Тело в дело. Сборник романов (ЛП)

Прежняя картина мира, к которой привык западный человек, была очень уютна. Библия говорила, что Бог, в которого верят христиане, сотворил мир, и этот мир чем-то напоминает пряничный домик, который принято изготавливать на Рождество. Поколения европейцев рождались, жили и умирали с верой в то, что земля лежит в центре мироздания, а человек, обитающий на этой земле, является самым важным из живых существ.

Понятно, что Библия не является трактатом по физике или астрономии. И когда там говорится, что Земля лежит в самом центре мира, то речь идет не о положении нашей планеты относительно соседних звезд, а о чем-то совсем ином. Земля (утверждает Библия) важна лишь тем, что на ней живет человек. А человек важен лишь потому, что Бог считает его Своим любимым ребенком. Однако после Великой Французской революции точка зрения претерпела изменения. Революционеры отменили Бога христиан, и вся картина здорово скособочилась.

Если никакого Бога нет, то и Земля – никакой не центр, а просто каменный шарик, затерянный на периферии Галактики Млечный Путь. Именно об этом говорила новомодная физика Эйнштейна. Раз никакого смысла в создании Вселенной нет и не было, то с какой стати мы должны верить в уникальность собственной планеты? И если библейский рассказ о Боге, который создал Себе любимых детей, – это всего лишь древняя сказка, то с какой стати нам считать, будто человек хоть чем-то отличается от прочих биологических организмов?

Последние открытия Эйнштейна выглядели дико свежими, совсем новыми. Хотя реально это было возвращение чего-то древнего и хищного. Принято думать, будто в древности люди были не в состоянии представить то, насколько огромен окружающий нас мир. Будто людям всегда казалось, что мир возник от силы несколько тысяч лет назад и весь ограничен Солнечной системой. Что лишь современные физики сумели показать безграничность мироздания во времени и пространстве. Это, конечно, неправда. Древние индусы считали, что мир возник даже не шесть – девять миллиардов лет назад (как принято думать в наше время), а в эпоху, начало которой выражается числом со ста восьмью нулями тому назад. Античные греки предполагали, что край Вселенной находится от нас с вами на расстоянии, которое луч света проходит в течение вечности. Язычники вообще любят масштабные числа.

Точно та же история с психологией. Фрейд вовсе не был первым, кто обнаружил внутри человека свору чудовищ. О том, что по ту сторону каждого из нас сокрыт ад, было известно давным-давно. Об этом говорили индийские Упанишады и китайские трактаты по внутренней алхимии. Да и христианские мистики описывали устройство человеческой личности иногда очень похоже на современных психоаналитиков. Суть вовсе не в том, что в древности человек не понимал, насколько сложно он устроен, а в том, что христианство, к которому успели привыкнуть европейцы, объясняло: эта изнанка человеческой психики больше для нас не опасна. Да, конечно, внутри нас есть много всякой дряни. Но Бог, сотворивший человека из ничего, сумеет справиться с ней, ведь это очень могучий и очень добрый Бог.

Эта вера устраивала европейцев очень долго. Но вот к началу ХХ века она перестала их устраивать. Революции отменили христианство, а коли так, то с какой стати всем нам верить в то, что мир устроен разумно? Или в то, что человек может жить свободно от своих внутренних бесов? Эйнштейн и Фрейд первыми попытались описать мир, в котором совсем не осталось Бога, и стоит ли удивляться, если их описание оказалось настолько похожим на древнюю мудрость индусов?

5

А первым, кто обратил внимание на то, как сильно современный психоанализ напоминает индийское язычество, стал еще один ученик Зигмунда Фрейда. Звали его Карл-Густав Юнг.

Лучшую биографию Юнга написал человек, которого звали Джозеф Кемпбелл. Если вы не в курсе, то поясню: это тот самый парень, начитавшись которого Лукас сел за создание эпопеи «Звездные войны». В своей книге Кемпбелл приводит множество интересных фактов, касающихся юнговской юности, но останавливаться на них подробно мы не станем. Сразу перейдем к самому главному.

