Южная роза (СИ)

              -Так в этом всё дело? В мести? Вы этого не можете мне простить? Моего отказа? – она чувствовала, что начинает внутренне закипать.

              ...Милость божья, это же так низко!

              -Пфф! Синьорина Миранди! – он усмехнулся. – Поверьте, я и правда, не задумывал ничего такого о чём вы тут наговорили. Я не хотел тащить вас силком в Волхард. Вы бы жили в том доме за рекой, и не встретили меня даже. Но… вмешалась Царица гор, - он махнул рукой куда-то в сторону Сорелле, - и верите или нет, это не я вызывал тот дождь, что смыл несчастный мост. А сюда, в этот дом, я пригласил вас из вежливости и уважения к вашему отцу, чтобы вы не мучились в гостинице. Места у нас полно и мы, горцы… довольно гостеприимны. Так что можете просто поблагодарить меня за гостеприимство и не искать в моих действиях какой-то тайный смысл.

              -Благодарить? За всю вашу ложь? Да вы… Вы совсем не слышите, что я вам говорю? Похоже, что так!– она горько усмехнулась и добавила: - Спасибо, мессир Форстер, за гостеприимство, которое не понадобилось бы, не обмани вы нас… меня с этой поездкой. Вы приносите в мою жизнь одни сплошные несчастья!

              ...Да как же можно быть таким жестоким к чувствам других? Как можно быть таким бессердечным? И как можно настолько не считаться с чужими желаниями?

              -Как же вы несправедливы, синьорина Миранди! – горько усмехнулся Форстер. - Сначала вы обвинили меня в том, что я вас разорил. Но когда я сделал так, чтобы эта экспедиция позволила вашему отцу заработать денег, и дала возможность покрыть долг перед банком, вы снова недовольны. Почему вы всё время видите во мне негодяя?

              -Потому что вы и есть негодяй! – резко ответила Габриэль, радуясь тому, что на дорожке пустынно, и никто не слышит их перепалки. - Вы говорили обо мне гадости, вы спорили на меня со своим другом, вы испортили мою репутацию своей глупой дуэлью с капитаном Корнелли! А теперь вы притащили нас обманом на край света, хотя прекрасно знали, как я не хочу сюда ехать! Так кто вы, по-вашему, если не негодяй? Неужели вы не понимаете, как всё это выглядит со стороны? Что обо мне будут говорить, когда узнают? После всего того, что было, я внезапно оказываюсь здесь и живу под вашей крышей! Да что я вам повторяю, это же бесполезно! Вы же глухи и упрямы как…

              Она запнулась.

              -…как баран, вы хотели сказать? – он прищурился.

              ...Пречистая Дева не дай мне это сказать!

              -Именно, мессир Форстер! Спасибо за подсказку, - она не смогла удержаться.

              -Хм… Так-то оно так. И, конечно, логично, синьорина Миранди, - тон Форстера перестал был насмешливым, он опустил фонарь и слова его прозвучали из темноты сухо и как-то безразлично, - иного я и не ждал. Что же, давайте остановимся на том, что я негодяй, а вы нежная южная роза, и ваша благодарность за гостеприимство принята. Надеюсь, вам всё же понравится здесь, и хочу сказать - не переживайте, я не буду докучать вам своим обществом. Я занятой человек и у меня много дел. Я встаю до рассвета, и заниматься соблюдением этикета и церемоний мне некогда. Здесь в Волхарде все такие. Здесь мы работаем с зари и до заката, не в пример томным южанам. Так что вы будете предоставлены сами себе. В вашем распоряжении вся усадьба, делайте что хотите, гуляйте где хотите, только не ходите одна дальше ограды. Вскоре починят мост, я прослежу за этим, и вы сможете избавиться от моего общества насовсем. Вас устроит такой расклад, синьорина Миранди?

              -Более чем, мессир Форстер, благодарю за вашу… деликатность.

              -Хм. Ну, значит по рукам. И пока вы здесь, не сочтите за навязчивость… но Бруно будет вас охранять, - Форстер свистнул псу.

              -Охранять? И от кого же меня здесь охранять, кроме вас? – насмешливо спросила Габриэль.

