Гордость, сила и зима: стирая границы (СИ)

— Оли, а ты никогда рядом с Гастом не был? — уточнила я, откидываясь на спинку сидения.

— Да нет, если только проездом. А что? — спросил он, рассматривая то меня, то Дика.

— Ничего, — прыснула я в кулак. — А где Эван и Лекс? Они же с нами собирались ехать в одном экипаже.

— О, их позвали в свою карету две пожилые госпожи из Торсии, — отозвалась Игрейн. — Очень настаивали.

— Понятно, — хихикнула я, упираясь рукой в стенку кареты, которая все-таки тронулась с места.

— Форс, а ты чего такой задумчивый? — развеселился Стоун, щелкая пальцами перед носом Дика, который сосредоточенно разглядывал пейзаж за окном.

— Да вот прикидываю, сколько жизней у кошек, — усмехнулся он, поворачивая голову в сторону товарища.

***

Коронация, как ни странно, прошла без приключений, так что бдительность, хвала Всевышнему, оказалась удвоена зря. Никто не попытался в срочном порядке совершить переворот или просто испортить праздник. Хотя, моя проснувшаяся подозрительность твердила, мол, после пира, на сытый желудок, вот тогда-то преступники могут активизироваться. Но я всего лишь скромная целительница, а не провидица, так что к танцевальному этапу свадьбы мы подошли без приключений.

И сейчас все с благоговением смотрели на первый танец короля и королевы. Они кружились в свадебном вальсе и казались ожившей картинкой к сказке о красивой любви. Впрочем, так оно и было. История про любовь принца и простой девушки завершилась счастливым финалом. И Линда собой олицетворяла мечты и надежды всех маленьких девочек, которые хотя бы раз в жизни представляли себя сказочными принцессами. Да, в сказки всегда хочется верить. Но рано или поздно ты понимаешь, что грустные сказки тоже нужны в этом мире. Это жизнь, и она не всегда бывает такой, как хочется. И все же… Становится дико обидно, когда грустной оказывается именно твоя сказка.

— Вэл, спустись с небес, — весело позвал меня Эван, с которым я самозабвенно вальсировала.

Охрану короля никто не отменял, но все же по очереди мы вполне могли позволить себе развлечься. Вот и сейчас, оттанцевав, я потащила друга к столам с закусками, чтобы слегка перевести дух и, что скрывать, перекусить. Эван ловко перехватил у слуги два бокала с игристым вином и протянул один мне. Но не успели мы поднять тост за короля и королеву, как провидца вытянули на очередной танец, так что он едва успел впихнуть мне один бокал.

Как известно, пить в одиночестве — это явная дорога к алкоголизму, но я здраво рассудила, что нахожусь среди минимум сотни человек, так что смело попивала вино, разглядывая толпу. Яркие платья мелькали вперемешку со сдержанными оттенками камзолов. Вокруг повисли запахи дорогих духов, а в ушах потихонечку начинало звенеть от гремящей музыки.

— Отлично выглядишь, Валерия.

— Госпожа Уилсон! — воскликнула я, обернувшись на голос и обнимая появившуюся женщину. — Хотя, полагаю, уже Торнби?

Платье с завышенной талией хоть и скрывало, но все равно обозначивало ее беременное положение, а на правой руке поблескивало обручальное колечко. Причем, живот был такой, что во время нашей последней встречи Каролина уже точно знала о беременности. А вот во время охоты на “алийского палача”, скорее всего, нет. Иначе бы не стала так рисковать.

— Верно, — неожиданно рассмеялась она. И, небо, как же женщина преобразилась от этого смеха. — Пошли найдем тихое местечко, мне есть, что сказать.

Я в нервном возбуждении от грядущих новостей окинула взглядом зал, убедилась, что за нашими венценосными молодоженами есть кому приглядеть, и потащила Каролину прочь. А вела я ее в свою спальню, там-то мы точно поговорим без лишних ушей. Всю дорогу я косилась на дознавателя, но она упорно хранила молчание и только улыбалась. Несмотря на ее внешнюю суровость, на то, как изначально сложились наши отношения, я не сомневалась — Каролина будет хорошей матерью.