Большинство первых психоаналитиков были вечно голодными евреями с периферии. А вот швейцарец Карл-Густав родился во вполне буржуазной семье: дед и прадед были медиками, папа – пастором в местной церкви. Уютный дом, размеренная жизнь, любящая мама, хорошее образование. Кто знает, может быть, благодаря именно этим мелким радостям быта, Юнг, единственный из всех учеников Фрейда, отказывался верить, что по ту сторону человеческой личности скрывается черная пропасть сексуальных психозов?

С Фрейдом молоденький Карл-Густав стал сотрудничать лет на семь раньше, чем сексуальный революционер Райх. Зато и разругался с учителем он тоже раньше остальных фрейдистов. Суть их взаимных претензий состояла вот в чем.

Фрейд считал, что под тоненькой скатертью нашего сознания скрывается бескрайнее подсознательное. Мы ничего не знаем о нем, а между тем именно в подсознательном скрыты объяснения наших поступков. Именно там обитает либидо – сексуальная энергия, на которой и работает человеческая личность. Однако Юнг, набравшись смелости, объявил: учитель неправ. Секс – это вовсе не золотой ключик, подходящий к любому замку. Если заглянуть еще глубже, то под уровнем сексуального можно найти куда более важный уровень психики. Там, на самом дне, отдельная человеческая душа освобождается от всего грязного и чувственного и становится частью души мира. Там, в самом фундаменте, словно кирпичики, на которые опирается вся остальная конструкция, лежат так называемые архетипы. Фундаментальные образы, на которых и выстроен окружающий мир. И тот, кто расшифрует их, прикоснется к самым сокровенным тайнам Вселенной.

Юнг утверждал, что человек – это вовсе не отдельная личность, вечно обреченная таскать с собой рюкзак грязного, перепачканного спермой белья. Наша личность – часть вселенского сознания, которое все знает, во всем присутствует и пребывает не в состоянии психоза (как утверждал Фрейд), а, наоборот, в состоянии вечного блаженства и спокойствия. Подсознательное, которое мы носим в себе, – это не порножурнал, а библиотека древних мистических трактатов.

Самое интересное, что дальневосточные религии, типа буддизма или даосизма, действительно говорили о чем-то очень похожем. А коли так, коли и современная наука, и древняя религия подтверждают друг дружку, то к чему и сомневаться – радостно потирал руки ученый. Нужно читать книги древних мудрецов и алхимиков. Только эти книги и способны рассказать, как именно мы устроены.

Внутри каждого из нас скрыт Бог. Так считали восточные язычники. Так же считал и современный психоаналитик Карл-Густав Юнг. Не сексуальный кошмар, о котором говорил Фрейд, а самый натуральный Бог. Откройте его в себе, и станете тоже немножко богом: счастливым, беззаботным, мудрым и наплевательски относящимся к житейским проблемам.

6

Не знаю, обращали ли вы внимание, но всех до единого персонажей фильма «Матрица» зовут именами богов: Морфей, Троица, Локи, Персефона.

Главный герой фильма съел таблетку и оказался в божественном мире. В мире, жителями которого являются одни сплошные боги. И сам он (после того как наконец разобрался в себе) тоже становится богом.

Фильм «Матрица» недаром является самой популярной кинокартиной современного мира. Дело в том, что мир, в котором живешь ты, дорогой читатель, устроен именно так.

Древние восточные религии утверждали, что искать бога вовне – занятие бессмысленное. Единственное место, где бог обитает, – это глубины вашей собственной психики. Чтобы встретить бога, нужно не смотреть по сторонам, а закрыть глаза и прислушаться к тому, что творится внутри тебя.

Так говорили древние язычники. Точно то же самое повторяли и современные психоаналитики. Однако из этого утверждения можно сделать всего один и очень простой вывод. Если бога нет нигде, кроме тебя, значит (правильно!), бог – это и есть ты. Раз бог живет внутри тебя, то значит, единственный бог на свете – это и есть ты сам.