Дело не в размере

Только я и представить себе не могла, как им было плохо.

– Послушай, – сказал Том, уже абсолютно серьезно. – Хочу, чтобы ты первой об этом узнала.

Я приоткрыла один глаз.

– Ты все-таки увольняешься?

– Не совсем, – усмехнулся Том. – Меня повысили. Теперь я – координатор.

Я открыла второй глаз.

– Что?

– Стэну понравилось, как я разрулил ситуацию с Линдси, – возбужденно объяснил Том, – и он решил меня повысить. Я остаюсь в отделе размещения, только теперь буду работать в Вейверли-холле. Сама понимаешь, Хизер, братства. Стэн решил, что там необходимо постоянное присутствие взрослого человека… А еще мне подняли зарплату на десять тысяч долларов в год. Конечно, мне придется работать с этими типами из «Тау-Фи»… но поскольку Стива и Дага Винеров арестовали, это будет не слишком тяжело. Стивен, то есть тренер Эндрюс, сказал, что будет рад мне помочь…

Я закрыла глаза. Не может быть! В кои-то веки я обрела шефа, который совершенно меня устраивал, и тут же его потеряла.

И, простите, конечно, но это не Том разрулил ситуацию с Линдси. А я. Меня чуть не убили, когда я заставляла убийц признаться в содеянном. Где мое повышение по службе?

Сейчас я почти жалела, что меня не убили. Так сильно болела голова.

– Поздравляю! – сказала я. – Здорово, Том.

– Не волнуйся. – Том похлопал меня по руке. – Я добьюсь, чтобы вместо меня назначили самого хорошего шефа, которого только можно найти. Договорились?

– Ладно.

Наверное, я снова заснула, потому что когда открыла глаза, Тома уже не было. На его месте стояли Магда, Сара и Пит.

– Пошли вон, – поприветствовала я их.

– Слава богу, – с облегчением выдохнула Магда, – с ней все в порядке.

– Серьезно, – повторила я. – У меня разламывается голова.

– Это последствия приема седатика, – бодро объяснила Сара. – Он подавляет центральную нервную систему. Некоторое время ты будешь чувствовать себя развалиной.

Я посмотрела на нее.

– Спасибо.

– Мы только хотели узнать, как ты тут, – сказал Пит, – И сказать, чтобы ты не беспокоилась.

– Да. – Магда уселась на краешек кровати и возбужденно затараторила. – Они нашли кокаин!

– Точно, – подтвердил Пит. – Они его нашли. Заначку Дага Винера. Ту, что украла Линдси.

– Серьезно? – поразилась я. – И где она была?

– Ни за что не догадаешься! – ответила Сара. – В комнате Кимберли Ваткинс.

– Но… – Я никак не могла взять в толк. – Но ведь они считались подругами.

Сара покачала головой.

– Нет. Линдси приклеила пакет под столом, за которым обычно сидела в столовой. Вот почему ей нужно было туда попасть, когда Даг обо всем догадался. Но кто-то постоянно сидел за этим столом вместе о ней.

– Кимберли Ваткинс? Кокаин Дага все время был у нее? – Сара кивнула, и я спросила: – Как вы его обнаружили?

– Это все Шерил, – объяснила Магда. – Она так разозлилась на Кимберли за то, что та наврала о Линдси и тренере Эндрюсе, и за то, что потом произошло с Джеффом – он, кстати, тоже поправляется, обошлось несколькими сломанными ребрами. Она пришла к Кимберли и… в общем, они вели себя совсем не так, как обычно ведут себя кинозвезды.

– Если исключить из их числа Перис Хилтон и Николь Ричи, – встряла Сара.

– Шерил выбила из Кимберли признание, – сказал Пит. – По-моему, Ким тоже собиралась приторговывать наркотиками. Она видела, как Линдси прячет заначку, и украла ее при первой же возможности. А когда выяснилось, что случилось с Линдси, она смертельно испугалась. Она боялась, что Винеры узнают, что кокаин у нее, и сделают с ней то же самое, что и с Линдси.

– Вот почему она пыталась сбить меня со следа, – пробормотала я.

– Точно, – сказала Сара. – Шерил отправилась со своей находкой прямиком в полицию, и Кимберли тоже арестовали. Говорят, агентство по борьбе с наркотиками несколько месяцев безуспешно пыталось раскрыть дилерскую сеть в нашем кампусе. И до того как погибла Линдси, они понятия не имели, откуда студенты получают наркотики. Вот почему Реджи работал под прикрытием в парке. Они рассчитывали, он что-то нароет… и в конце концов он это и сделал, когда ты спросила его о Винерах. Но у них все равно не было доказательств…

Сара пожала плечами.

