Грехи отцов

– Привет.

Бекка, засмеявшись, пожала его руку:

– Привет, Хэтч. Знаешь, я готова. Когда он позвонит в следующий раз, я сумею расставить ловушку. Он попадется на удочку! А наживкой буду я.

– Хм… думаю, боссу это не по душе: недаром у него на щеках желваки вздулись.

Адам со вздохом признался:

– Ты прав, Хэтч. Мне это не по душе. Настоящее безумие. Я не желаю, чтобы она так рисковала. Но Бекка все равно меня не послушает.

– Адам, – обратился к Каррадерсу Савич, – найди я иной выход, поступил бы по-другому. Кроме того, у нас достаточно людей, чтобы защитить ее. Хэтч, если верить Адаму, у вас достаточно солидная репутация. Скажите, что вы сумели узнать?

Хэтч вытащил из кармана тонкую черную тетрадь и полистал ее.

– Большую часть информации добыли люди Томаса, которые отсидели себе задницы, пытаясь убедиться в гибели Кримакова. ЦРУ допросило копа, который вел дело. Аполлон – клянусь, это его настоящее имя – утверждает, будто машина Кримакова свалилась с обрыва на восточном берегу Крита, около Аджиос-Николаос. От полученных травм Кримаков скончался на месте. Аполлон допускает, что это могло быть и убийством, но никто не проверил эту версию. Дело, впрочем, закрыли, и все обошлось бы, если бы туда не прилетели наши агенты с заданием все расследовать досконально.

– Значит, он действительно мертв, – прошептала Бекка.

– В этом есть некоторые сомнения, – ухмыльнулся Хэтч. – Тело было кремировано. Видите ли, местные власти всячески сопротивлялись любой попытке наших людей провести эксгумацию. Только когда в дело вмешалось греческое правительство, они признались, что сразу сожгли тело Кримакова. Почему? Понятия не имею, но наверняка дело нечисто.

Все долго молчали.

– Кремировано? – наконец спросил Адам.

– Да, а пепел помещен в урну. Эта штука все еще стоит в морге на полке. Востребовать ее некому.

– Значит, неоспоримых доказательств нет? – допытывалась Шерлок.

– Точно, – кивнул Хэтч. – А теперь давайте вернемся в прошлое. Кримаков поселился на Крите в начале восьмидесятых. Занимался всякими темными делишками, но на явные преступления не шел, так что полиция никогда не пыталась прижать его.

– Черт! – выругался Адам. – Пожалуй, стоит обыскать его дом и покопаться в подвале. Если это он тут орудует, должны остаться следы.

– Уже сделано. Агенты ничего не нашли. Никаких бумаг, улик, доказательств, упоминаний о Бекке. Правда, мы не знаем, есть ли у него дома в других местах. Как я уже сказал, официальных документов нет.

– Это достаточно легко установить, – вмешался Диллон. – Я все разнюхаю.

– В одиночку? – удивился Адам.

– Разве Томас не говорил, что я – лучший в своем деле? – усмехнулся Диллон.

Адам презрительно фыркнул, наблюдая, как пальцы Савича бегают по клавиатуре компьютера.

– О его деятельности известно больше. Правда, из России мы ничего не получим. Похоже, его досье было уничтожено. Остались всякие пустяки. КГБ, вероятно, приказал замести следы и помог Кримакову уйти в подполье. Но так или иначе сейчас ведутся поиски его бывших коллег.

– Кримаков жив, – убежденно объявил Адам. Ему подсказывала это интуиция. Усевшись поудобнее, он закрыл глаза. В висках противно ныло.

– И еще одно. Это я раздобыл сам. – Хэтч снова перелистал тетрадь. – Полиция Олбани два часа назад нашла свидетеля, видевшего машину, которая сбила Дика Маккалума. Черный «БМВ», первые три цифры номера – 385. Номер нью-йоркский. Больше пока ничего не известно.

– Я сделаю запрос, – отозвался Диллон. – Так будет быстрее. Не спрашиваю, где вы раздобыли эту информацию.

– Скажем так: кое-кто влюбился в мои усы, – ухмыльнулся Хэтч. – Позвоните в Бюро, агент Савич, пожалуйста. Я не успел связаться с Томасом и попросить все проверить. Кстати, за рулем сидел мужчина. Неизвестно – молодой, старый или средних лет. В машине тонированные стекла, как в лимузине. Довольно необычно для серийного автомобиля, может, поэтому преступник его и угнал.

Савич, говоривший по сотовому телефону, кивнул, немного послушал и отключился.

