Алый - цвет боли (СИ)

— Да как вы смеете! Это наше личное дело! Вы не имеете никаких прав вмешиваться в дела наших семей!

— Что это такое? — полностью игнорируя вопящую княгиню, спросил демон.

Я невольно наклонилась вперед, чтобы лучше рассмотреть, на что он указывает.

— Тридцать серебряных монет… — прочла я.

— Я вижу, — раздраженно рыкнул демон.

В комнате мгновенно стало тихо.

— Это опечатка такая?

— Нет, — хмуро проговорила княгиня, вновь надменно задрав нос, — это размер вознаграждения за литру крови.

— Вознаграждение увеличить. Не менее десяти золотых…

— Это же грабеж! Десять золотых! Да они должны быть благодарны уже за то, что мы подарим им свободу!

Алекс оторвал взгляд от папки и посмотрел на женщину.

— Сядьте, — грубо приказал он, и женщина побледнела, упав на стул, — и прекратите истерику! Помнится, у вас есть младший брат.

Женщина побледнела еще сильнее и сглотнула.

— Уверен, несмотря на свой юный возраст, он будет очень даже рад занять ваше место. Мне же в свою очередь будет намного проще общаться с ребенком, чем с нестабильной, крикливой истеричкой… — холодно отчеканил демон и вернулся к чтению. — Словосочетание «донор должен» заменить на «донор может», — спустя несколько минут проговорил парень.

Вот после этого больше никто не решился и словом обмолвиться. К слову, папку княгини он не сжег, а отложил в сторону после прочтения и приступил к следующей. Изредка, по мере прочтения он делал замечания, или приказывал мне что-то записать. Сгорела еще только одна папка. Все остальные были демоном внимательно просмотрены и отложены в сторону.

— Что ж, ваши предложения я просмотрел, и учел, к следующему заседанию представлю вам отредактированные законы. Если у кого-то есть еще какие-то предложения или замечания, можете высказать их сейчас, или оформить и принести на следующий раз.

В ответ тишина.

— Что ж, раз у вас нет никаких замечаний, — на столе внезапно материализовалась стопка папок, — предлагаю вам ознакомиться с кое-чем еще…

Я уже хотела было взять папки, чтобы раздать их присутствующим, когда те взлетели вверх и полетели прямиком к своим адресатам.

Шорох бумаги, был единственным звуком, раздавшимся в абсолютной тишине.

— Это что такое? — внезапно спросил император теней, прервав тем самим всеобщее молчание.

— Это будущие судьи… Бесстрастные, независимые и хладнокровные.

— И что же вы предлагаете? Отдать правосудие в руки кучки демонов!? — это уже князь Девон.

Впервые к слову за все время сегодняшнего заседания.

— Нет, я предлагаю отдать правосудие в руки верховных демонов, демонов, видящих ложь и правду и не умеющих лгать.

— А как же Совет? — это уже правитель дроу.

— А что Совет? Вы будете принимать законы, и следить за их исполнением в своих странах. Как по мне, этих полномочий вполне достаточно. К тому же, таким образом никто из вас не сможет повлиять на принятие решения судом.

В зале вновь воцарилась тишина. Но на этот раз длилась она не так долго.

— И как вы предлагаете нам привлечь к работе всех этих демонов?

— Очень просто… Достаточно предложить им высокое вознаграждение, и хорошие условия работы.

Все снова замолчали.

— И когда они смогут приступить к выполнению своих обязанностей?

— А давайте, у них и спросим…

С этими словами, Алекс щелкнул пальцами, и стена за его спиной растаяла, открывая всем присутствующим вид на еще одну комнату. Лично я, увидев выражение лиц присутствующих, не удержалась и проследила за их взглядами. И да, там было на что посмотреть. Двое крылатых демонов застыли друг напротив друга с испачканными кремом мордочками, один рогатый и синеволосый стоял перед ними, держа в руках поднос с пончиками, и явно что-то считал, еще один краснокожий сидел в углу и нервно постукивал копытом по полу. Трое высших демонов стояли в сторонке и напряженно смотрели на нас. Еще двое но уже девушек изумленно пялились на Алекса. Еще один крылатый демон обнаружился под потолком. Завершала композицию красная мордочка медленно показавшаяся из-под стола.