Мы прошли в мою комнату, и Каролина удобно устроилась в кресле. Я же нетерпеливо выглянула за дверь и на всякий случай убедилась, что в коридоре никого нет, а потом подскочила к месту напротив. Дознаватель раскрыла небольшую сумочку, которая до этого висела у нее на поясе, достала портрет в круглой рамке и протянула его мне. Художник изобразил на маленьком холсте мужчину. Не знаю, как давно написали портрет, но изображенный выглядел примерно лет на тридцать и до жути напоминал змею. Длинный нос с тонкими ноздрями, стянутые в хвост волосы пшеничного цвета, поджатые губы, практически слившиеся с лицом по цвету — все это невольно вызывало ассоциации с чешуйчатыми гадами. Я сильно сжала портрет и перевела взгляд на женщину, понимая, что просто так она бы мне его не вручила.

— Это?..

— Итан Прайм, — кивнула она, наблюдая за моей реакцией.

А я вновь уставилась на портрет, силясь запомнить каждую черточку. Кажется, теперь я буду тщательнее рассматривать прохожих на улицах. Надо признать, что одежда на нем казалась очень дорогой, вряд ли он нуждался. Но что-то заставило этого человека изготовить яд, которым отравили мою мать. И я выясню, что именно. Чего бы мне это ни стоило. Рамка в моей руке нехорошо хрустнула, и я отложила ее, чтобы не сломать окончательно. Мантия, казалось, начала душить, так что я дрожащими пальцами принялась бороться с застежкой, выжидающе смотря при этом на Каролину.

— Ты же понимаешь, что, скорее всего, это он сделал ту дозу «Весеннего листопада», — размеренно сказала она, словно объясняла, что два и два равняется четырем. — Последний раз он обозначился под именем Троя Станса.

— Где? — выдохнула я, ощущая, как сердце бьется где-то на уровне горла. Я уже понимала, что моя поездка изменит конечную точку, но только никак не могла просчитать последствия. Как отреагирует король, когда узнает, что его подчиненная воспользовалась, так сказать, отпуском в личных целях и не доехала до Академии?

— Это было нелегко, — продолжила Каролина. — Сама понимаешь, как тщательно он заметает следы. Не буду рассказывать, скольким своим знакомым я проела плешь, лишь бы достать информацию, — уголком губ улыбнулась она, — но мне доподлинно известно, что человек с его приметами некоторое время назад въехал в одну страну. И пока что ее не покинул.

— Какую? — нервно подскочила я и едва не завалилась, подвернув ногу из-за каблуков. Раздраженно скинув туфли, я принялась стучать ступней по полу и одновременно теребить цепочку на шее. — Ну не томите же!

— Зельна.

Короткое слово обрушилось подобно ушату ледяной воды. Зельна. Я хрипло рассмеялась, опустившись обратно в кресло. Вот значит как. Было такое чувство, что сама судьба толкала меня в соседнее королевство. Что же. Я к этому готова. Теперь — как никогда раньше.

— Я со дня на день уезжаю обучаться в зельнскую Академию Лекарей, — объяснила я свой приступ истерического смеха. — Это было давно запланировано. Но теперь, — я хищно улыбнулась, — у меня немного поменялась культурная программа.

— Не делай глупостей, Валерия, — напряглась Уилсон. Нет, Торнби. В общем, я мысленно решила звать ее двойной фамилией. — Прямых доказательств его причастности нет. Я не могу официально поднять дело твоей матери.

— Бумажная морока, — понятливо кивнула я, вновь беря в руки портрет. — А если преступник будет пойман, тогда уже будет достаточно аргументов, чтобы вновь открыть дело? — прищурившись, поинтересовалась я. — Не волнуйтесь, я не собираюсь носиться во всей Зельне с мечом наголо. Змеи, — потрясла рамкой, — сначала таятся, а потом нападают.

— Пока дело леди Прайд лежит в архиве, на помощь властей нельзя рассчитывать. Думаю, что ты тоже не станешь просить короля посодействовать в этом деликатном деле, правильно? — теперь уже она смотрела на меня с хитрым прищуром. — Я не смогу поехать с тобой, — кивком указала женщина на свой живот. — Но я подскажу, к кому обратиться за помощью. Эти люди сами тебя найдут, они не любят незваных гостей.

— Оу, вам вроде по статусу не положены такие знакомства, — хмыкнула я, догадавшись, что придется иметь дело с некими преступными элементами.