– Теперь, кроме хранения и распространения, Винеров обвиняют в убийстве и покушении на убийство… Папочка Винер уже нанял лучшего в городе адвоката по уголовным делам. Но я считаю, что если ты дашь показания, у них ничего не выйдет. Ты и Кимберли. Она, кстати, согласилась сотрудничать со следствием, за это с нее снимут обвинение в хранении наркотиков…

– Кимберли исключили из колледжа? – пробормотала я.

– В общем, да, – сказала Магда. – Их всех выгнали, даже Винеров.

– Отлично, – пролепетала я и снова закрыла глаза. – Будет куда расселять студентов, когда на них нападет тяга к перемене мест.

В глазах вдруг все стало черным: нервная система должно быть вновь впала в депрессию. Когда я снова открыла глаза, у моей постели стояли детектив Канаван и Реджи.

– Ты мне врал, – сказала я Реджи.

Он улыбнулся. Я с огорчением отметила, что золотые коронки исчезли.

– Прости, – сказал он. – Я выполнял задание.

– Брайан – специальный агент отдела по борьбе с наркотиками, Хизер, – объяснил детектив Канаван. – Он целый год работал под прикрытием, пытаясь выяснить, откуда в кампус поступают крупные партии наркотиков. Ты вышла на Винеров, Брайан ухватился за эту ниточку и попросил прислать в общежитие агента, переодетого в горничную. – На верное, это была та самая горничная, которую я видела в коридоре, когда она стирала со стены надпись «Толстухи, вон отсюда». – Агенту удалось получить веские доказательства того, что Винеры не только занимались торговлей наркотиками, но и совершили убийство, а также покушение на убийство.

Я посмотрела на Реджи.

– Брайан?

Он пожал плечами:

– По-моему, Реджи больше подходит для улицы.

– Так ты никогда не был на Ямайке?

– Ну, конечно, нет, – ответил он. – Когда у меня появляется несколько свободных дней, я еду в горы. Люблю кататься на лыжах.

Я взглянула на детектива Канавана.

– Мне дадут медаль?

– Хм… – ответил детектив Канаван. – Нет. Но я принес вам это. – Он протянул мне батончик «Дав». – Мороженое точно бы растаяло.

Я подняла руку – ту, в которой торчали иголки от капель ниц, – и вырвала батончик «Дав» у него из рук.

– Наш город, – сказала я, – не слишком щедр на награды.

Когда они ушли, я съела шоколадку. Она была очень вкусной. Настолько, что, съев ее, я снова уснула. Проснувшись, я увидела перед собой Гевина МакГорена. Он стоял у кровати и пожирал меня взглядом.

– Ну, – ухмыльнулся он, – как тебе на моем месте? Теперь тебя откачивают. Должен сказать, так мне гораздо больше нравится.

– Кто тебя сюда впустил? – поинтересовалась я.

Гевин пожал плечами.

– Я – пациент, а не посетитель. – Он показал щеку, по которой ударил его Стивен. – Семь швов. Как ты думаешь, у меня останется этот симпатичный шрамчик?

Я закрыла глаза.

– Твоя мама меня убьет.

– Ты о чем, женщина? – возмутился он. – Ты же спасла мне жизнь.

– Из-за меня тебя похитили и избили, – проговорила я, снова открывая глаза. – Гевин, ты и представить себе не можешь, как мне жаль. Правда. Я не имела права тебя во все это вмешивать.

Красные пятна вокруг его рта почти совсем исчезли. Как и бородка. Он побрился. Это должно было меня насторожить, но моя способность предвидеть события ослабла под воздействием наркотика.

– Если ты уж так хочешь, есть один способ реабилитироваться в моих глазах, – сказал он.

– Да? А какой? – Я искренне считала, что он попросит переселить его в одноместную комнату с видом на парк.

Но вместо этого он предложил мне встречаться.

– Знаешь, хотя бы иногда. Просто проводить вместе время. Играть в бильярд. Конечно, когда ты себя будешь лучше чувствовать. Это будут даже не свидания, – поспешно заверил он. – Я знаю, что ты до сих пор любишь Джордана Картрайта. Просто давай попробуем. Может, что и получится.