Провидица (СИ)

- Я не разочарую вас, матушка, – с ответной улыбкой произнёс Рейджи и крепко обнял Александру, прижавшись за талию, – Ты только себя береги, ладно? Не перенапрягайся и спи, как можно дольше, тебе это на пользу пойдёт, – мальчик отпрял от девушки и снизу вверх посмотрел в её глаза, – Если тебе станет плохо, сразу же позови того врача. Он тебя уже на ноги поставил, значит хороший. Но ты всё равно сильно не перетруждай себя. Твой организм всё ещё слаб, – строго заявил Рейджи, поправляя съехавшие очки, – Если тебе снова станет плохо, то сразу же отправь нам весточку, мы тут же приедем.

- Ох, ты, мой заботливый сын. Не переживай, мне уже намного лучше, – она нежно погладила мальчика по волосам, после чего поцеловала в макушку. Её так трогало, что Рейджи проявляет к ней такую заботу.

На дворе было уже лето. Июнь. Однако, сегодня был прохладный ветер, поэтому распущенный волосы ясновидящей игриво колыхались на ветру. На ней не было никаких украшений, кроме ручного браслета на запястье соединённого с кольцом. Блестящее светло-жёлтое сари, украшенное блёстками, выглядело на ясновидящей очень сдержано и нежно.

- Дети, а ну ка подойдите ко мне, – ясновидящая обернулась, протягивая руку, как бы подзывая к остальным пяти мальчикам, которые только что вышли из дворца, одетые в дорожную одежду. Аято, Шу, Канато с медведем в руках и Райто сразу же подбежали к Александре. Они вместе окружили девушку и крепко сжали её.

“О, Господи, они меня сейчас раздавят.” – мучениски выдохнув, она постаралась обнять каждого из детей в ответ.

- Будьте очень внимательны в чужом доме и возвращайтесь скорее домой. Я буду ждать вашего возвращения, – эти слова вызвали у всех пятерых детей пунцовый румянец. Пусть знают, что, куда бы они не уехали, их всегда будет кто-то ждать. Она их будет ждать. Она не считает их обузой или тяжёлым бременем. Александра просто любит этих детей и всегда будет ждать их возвращения.

Видя в стороне стоящего Руки со стеснительно опущенной головой, ясновидящая протянула ему руку и с улыбкой произнесла, – Руки, а почему ты не едешь? Я думала тебе будет интересно тоже побывать на балу. Почему ты отказался?

Рейджи, оторвавшись от прорицательницы, со злорадной усмешкой исподлобья зыркнул на темноволосого паренька.

“Что? Стыдно появляться на людях, да, нищеброд? Ему никогда не сравниться с такими благородными, как я и мои братья. Никакими манерами нельзя скрыть его протухшую, нищенскую душонку. Хех, нищебродом был, нищебродом остался. Сколько бы он не старался, на балу любой гость поймёт, что он простой нищий, и что он не принадлежит нашей семье. Не хочу, чтобы он с нами ехал. Он опозорит отца. Я не позволю ему бросить тень на семью.”

- Нет, я лучше останусь с тобой, – ответил Руки и хитро ухмыльнулся, глядя на озлобленного Рейджи, который слегка сильнее сжал руками талию Александры, словно боясь отпустить.

“Надеюсь, этот чудик не навредит матери. Не доверяю я ему. Ещё и скалится, придурок!”

Александра проводила мужа и детей в недолгую поездку. Сама ясновидящая не смогла поехать вместе с ними. Хоть ей и стало намного лучше, чем прежде, однако её здоровье всё ещё не позволяло девушке сильно перенапрягаться, не говоря уже о длительных поездках неизвестно-куда. Ей даже гулять пока только час от силы разрешали. Всё ради её блага.

Руки хоть и был человеком, но прекрасно понимал, что девушке не так хорошо, как она хочет показаться всем. Он видел, что Александра изо всех сил старается выглядеть здоровой и всё, лишь ради того, чтобы не беспокоить детей и мужа.

“Она такая бледная.” – с прискорбным выражением лица заметил мальчик, стоя сбоку провидицы, которая смотрела вслед удаляющимся каретам. Он дотронулся до её ладони и легонько её сжал, – “Такая холодная. Она дрожит. Думаю, ей сейчас плохо, а она всё равно продолжает улыбаться им вслед. Я решил остаться, чтобы присмотреть за ней, ведь она, скорее даже если умирать будет, всё равно отчаянно продолжит твердить, что всё в порядке. Не могу я её оставить в беде! Она такая добрая, я впервые встречаю столь искреннюю и надёжную девушку. Она помогла мне: дала крышу над головой, выслушала мою историю, заботилась обо мне. Как я могу оставить её? Глядя на неё, я вспомнил давно забытые чувства и эмоции. Для меня она – “мать”…нет… она для меня нечто большее. Я жил, как в Аду, до встречи с ней, а она дала мне шанс вырваться из всей той грязи, в которой я погряз. То чувство, которое я к ней испытываю, когда смотрю на неё, не описать простыми словами. Она просто очень дорога мне. Я обожествил её образ в своей голове. В моих глазах для меня она – ангел воплоти, божество, спустившееся с небес на землю. Она не человек, а святая. Она понравилась мне с самого начала и с каждым днём проведённым с ней она становилась для меня всё дороже и ближе.” – Руки сильнее сжал её ладонь. Он выглядел очень нервным и печальным, – “Возможно, глупо надеяться на то, что я когда-либо сумею стать частью её семьи, наверное я не достоин, но я всё равно хочу быть рядом с ней и поддерживать её по мере возможностей. Я не отпущу её руку и не отдам какой-то болезни. Я сделаю всё возможное, чтобы облегчить её страдания.”

В тот же вечер в одной из гостевых спален находился маленький десятилетний мальчик. Это был Руки. Его поселили именно в эту комнату. Он спал в ней уже больше трёх месяцев. Она была сделана в тёмно-бардовых тонах с антикварной мебелью. Лично Александра считала, что такие тёмные цвета не совсем подходят маленькому мальчику.

Он сначала подбежал к небольшому рабочему столу, который располагался в углу комнаты и, схватив плетёную книгу с надписью: “Травы мира”, уселся на кровать, при этом быстро листая страницы, будто что-то разыскивая. Энциклопедия была оформлена с картинками, поэтому её было интересно читать. У мальчика в комнате было много книг. Огроменные стопки различных изданий стояли по всей спальне. Там были книги, и по истории, и по культуре, однако больше всего там было книг касающихся медицины: по биологии и химии. Зачем? Руки так же, как и Рейджи, то ли из-за зависти, то ли ему действительно это интересно, но он стал изучать медицину.

- Вот! Нашёл! – воскликнул мальчик, глядя в книгу. На странице была надпись: “Цветок изумрудной лозы.” Руки внимательно разглядывал картинку с этим цветком, будто стараясь запомнить, как он выглядит.

“Здесь написано, что он очень редок. Он растёт в Филиппинах, но я уверен, что в Японии его тоже продают. В стране “восходящего солнца” можно найти всё, что угодно. Сюда привозят много товаров со всего света, я то уж знаю наверняка, ведь я часто ночевал на улицах, поэтому довольно много знаю о рыночной торговле. В этом деле главное лишь знать, где его конкретно продают, а со всем остальным я разберусь сам. Не важно, что мне придётся сделать, чтобы раздобыть этот цветок, но я не дам ей умереть. Не дам!”

Мальчик с грохотом закрыл книгу, перед этим вырвав от туда листок и, соскочив с кровати, подбежал к шкафу с выдвигающимися ящичками. Он достал от туда тёмную накидку с капюшоном. Надев её, мальчик быстро спрятал под плащ вырванную и аккуратно сложенную страницу из книги с изображением нужного цветка, после чего тихонько вышел из спальни и бесшумно закрыл за собой дверь.

Он старался не шуметь, чтобы не разбудить обитателей дома. Руки явно не хотел быть замеченным. Он шёл по коридору на цыпочках, спускался, при этом постоянно оглядываясь. Было видно, что он боится, ему страшно, но он всё равно продолжал идти вперёд.

Уже стоя у подножья лестницы на первом этаже, мальчик услышал отдалённые голоса двух служанок, которые переговаривались между собой, – …Надеюсь, ты остудила еду для Госпожи.

- Конечно, – голоса становились всё ближе. Кажется, эти служанки шли прямо ему на встречу, – Повар приготовил самые любимые блюда Госпожи Хайнц-самы, чтобы немного порадовать её, – Руки так перепугался, что его обнаружат, а после, не дай Бог, расскажут о побеге Александре, что моментально спрятался под лестницей, при этом дрожа.