Лучшие друзья (СИ)

В этот раз он просто не захотел быть спасённым, приняв на свои плечи огромный груз ответственности. Пускай мотивы были благородны, но, чёрта с два, да, он действительно возомнил себя героем, расправляясь со злом в стиле икс-судей и веря, что он делает всё правильно. Интересным было лишь одно: сожалел бы он сейчас, если бы изначально признал свой бескомпромиссный грех?

– И что дальше? – внезапно вырвал даузера из его печальных мыслей голос Рена, когда Йо наконец вытащил его из объятий девушки и друзей. – Мы все прошли. Что-то ведь должно произойти? – оглядывая так и не пропавшие зеркала-порталы, замурованный выход и неподвижность стен, задумался Тао над их дальнейшей судьбой. Если судить по предыдущим перемещениям из мира в мир, то они должны хоть что-то почувствовать, но в итоге всё становилось куда более странным.

– Может быть, это из-за Юи? – предположил северянин, имевший немного бледный цвет кожи, но уже потихоньку приходящий в себя, хотя была бы его воля, он бы завалился спать.

– А что сразу я? – обиженно загундосила Юи, надув губы.

– Так ты ведь не сама прошла испытание, – хоть в словах Трея и был такой редкий смысл, но, увы, дело было вовсе не в шатенке и не в том, что ей помог Рен. Дело было в наивности Лайсерга, который успел даже подумать, что Люцифер сжалился над ним и отпустил.

– Нет. Дело не в Юи, – раздался позади ребят голос детектива, посмотрев на которого, все увидели, что он, кажется, даже смеётся, по крайней мере глазами, над такой невероятной жестокостью демона, специально отпустившего его к друзьям, чтобы попрощаться.

Да лучше бы он его прямо там убил, лучше бы искромсал его бесправную на спасение душу, ибо говорить «прощайте», смотреть в глазах девушек, которые стопроцентно не просто заплачут, а зарыдают перед ним, как перед покойником, было выше сил Дитела, которому тоже хотелось плакать. Как же, чёрт возьми, жестоко!

– А в ком же, Лайсерг? – ощущая некую тревогу, забившую в барабаны, дрожащим голосом спросил Умемия, немного нахмурив брови и чувствуя, как грудную клетку стискивают нехорошие предчувствия, которые, словно вирус, передавались всем без исключения.

– Во мне, – смирившись со всем, чем только можно было, тяжело выдохнул Дител, опустив глаза в землю, проклятую им за то, что скоро она станет разграничительной чертой между ним и друзьями, ценность и назначение которых он наконец-то понял... Но, увы, слишком поздно. – Я не прошёл испытание, – подняв глаза, пояснил англичанин, как и ожидалось, услышав в ответ лишь звон гробовой тишины.

====== 166. Ветер перемен. ======

Холод стен был ничто по сравнению с тем ветром, который не только пронёсся между друзьями, прошедшими бесчисленное количество препятствий, но и буквально опутал, словно подарочная лента, их сердца. Только вот радости от неожиданного заявления не чувствовалось ни одной фиброй души шаманов. Все стояли в оцепенении, пережёвывая в голове слова даузера до такого состояния, чтобы их смысл наконец-таки дошёл до здесь присутствующих. В каждом сердце, даже в самом, казалось бы, холодном по отношению к детективу, теплилась надежда, что они ослышались, – не так поняли – и что всё происходящее какое-то очередное и глупое испытание с совершенно несмешной шуткой.

Однако, увы... Проходило время, причём не жалкие секунды, а целые минуты, а гордо ждущее молчание лишь убивало надежду, заставляя уже не сердца, а души сжиматься до размеров высушенного инжира.

– Что значит «не прошёл испытание»? – переспросил Тао, устав ждать у моря шторма, при этом смотря куда угодно, только не на Лайсерга, который, кстати говоря, тоже не стремился поймать на себе взгляд вольного ястреба.– Тогда почему ты здесь? – не успев дать время на обдумывание первого вопроса, сразу же выдвинул следствие Рен, ведь он понимал, что если бы даузер не прошёл испытание демонов семи смертных грехов, то вряд ли выбрался из кромешной тьмы ада обратно.

Волнение детектива было заметно невооружённым взглядом – он сутулился всё сильнее и сильнее, будто на него невероятно давила сила, исходящая от терявшего терпение друга, но говорить было весьма тяжело. Даже мысли не могли собраться в единую логическую цепочку, как будто назло играя с англичанином и запутываясь ещё сильнее.

