Американские меридианы (СИ)

- Прости меня за язву, вертящуюся на языке, - наклонился к нему Эмилио, - но я впервые ревную неодушевлённую вещь. Я имею в виду этот костюм. У тебя неплохой вкус – ты выбрал самый лучший.

- Джерри, а что сказал Питер Уинг? – обратился к нему Микио. – Кто был этот человек?

Джерри с упоением принялся рассказывать о своём кумире; беседа завязалась вокруг знаменитых личностей Нью-Йорка, перекинулась на архитектурный облик города, и Даниэль вдруг спросил:

- Джерри, ты, кажется, знаешь Нью-Йорк от и до. Что бы ты сказал в ответ на моё предложение стать нашим гидом на то время, пока мы находимся здесь?

- Я согласен. И мне даже не нужно от вас денег, но, как и всякому человеку, мне необходимо питаться.

- Ты будешь жить с нами, как полноправный член команды, - сделал Даниэль сенсационное сообщение, - всю неделю, что мы будем в Нью-Йорке.

- Что с ними происходит? – вполголоса поинтересовалась Анжелика у Таис. – Они были готовы выставить Джерри за дверь, а теперь привечают, словно близкого и дорогого родственника!

- Нужно знать мужчин, чтобы понять, почему они поступают так или иначе, - продолжая разрезать мясо, невозмутимо ответила Таис и, прежде чем отправить кусочек себе в рот, глубокомысленно закончила, - в них силён дух противоречия, и они ещё сами не знают, то ли каждый из них, действительно, сочувствует этому парню, то ли это всего лишь способ  произвести на нас впечатление.

Словно догадавшись, о чём у них идёт разговор, Курт смиренно  склонил голову и голосом, полным отрешения, произнёс:

- Надеюсь, наши очаровательные спутницы простят нам  это старомодное воспитание аристократических салонов, и не будут слишком придирчивы к проявлениям щедрости и симпатии с нашей стороны по отношению к кому бы то ни было. Ваши друзья – наши друзья.

- Да, мы привыкли вращаться в своём мире, пределы которого ограничены суммой доходов, количеством сертификатов и наличием недвижимости, - добавил Эмилио, - и часто забываем о том, что мир на самом деле многолик и многогранен. Сегодня утром девушки преподали нам хороший урок.

- Давайте оставим эту тему, чтобы не смущать нашего гостя, - сказал Даниэль, - я предлагаю после завтрака перейти в библиотеку, где мы с Эмилио расскажем вам о маршруте кругосветного путешествия. Мы не будем подробно останавливаться на странах, которые предстоит посетить, но познакомим вас с общим планом,  допуская, что время и обстоятельства могут внести свои изменения.

- Кое-кто уже продемонстрировал нам, как это происходит, - лукаво взглянул в сторону Анжелики Курт, - её приключение закончилось благополучно; надеюсь, и в дальнейшем нас ждут исходы со счастливым концом.

- Спасибо, что напомнил, кузен, - сказал Даниэль, - я лично каждого проинструктирую по правилам соблюдения безопасности. Несмотря на то, что все мы – взрослые люди, я несу ответственность за каждого из вас.  Когда решитесь на очередную авантюру, пожалуйста, помните о том, что другие члены команды станут переживать и беспокоиться, - он выразительно посмотрел на Анжелику, - боюсь, что не всегда на нашем пути мы будем встречать подземных джерри.

                                                                                   Глава 8.  «Столица мира»

Попрощавшись с Эмилио, Куртом и Микио, остальные сели в просторный «Роллс-Ройс» светло-серого цвета, и медленно выехали за ворота. За рулём вызвался быть Кристиан. Джерри сидел справа от него и бойко комментировал  всё, что их окружало – он чувствовал себя настоящим гидом.

- Все, конечно, знают, что Нью-Йорк Сити состоит из пяти огромных районов, но чтобы успеть откусить свою долю от Большого Яблока, для знакомства с городом лучше ограничиться Мидтауном и Даунтауном Манхэттена. Во всяком случае, на сегодня.  Кому-нибудь знакома история этого острова? – он с любопытством посмотрел на своих спутников.

Анжелика и Таис переглянулись и пожали плечами, а Даниэль неуверенно ответил:

- Я слышал, что лет четыреста назад остров использовался, как склад пушнины – на берегах залива индейцы били скунсов и куниц.

- По общепринятой среди ньюйоркцев легенде, - подхватил Джерри, - остров был куплен у племени канарсов за двадцать четыре доллара, - он выдержал паузу, наблюдая за тем, какое впечатление произвели его слова, и затем продолжил, - в последнее время легенда обросла новой подробностью. Оказывается, остров принадлежал вовсе не канарсам, а какому-то другому племени. Канарсы тем самым оказались не такими уж дураками, как их считали раньше, а наоборот – дали пример настоящей оборотистости. Индейский почин и был началом мирового финансового центра – города, где делают деньги, - внушительно закончил он и на некоторое время замолчал, давая Кристиану возможность лавировать между машинами, не отвлекаясь на исторические экскурсы.

- Я бы сказала, Джерри, - улыбнулась Анжелика, - что твои корни восходят к этому самому племени канарсов.

- Ну, этого сейчас не выяснишь, - отмахнулся Джерри, - уже довольно трудно проследить родословную американца – не зря Америку называют «плавильным котлом народов».

Лица евреев и негров, выходцев из Латинской Америки и стран Карибского моря, итальянцев и русских, китайцев и армян медленно двигались за окнами машины по стритам и авеню, как нельзя кстати подтверждая слова Джерри.

Наконец, они выехали к Бродвею – бывшей индейской тропе, рассёкшей остров наискосок и нарушившей геометрическую монотонность  ровных кварталов-блоков. Артерия Бродвея пульсировала – машины то замирали, то бросались вперёд; шептались шины на асфальте и еле слышно взвизгивали тормоза. Всюду было полно указателей, и Таис подшутила над Анжеликой, что та как-то умудрилась заблудиться там, где это было невозможно. Анжелика соглашалась со всем, что ей говорили, потому что попросту не слышала обращённых к ней слов. Её внимание поглотил город, непостижимый Нью-Йорк, который вряд ли могут понять даже его жители, и который никому не раскрывает свои тайны полностью. Они все наблюдали его с одной смотровой площадки, а видели разное. Небоскрёбы, небоскрёбы, небоскрёбы – большинство из них, начиная примерно с десятого этажа, постепенно утончались, - таким образом улицы получали больше света, а крыши предыдущих этажей можно было использовать под садик или место отдыха. Анжелика не знала, что на одном таком находится маленький семейный домик с теннисным кортом – «пентхауз», и что принадлежит он Даниэлю. Когда-нибудь, думал мужчина, он войдёт туда с прекрасной молодой женой и кажущуюся неприступность роскошных апартаментов согреет её весёлых смех. Может быть, те же стены услышат и топот маленьких ног.

Даниэль вдруг попросил Кристиана остановиться, и сказал:

- С Манхэттеном можно познакомиться не только сидя в машине: на него можно смотреть из туристского автобуса, катера и вертолёта, но единственный способ изучить Манхэттен – это пройтись по нему пешком.

То ли энтузиазм Джерри передался ему, то ли он увидел то, чего не замечал раньше, но Даниэль вдруг преобразился - вместо сдержанного  и вежливого выпускника Итона перед ними был сейчас непринуждённый и энергичный человек без национальности, ибо очарование прекрасным и способность оценить чудеса окружающего мира не являются характерными чертами, присущими тому или иному народу.

Кристиан припарковал машину у Таймс-сквер. Даниэль увлёк за собой всю компанию сначала по Бродвею, мимо театров и злачных заведений; потом был Центральный парк; невообразимая архитектура музея Гуггенхейма в виде перевёрнутой спирали; затем они попали в Гринвич-Виллидж. Они долго бродили по многочисленным галереям, пытаясь понять странные произведения «космических» художников, слушали серенады уличных музыкантов и иногда терялись в толпе студентов: Джерри брал Таис под руку и, увлекая её по кривым, изогнутым улочкам, с упоением рассказывал о том, что великие имена в Виллидже принадлежат прошлому. О, Вашингтон Ирвин и Томас Пейн! О, Юджин О’Нил и Теодор Драйзер! Впрочем, он тут же добавлял, заметив несколько разочарованный взгляд Таис: