоговорочно преданных людей, создать ядро, которое, как магнит, притягивает и удерживает в своей орбите народы, не важно каких корней и веры. Так создавал свою империю Чингисхан – кумир Тамерлана и образец для подражания.
Армия Тимура не знала себе равных на полях сражений, хотя его противниками были отнюдь не «мальчики для битья». И хан Золотой Орды Тохтамыш, разоривший Москву, и султан Баязид I Молниеносный, который за несколько лет увеличил владения Османской империи более чем в два раза, оба пали под ударами орд Тамерлана. А империя, созданная им, продержалась несколько веков.
Но все-таки вопрос не снят. Так кто же он – Тамерлан? Историки так и не достигли компромисса. Одни считают его исчадием ада, другие оправдывают, подгоняя под расхожую формулу «сына своей эпохи»… Пусть спорят историки!
А для нас – Тимур Хромой, как и всякий гений, не нуждается в оправданиях. Сам он считал, что действует по распоряжению Высших Сил: «Не ведающий себе равного Бог, являющийся хозяином непостоянной судьбы, вложил в мои руки узду, чтобы я мог управлять движением царств сего мира». И, веря в свое предназначение, он вступил в борьбу за власть с отрядом из трехсот воинов и поднялся до вершины – стал Грозой Востока и Запада, не проиграл ни одного сражения. И этим навсегда вписал свое имя в Историю…
«Автобиография Тимура», «Богатырские сказания о Чингисхане и Аксак-Темире» и «Уложения Тамерлана» – три уникальных письменных источника, повествующих о жизни непобедимого полководца чьи завоевания перекроили карту мира и изменили ход истории для значительной части земли. «Моим детям, счастливым завоевателям государств, моим потомкам – великим повелителям мира»,– с этих слов начинается знаменитый свод законов Тимура – «Уложения Тамерлана». Великому эмиру было что рассказать о себе и огромном мире, созданном целиком его собственными усилиями, ведь он не только завоевывал и разрушал, но и строил; обладал не только мужеством воина и талантом полководца, но и мудростью правителя. Именно поэтому его называют «последним великим завоевателем в истории», который сумел собрать силой оружия величайшее государство в мире, удержать его и передать потомкам.
Электронная публикация включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Скоро я получил весть об их неудачах. Бежавшие амиры были очень смущены своим поражением. На пути они встретили только Кепек-Тимур-богадура, главу амиров Джете, бились с ним, потерпели неудачу, бежали и поодиночке вернулись ко мне. Я собрал рассеявшихся воинов, двинулся в сторону Балха и остановился на берегу реки Джайхун. В этом месте ко мне присоединилось много богадуров: Кепек-хан, Туман и Ильчи-Бугай-Сальдур с большим количеством воинов пришли ко мне.
К нам пришла весть, что войска Джете взяли и разграбили несколько городов. Встревоженный этим, я переправился через реку Джайхун. В это время я получил известие из Самарканда, что туда тоже явились враги. В Самарканде не было крепости; жители перегородили улицы и, укрепившись таким образом, ждали, что я с моими воинами приду к ним на выручку. Я немедленно двинулся к Самарканду с тысячью всадников. По дороге до нас дошли еще более печальные вести: неприятель со всех сторон обложил Самарканд; там стоял жестокий холод и свирепствовала моровая язва.
Я двинулся быстрее и нашел жителей Самарканда в самом ужасном состоянии. Я не стал сам много заниматься Самаркандом, а оставил там для боев с войсками Джете амира Джагуй-Барласа, амира Сайф-эд-дина Никудерийского, Ак-Буга, Ильчи-Бугай-Сальдура, а сам отправился в сторону Баклана. Туда ко мне явился и амир Хусайн. Из Баклана я перешел в Карши, чтобы там провести зиму. Я решил дать отдых всем своим воинам: распустил их по домам и приказал вновь собраться ко мне на будущую весну к празднику Науруз [172].
Город Карши носил также название Кепек-хан-магмурассы [173]; я распорядился построить вокруг города стену и укрепить ее; построил внутри города много красивых зданий [174]. Наступила весна. Я собрал своих воинов и, посовещавшись с амиром Хусайном, направился к Самарканду. Вблизи Самарканда мы разбили палатки и расположились большим станом.
Амир Хусайн был вместе со мной, но втайне он завидовал моим успехам в боях; поэтому, когда я собирался идти на Самарканд, амир Хусайн вдруг стал взыскивать с моих амиров все, что они истратили, хотя всю дань амиры тратили на воинов. Этот поступок амира Хусайна так возмутил меня, что в припадке гнева я хотел убить его; но в это время мне пришел на память аят из Корана:
«Старайтесь заслужить прощение Аллаха и обладание раем, обширным, как небеса, и назначенным тем, которые боятся Аллаха, тем, которые дают милостыню как при достатке, так и при нужде, которые умеют укрощать гнев свой и которые прощают людям, их оскорбляющим» (Коран, III сура, 127 и 128 аят).