              -Кроме меня? – удивился Форстер. - Пфф! Помилуйте, синьорина Миранди, я даже смотреть не буду в вашу сторону, если вы этого не хотите. Не в моих правилах неволить женщин.

              -Пфф! И в самом деле! – усмехнулась Габриэль, и добавила уже серьёзно: - Тогда не нужно меня охранять.

              Форстер снова поднял фонарь так, чтобы было видно лица, шагнул ближе, и сказал, понизив голос:

              -Послушайте, Элья, эти горы совсем не так безопасны, как красивы. Прочтите книгу, которую я давал вашему отцу. Это же Трамантия, здесь такой пылкой южной красавице стоит опасаться… всего, - и за его насмешкой в голосе было что-то ещё, от чего по спине у Габриэль пробежал холодок. – А Бруно всего лишь пёс. Не надо видеть в нём средоточие зла. Но когда он с вами – так мне будет спокойнее.

              -Вы что… пытаетесь меня запугать? Я читала вашу книжку и мне не пять лет, чтобы верить в сказки и красноглазых волков. А чего ещё мне здесь бояться? – ответила она с вызовом.

              -Однако вы испугались простой собаки.

              -Было темно, и я в незнакомом месте, мне это простительно. Но не надейтесь, что я буду всего тут бояться и искать вашей защиты, – взмахнула она рукой.

              -Хм, да вы уже говорите, как настоящая горская женщина! – глаза Форстера блеснули. - Что же, храбрая Элья, раз вы ничего не боитесь, тогда добро пожаловать в Трамантию! – усмехнулся он, и перехватив её руку, склонился и внезапно поцеловал.

              Она отступила в испуге и поспешно её выдернула, потому что всё, что только могло быть неприличного, сошлось в этом поцелуе воедино. Темнота и уединенность, то, что они стояли так близко друг от друга, и это чёрное небо над ними полное ярких звёзд… его мягкие губы, прижавшиеся к пальцам так обжигающе и настойчиво, и шершавость его щеки, чуть царапнувшая кожу и этот тёплый плащ… а может это был виноват и не плащ… но её окатило такой жаркой волной, что даже мочки ушей запылали от смущения, и сердце забилось где-то в горле.

              -Спасибо за гостеприимство и катитесь к дьяволу, мессир Форстер! - воскликнула она от смущения и неожиданности. - Ненавижу и вас, и вашу Трамантию! И пёс ваш мне нужен, и плащ…

              С этими словами она сбросила плащ с плеч, быстрым шагом пересекла лужайку и вошла в дом. А позади услышала лишь смех хозяина Волхарда и его возглас:

              -Вы ещё забыли пожелать мне провалиться, синьорина Миранди!

              ...А вот чтоб ты и провалился!

              Сославшись на головную боль, она попросила Кармэлу принести ей ужин в комнату, потому что видеть самодовольного Форстера после всего, что она узнала, было выше её сил.

              Она ходила из угла в угол по комнате и корила себя за то, что наговорила. За свою несдержанность и за то, что допустила всю эту неловкость… следовало бы подумать, что он попытается сделать что-то неприличное. Почему рука у неё до сих пор горит, как от ожога? Почему за этот поцелуй ей стыдно в сто раз сильнее, чем за тот, что был на балу у Таливерда?

              Пречистая Дева! Да почему же он так её бесит?

              Будь она мужчиной – давно бы вызвала его на дуэль ! Ведь то, что он сделал – затащил их сюда обманом, это немыслимо! Воспользовался доверием отца, зная о его увлечениях, да, может, он и кости эти подбросил в пещеру, с него станется! Он говорил об этом с таким самодовольством, словно подвиг совершил!

              Позже пришла служанка с целой вязанкой дров, разожгла камин, и произнесла с сильным горским акцентом:

              -Хозяин сказал, дэлья роса наверняка будет мёрзнуть. По мне, так тепло, но ежели, и правда, замёрзнете, мона, вон поленья – подбрасывайте, сколько надо. Ежели мало, кликните меня – я ещё принесу. Хотя это комната Ромины, она и так самая тёплая, но могу ещё и пледов дать. Зовите меня Джида, я тут около кухни всё время.

              -Дэлья роса? – переспросила Габриэль. – Что это значит?

              Служанка покосилась на неё, пожала плечами и ответила неохотно: