«Если», 1996 № 10

За несколько недель после битвы мы с Келли стали друг другу чужими. Причиной было, главным образом, присутствие Кири: с ней рядом мы не чувствовали себя свободными, хотя она не проявляла ни малейшего интереса ни ко мне, ни к ней. Келли сторонилась меня, а я не мог заставить себя сделать первый шаг. Как и в ту ночь, когда Кири застала нас на складе, я чувствовал, что наша любовь — детство, что мы — сценические персонажи, а наше желание — ложь, всего лишь выражение потребности находиться в центре всеобщего внимания, как у актеров, разыгрывающих забавный, но глупый фарс. Мы оба продолжали отвергать то, что стало в конце концов неизбежностью.

Не буду изображать наше возвращение друг к другу как кульминацию драмы, так как на самом деле ничего драматического не было. Просто как-то вечером она явилась в комнатушку на ферме, где я устроил себе место для ночлега на случай, если мне не захочется возвращаться домой. Однако осторожная нежность, которую мы теперь проявляли, трепетно прикасаясь друг к другу, подобно слепцам, знакомящимся на ощупь с лицом статуи, нисколько не напоминала нашу первую близость в Эджвилле с ее пылом, потом и самозабвением. Я понял: все, что было у нас хорошего в начале, теперь выросло и расцвело; разве не чудо, что при всей нашей предательской сущности, при всем нашем неумении, при всем столкновении в нас противоречивых принципов — все равно в этой бесплодной почве прорастает семя, которое мы именуем человеческим духом и которое превращается потом в бессмертную правду. Лежа рядом с Келли, я испытывал чувство, которым вряд ли можно гордиться: все происшедшее со всеми нами не вызывало во мне сожаления; даже к Кири я не испытывал жалости, представляя себе, как она превращается в стрелу, вонзающуюся во вражеское сердце. Мне пришла в голову мысль, что все мы превращаемся именно в тех, в кого нам было предначертано превратиться судьбой: Кири несет смерть, Бред вырастает сильной личностью, а мы с Келли становимся просто возлюбленными — роль, которая раньше казалась нам обоим заурядной, а теперь выглядит осуществлением самых дерзких, несбыточных надежд. Что за чистое, могучее чувство — стряхнуть с себя обрывки старых влечений и опасений и погрузиться в даруемый друг другу покой, зная, кто мы такие и почему, и понимая при этом, что прошлое обречено на гибель, а будущее стоит на пороге.

Всеволод Мартыненко

НЕБЫВАЛОЕ ОРУЖИЕ

В течение столетий свою свободу, честь, состояние и саму жизнь можно было защищать, лишь сражаясь за них. Люди решали споры, искали свою судьбу и славу с помощью оружия.

Оружие отражает уровень знаний и развития технологии своего времени. То, чего касается труд, мысль и знания, удивительным образом расцветает, приобретает черты совершенства. Любой образец оружия является одновременно предметом декоративно-прикладного искусства, а лучшие экземпляры — это своего рода шедевры, созданные руками мастеров. Прослеживается связь между красотой, удобством и эффективностью, действенностью вооружения. Содержание и форма едины, и красота оружия служит внутренним ориентиром его функциональности.

«О мой друг Азазелло!.. пусть моя смерть ляжет на твою совесть, а я завещаю тебе мой браунинг…»

Эта булгаковская фраза известна всем. Как выглядит браунинг, тоже известно, а если нет — можно посмотреть в соответствующих справочниках. Но в каких справочниках вы найдете внешний вид и примерные характеристики бластера, скорчера, лучемета? Писатели нередко довольствуются «малым джентльменским набором», не давая ни малейшего намека на способ действия и внешний вид оружия. Простим писателей, но ведь и художники-иллюстраторы фантастических произведений мало внимания уделяют ручному оружию, в крайнем случае изображая нечто среднее между мотопилой и машинкой для пускания мыльных пузырей.

Энциклопедия «Небывалое оружие», работа над которой ведется А. Бирюковым, Г. Сердитым и автором данной публикации, представляет собой свод исследований, разработок и аналитических статей, посвященных оружию в научной фантастике (литература и иллюстрации к ней, кино, комиксы, компьютерные игры), а также тенденциям в развитии современного оружия и некоторым вероятностным путям, по которым оружие могло бы совершенствоваться в прошлом, настоящем и будущем. Кроме этого, в нее войдут статьи, посвященные военным действиям в условиях вымышленных миров и времен.

Присмотримся поближе к ручному оружию, которое используют фантасты для сведения счетов с врагами.

Открывают перечень видов ручного вооружения обычное огнестрельное, ракетное и огнеметное. Порой они отличаются друг от друга лишь придуманным собственным наименованием или названием фирмы-изготовителя (как карабин «Мазетти» Ф. Карсака из романа «Львы Эльдорадо»).

Такое оружие, как правило, аналогично современному, но обладает какой-либо гипертрофированной чертой, например, чудовищной мощностью, как пистолет 75-го калибра из рассказа Гарри Гаррисона, или большим количеством зарядов при малых размерах и массе, или бесшумностью и сверхзвуковой начальной скоростью полета пули.

Подобным модификациям и трансформациям подвергаются любые образцы, любые системы, от древнего лука (Рембо-2) и арбалета до привычных М-16 («Чужие») или новых разработок («Робокоп», «Вспомнить все») и осуществляются в самых разнообразных направлениях. Например, писатели и сценаристы оснащают обычный пистолет оптическим и лазерным прицелами одновременно и изображают немыслимый поражающий фактор («Разрушитель»). Но это простейшие способы, применяемые, по большей части, в кино.