– Готово. Список вариантов будет через одиннадцать минут.

В дверь тихо постучали. Вошел Томми Трубка.

– Кажется, есть! Какой-то тип покупал «эксон-сьюприм» <Высший сорт бензина компании «Эксон».> на заправке в восьми милях к востоку от Риптайда. Заправщик, молодой парень лет восемнадцати, сказал, что, когда тот платил, он увидел на манжетах его рубашки грязь и кровь.

– Отлично! – воскликнул Адам, вскакивая. – Пожалуйста, Томми! Скажи, что парнишка помнит, как он выглядел и какую машину вел!

– На психе была зеленая охотничья кепочка с наушниками, как у меня, только помятая и выцветшая. Темные очки. Парень не определил его возраста. Любой человек старше двадцати пяти кажется стариком такому молокососу. Но он готов поклясться, что мужчина говорил хорошо поставленным голосом, низким, красивым, и выражался правильно, как человек образованный. Ему показалось, что машина – «БМВ», темно-синяя или черная. Номеров, конечно, не видел. Только знаешь что? Стекла тонированные. Как насчет такого фактика?

– Неужели это та машина, которой он сбил Дика? Не может быть! – запротестовала Шерлок.

– Почему нет? – удивился Диллон. – Если на ней не осталось вмятин или крови, вполне можно ездить.

Звякнул его сотовый. Савич встал и подошел к двери, где никто не мог его слышать. Закончив разговор, он покачал головой:

– Пусто. Номера он украл. Ничего странного – только идиот оставит прежние. Однако эти темные стекла – хорошая примета. Я проверю все машины с такими стеклами, украденные за последнюю неделю.

Через восемь минут Савичу снова позвонили. Он начал что-то быстро записывать.

– Уже кое-что есть, – объявил он. – Хэтч верно сказал. В машины, что сходят с конвейера, редко вставляют такие стекла. Угнаны три. Владельцы, двое мужчин и женщина, живут в разных концах штата.

– Это женщина, – не колеблясь, решила Бекка. – Он украл машину у женщины.

– Возможно, – кивнула Шерлок. – Это мы и узнаем.

Она запросила информацию и получила телефон миссис Айрин Бейли, живущей в Итаке, штат Нью-Йорк, на Хантли-авеню, 12. Телефон прозвонил три раза, прежде чем трубку подняли.

– Алло?

– Миссис Бейли? Миссис Айрин Бейли?

Молчание.

– Вы слушаете, миссис Бейли?

– Я ее дочь, – пояснила женщина. – Простите, вы застали меня врасплох.

– Могу я поговорить с вашей матерью?

– Разве вы не знаете? Ее убили две недели назад.

Шерлок не уронила трубку, но ей стало нехорошо, и она судорожно сглотнула.

– Не могли бы вы рассказать об этом поподробнее?

– Кто вы?

– Глэдис Мартин. Управление социального страхования, Вашингтон.

– Да-да, мой муж туда звонил. Что вы хотели узнать?

– Нам необходимо заполнить документы, мэм. Вы ее родная дочь?

– Да. Какие именно документы?

– Статистические формы, ничего больше. Может, мне поговорить еще с кем-то? Не хочу вас расстраивать.

– Нет, все в порядке, – заверила женщина после секундной паузы. – Задавайте вопросы.

– Спасибо, мэм. Вы сказали, что миссис Бейли убили? Автокатастрофа?

– Нет, кто-то ударил маму по голове, когда она выходила из машины у торгового центра. Автомобиль угнали.

– О Господи, мне ужасно жаль. А убийцу поймали?

– Нет, – ожесточенно прошипела женщина. – Копы не нашли никаких свидетелей, хотя у них есть описание ее машины. Они считают, что убийца перекрасил машину и сменил номера. Убийца как сквозь землю провалился. Да его и не ищут. Кого интересует смерть старухи? – В голосе прорывались горечь, презрение и едва сдерживаемая ярость.

– Были у ее машины какие-то особые приметы?

– Да. Тонированные стекла. У матери были слабые глаза. Они болели от яркого света.

– Понятно. А цвет машины?

– Белый. Внутренняя обшивка серая. На левом заднем крыле небольшая вмятина.

– Понятно. Дело вели местные полицейские?

– Нет, приехали из управления штата Нью-Йорк. Уж им-то следовало бы схватить убийцу. Правда, я не знаю, при чем тут нью-йоркские копы. А вы? Может, поэтому и звоните? Хотите выкачать из меня информацию?