Звездный дождь

да происходят странные события. Об этих вещах много рассказывают, но никто ими толком не занимается. Таинственные радиоэхо, локационные призраки, эфирные голоса... Словом, загадочные события.

- Насколько я знаю, в основном это байки, - сказал Васильев. - Я работаю в метеослужбе десять лет, но никаких событий за это время...

Он вдруг замолчал и быстро встал. Его взгляд был устремлен мимо Рыбкина, к входной двери.

Из коридора повеяло ветерком. Рыбкин обернулся и тоже встал. В проеме стоял высокий седой человек, знакомый по фотографиям. Это был знаменитый в прошлом космонавт, а ныне начальник Лунного комплекса Озерский - комендант Луны, как он себя называл.

- Здравствуйте, Виктор, - ласково сказал он Васильеву, кивнув Рыбкину. - Хорошо проводите рабочее время, за приятной беседой...

- Мы по делу, Николай Львович, - виновато сказал Васильев. - Это товарищ Рыбкин. Он мне совершенно не мешает.

- Вы так считаете? - ласково поинтересовался Озерский. - Действительно не мешает?

- Что случилось, Николай Львович? - тревожно спросил Васильев.

- Вам лучше знать. Это вы дежурите по Системе.

Последовала пауза.

- Неужели этот метеорит? Что-нибудь случилось?

- На сей раз ничего, - холодно произнес Озерский. - Но предупреждения я не получал. К счастью, он упал на той стороне.

- Правда? - сказал Васильев с облегчением. - Тогда понятно. Если метеорит падает вдали от города и если он небольшой, тревога не поднимается. Но как же так? Почему тогда был толчок?..

- Да вы знаете, что там упало? - вдруг закричал Озерский, побагровев. Гора! Да! Самая настоящая гора! Тысячи тонн! Тысячи! Просто счастье, что на обратную сторону! Счастье! А если бы сюда?..

Озерский обвел рукой центральный зал Лунного метеопоста и тихо повторил:

- А если бы сюда?..

Он замолчал. Потом махнул рукой и вышел.

Зал обработки информации располагался рядом по коридору. Если в центральном зале было нежарко, то здесь почти холодно. Машина не человек, тепло ей противопоказано. Два оператора в цветных нейлоновых куртках играли в шахматы перед огромным пустым дисплеем. Телетайпы безмолвствовали.

- Привет, ребята, - сказал Васильев. - Хорошо проводите рабочее время.

Игроки вскочили, остановив часы. Васильев, следом Рыбкин приблизились. Рыбкин поздоровался с обоими за руку.

- Рыбкин. Александр Петрович.

- Губенко. Саша.

- Вадим.

- Есть работа, - сказал Васильев. - Только что приходил Озерский. С претензиями. Мы пропустили что-то вроде астероида.

- Если шел мимо, то могли, - сказал Губенко.

- Если бы мимо, - сказал Васильев. - Толчок почувствовали?

- Он мне такой мат испортил, - сказал Вадим, - с жертвой ферзя. Все фигуры попадали. Потом восстановили, но неправильно. Мата не получилось, а ферзь...

- Не было там мата. А где он упал?

- На обратную сторону, - сказал Васильев. Губенко свистнул. - Так говорит Озерский. А предупреждения от нас не было.

- Невозможно, - сказал Губенко. Вадим сел за машинку,