И я отказался от своего злого умысла.
Я послал письмо амиру Хусайну, высказал, что не нахожу ничего предосудительного в том, что он добивается получения своей доли добычи, и послал ему верблюдов и коней. Моя жена, сестра амира Хусайна, Аль-Джой Туркан-ага, послала брату в подарок много скота, имущества и драгоценности; амир Хусайн все это взял с жадностью. Я послал ему много денег, он тоже все их взял, не зная предела своим желаниям; он оставался все время недоволен тем, что имеет. Мои амиры ненавидели амира Хусайна за такую жадность и скупость.
Когда войска Джете нападали на города Мавераннахра, амиры истратили много денег, чтобы привести в порядок крепости перед приходом врагов. Амир Хусайн из скупости несправедливо обвинил некоторых амиров в излишних тратах; они доказывали свою правоту, ссылаясь на мой приказ о постройке крепостей.
Во время борьбы с воинами Джете амир Хусайн из корысти притеснял многих жителей Самарканда. Поступки амира Хусайна вызывали страшное негодование жителей Самарканда; жители старались всячески настроить меня против амира Хусайна, я же всеми силами старался не нарушать правил дружбы по отношению к родичам.
В то же время враги амира Хусайна настроили против него некоторых его богадуров и направили их ко мне. Я несколько раз приказывал им возвратиться к амиру Хусайну и повиноваться ему, но они меня не послушались. Я написал амиру Хусайну и просил его простить этих изменников и взять их к себе; амир Хусайн на мое предложение не согласился.
Амир Муса и Али-Дервиш-Джалаир, зять, но враг амира Хусайна, всячески старались утвердить во мне вражду к нему: они написали письмо, что намереваются убить амира Хусайна. Мои враги, желая повредить мне, написали амиру Хусайну подложное письмо от имени моей жены, где сообщалось, будто я замышляю убить амира Хусайна.
Он прислал мне это письмо, но я сейчас же дал ему знать, что это письмо подложно. Я желал еще убедительнее доказать амиру Хусайну, что не питаю к нему зла, и послал к нему амира Мусу и Али-Дервиш-Джалаира, но они по дороге бежали в сторону Ходжента.
Бегство двух амиров, кажется, должно было окончательно убедить амира Хусайна в подложности письма, будто бы посланного ему моей женой, но амир Хусайн не придал ровно никакого значения и этому доводу; я все более и более убеждался, что он восстановлен против меня и желает мне только зла.
Я продолжал все-таки по-дружески относиться к амиру Хусайну; однако я спросил однажды амира Шир-Баграма, что он думает об отношении ко мне амира Хусайна. Тот откровенно отвечал: для него не подлежит никакому сомнению – амир Хусайн из зависти желает мне зла. Я просил Шир-Баграма привести мне доказательства в пользу его мнения.
Удостовериться в искренности амира Хусайна, ответил Шир-Баграм, очень легко.
Если амир Хусайн расположен ко мне, он должен милостиво отнестись и к тому, кто служит у меня; нужно написать амиру Хусайну просьбу о прощении всех, кто раньше служил амиру Хусайну, а теперь служит мне; если амир милостиво отнесется к просьбе о прощении, значит, и ко мне он дружески расположен; если, наоборот, он не помилует тех, кто обращался к нему с просьбой, значит, он и мне желает зла.
Сказано – сделано: сам Шир-Баграм и некоторые другие амиры написали просьбу о прощении и послали ее амиру Хусайну. Тот разорвал просьбу и сказал, что он не только никогда не согласится простить изменников, но и от души рад был бы их истребить.
Когда мне сообщили про эти слова амира Хусайна, я решил покончить с ним и тотчас же послал Шир-Баграма и Адиль-богадура в область Джилян, чтобы они собрали там и привели ко мне воинов. Шир-Баграм собрал много богадуров и укрепился в Сатруни и Каите [176]. В это время амир Хусайн стал льстивыми посулами склонять Шир-Баграма изменить мне и вновь перейти на службу к нему. Амир Хусайн в конце концов добился своего. Когда я узнал об измене Шир-Баграма, я написал ему такое письмо:
«Презренный! Ты сам поссорил меня с амиром Хусайном, ты зажег огонь, от которого сам сгоришь и будешь растоптан».
Так в конце концов и случилось. После этого я послал к Ходженту Аббас-богадура и амира Джагуй-Барласа; они поняли, что ссора между мною и амиром Хусайном не может окончиться примирением, и решили остаться там; я об этом узнал.