— Эм… Добрый вечер? — вопросительно пропищали под потолком.

Алекс только зубами скрипнул и невозмутимо повернулся лицом к собравшимся. Разве что глаза выдавали его состояние, и я невольно испугалась за демонят.

— У тебя глаза горят? — шепотом сообщила я демону

— Синим или серебряным?

— Серебряным…

Демон чертыхнулся и прикрыл веки.

— Я же просил их без фокусов… — еле слышно прошипел он.

— Видимо, плохо просил… — с трудом удержав улыбку, прошептала я в ответ.

****

Уже третий час прошел с начала собрания. Лион был напряжен. И отсутствие чертового братца никоим образом не помогало расслабиться. Он так и не смог поговорить об этом с отцом. А ведь тот никогда и ничего не делает просто так.

Да и сейчас его отец выглядел напряженным. Он будто ожидал чего-то от этого дня, и был расстроен, когда этого не произошло. Более того, Лион все сильнее чувствовал волны беспокойства исходящие от вампира.

Он немного расслабился лишь после того, как растаяла стена за спиной Верховного, явив всем присутствующим находящихся там демонов. Лион и сам с трудом сдержал улыбку. Все-таки, это был явный промах Верховного, и никто не собирался прощать ему этого. Вот только высказаться так никто и не решился. Одного взгляда на громадного демона сидящего во главе стола хватало, чтобы осознать всю опасность подобного высказывания.

Явиться на совет во второй ипостаси… О чем только думал этот демон? Или это такой тактичный ход, чтобы запугать их всех? Лион был вынужден признать, что мотивы этого демона ему совершенно непонятны. Даже соратники демона выглядели сбитыми с толку и старались лишний раз не высказываться.

Что ж, его это все равно не касается. Лион по большей мере наблюдал за Карой. Девушка была болезненно бледной и какой-то напуганной. Ему непривычно было видеть ее в таком состоянии. За долгие годы, проведенные ей в их клане, из маленькой запуганной девчонки она преобразилась в сурового бесстрашного воина. Последний раз он видел страх в ее глазах еще, когда она была ребенком. Тогда после очередного ранения она лежала на кровати и ожидала своей смерти. С теми травмами, которые ей нанесли тогда в тренировочном бою, люди не выживают. Она выжила. С тех пор он не сводил с нее глаз. Уже тогда он знал, что она будет принадлежать ему, и его положение позволяло ему это. А невеста… А что невеста? Она прекрасно знала, на что идет, когда соглашалась на помолвку с сыном князя. В конце концов, его отец никогда не хранил верность ни своей жене, ни одной из своих любовниц.

Это позже… Гораздо позже, когда он познал ее, он понял, что не может ее отпустить. И тогда он взял ее под свое крыло. Он старался защищать ее, ограждать от опасностей. Он желал отметить ее, сделать своей. Вот только его маленькая непокорная Кара… Ей было мало той свободы, которую он ей предоставил. Ей было мало… И она сбежала.

Девушка в очередной раз поправила воротник своего свитера, и Лион с трудом сдержал рычание. Она была так близко. Всего в нескольких метрах. Он мог бы прикоснуться к ней, если бы сделал несколько шагов вправо…

— Что ж, на сегодня все. Если ни у кого больше нет никаких вопросов, предлагаю это собрание считать оконченным…

Голос Верховного вторгся в его мысли неожиданно и Лион с трудом удержался на месте, когда Кара поднялась. Он провел ее голодным взглядом, дожидаясь, когда его отец соизволит подняться.

— Хватит пялится в ту сторону, — раздраженно потребовал князь.

— Уж смотреть на нее ты мне запретить не можешь, — огрызнулся Лион в ответ, с трудом придерживаясь шагов отца.

— Она человечка, Лион, — внезапно устало проговорил его отец. — Даже если эти законы будут приняты, и людей уровняют с нами в правах, клан ее не примет. Ее убьют, как только представиться возможность. Выпьют до последней капли.