– Точнее... – тяжело выдохнул и прикрыл глаза даузер, повесив голову и поджав губы, – Люцифер просто не дал мне возможности его пройти.

– П-почему? – немного запинаясь, в тот же миг в панике задала вопрос Сели, не зная, в чьих глазах ей найти ответ.

– Ну, – как-то уж слишком беззаботно усмехнулся Лайсерг, закинув голову назад, словно он старался получить удовольствие от своей несчастливой судьбы, – он говорил что-то про то, что мою душу нельзя спасти, и то, что он не собирается тратить на меня своё бессмертное время, – сарказм англичанина, который начал с фальшивым интересом рассматривать таблички над порталами в царства демонов, был больше похож на неумелую попытку спрятать своё волнение или даже злость.

– Подожди, но ты же здесь, верно? – разжал ладони Трей, указывая на лежавшую перед всеми действительность. – А значит, ты всё-таки прошёл.

– Ты видишь, что врата открылись, снеговичок? – кивнув на замурованный проём, ткнул его носом в реальность Тао.

– Успокойтесь, – лишь коротко шикнув через плечо на даже ещё не начавших перепалку друзей, не выходил Рио из калькулятора собственных мыслей, неоспоримых фактов и крайне негативных последствий. – Лайсерг, – стараясь разобраться в происходящем, продолжил Рио, – что будет дальше? Мы все не пройдём?

– Не верю! – не криком, но весьма импульсивно дёрнулась в сторону Юи, сжав кулаки и безостановочно мотая головой, тем самым подтверждая свои слова жестами. – Мы не для того через столько прошли, чтобы остаться здесь навсегда!

– Вы и не останетесь здесь, Юи, – поспешил опровергнуть её мысли Дител, говоря весьма вкрадчиво и медленно. – Вы все пойдёте дальше... – возобладала короткая пауза, заигравшая на тревожных барабанах. – Но без меня, – наконец выдавил из себя эти слова детектив, так предсказуемо увидев растерянность и малую панику на лицах не только девушек, но и друзей. Лишь Йо оставался безучастен к тому, что происходило с детективом. Асакура как будто заснул с открытыми глазами, смотря в одну точку абстракции, где витали понятные только ему сумбурные мысли, стремящиеся к порядку.

– Ааа, – выглядя чрезвычайно напуганной на фоне отрешённых друзей, предприняла Юи последнюю попытку к надежде до конца, сделав невинно-наивное лицо, растянув букву и сказав очевидно глупую вещь. – Ты нас здесь подождёшь, да? – верила ли шатенка своим словам, можно было понять и без глубокого психоанализа. На губах была неунывающая и такая ненастоящая улыбка, а вот глаза стали бездонной пропастью, куда только что упала вера в лучшее – вера в исправимую ошибку. – Нет? – не принимая этой скорбной тишины, не сдавалась Юи. – А тогда где? Может быть...

– Вэй, хватит, – слыша, как нервно затрясся голос шатенки, призвал её вернуться в реальность Рен, отвернув взгляд в сторону и прищурившись с презрением к несправедливой жизни. – Дител остаётся в царстве Люцифера, – без особой радости всё правильно понял шаман.

Его слова прозвучали, как приговор, который в тот же миг постарался разрубить золотые нити между даузером и его друзьями. Только вот ни с первого, ни со второго и, тем более, ни с третьего раза это сделать не получилось, ведь эти узы дружбы нельзя было разорвать ничем на свете.

– Какая же ты тварь, – адресуя ненавидящую и пропитанную самыми страшными, но, увы, бесполезными проклятьями улыбку самому изощрённому на муки демону, тихонечко прошипел Лайсерг, чувствуя, как молчание не верящих друзей душит его с особым наслаждением и неторопливостью.

Люцифер знал, что Лайсергу, несмотря на его постоянную единоличность и замкнутость, будет не просто трудно, а чрезвычайно невыносимо смотреть на то, как его друзья провожают его в последний путь, как покойника в гробу. Пока был лишь период, когда тихонечко приходит осознание действительности и выедание души до пределов пустоты, но Лайсерг знал, что совсем скоро раздадутся неистовые крики, потекут горячие слёзы боли, и его сердце в тот же миг не выдержит и отправит его в царство тьмы раньше, чем хотел Люцифер.