ЗАБОТЛИВАЯ ЖЕНСКАЯ РУКА

– И к чему ты все это рассказала? - иронично покривил губами Молдер.

Скалли хотела сдерзить, но передумала и ответила спокойно:

– К тому, что нам c каждой группой придется работать очень долго. Потому что категории «счастье» и «несчастье» весьма размыты у любого индивидуума. Ты вот, например, Фокс, счастлив, когда так жадно поглощаешь жареный арахис. А я при этом глубоко несчастна, так как очистками от орехов ты совершенно неприлично заплевал этот прекрасный ковер работы туркестанских мастеров!

– Я потом все уберу, - покраснел Молдер.

– Миз Скалли, - поинтересовался невидимый царевич. - А что конкретно вы предлагаете?

Скалли набрала в легкие воздуха, готовясь разразиться новой высоконаучной тирадой, но тут произошло небывалое.

Гоминид Чарли робко поднял руку и сказал:

– А можно мне?

Все на него посмотрели.

– Говори, Чарли, - мягко предложила Скалли. - Мы очень внимательно тебя слушаем.

– Понимаете…- Чувствовалось, что Чарли ужасно смущен. - С того момента, как царевич Филимон рассказал нам свою печальную историю, мне не дает покоя один вопрос. Если волшебная рука, как вы утверждаете, является к самому несчастному человеку на свете, то почему она не явилась к царевичу? Может быть, он еще не самый несчастный?

– Нет! - печально воскликнул Филимон. - Самый-пресамый! Несчастнее не бывает!

– Поверьте, дорогой царевич, я не хотел вас обидеть, - склонил голову Чарли. - Но умоляю, выслушайте меня дальше! Вот что я подумал… Волшебная рука проигнорировала несчастного царевича и его спящую супругу. Но это значит, что точно так же она может проигнорировать и всех остальных несчастных!

– И что из этого?

– А то, что руку надо искать не среди людей несчастных, а среди самых счастливых! Самых удачливых! Самых довольных жизнью!

Услышав это, все долго молчали. Наконец Скалли тихо сказала:

– Чарли, это абсурд.

– А мне кажется, в этой версии что-то есть, - раздумчиво протянул Молдер. - Не пойму только, что именно.

– Знаешь, Чарли, а ты все-таки молодец! - несколько фамильярно заявил царевич Филимон. - Я понял ход твоих рассуждений. Люди всегда уверяют себя в обратном и не смотрят в глаза правде. Поэтому счастливцы мнят себя несчастными и ропщут на жизнь, а те, за кем несчастья ходят по пятам, черпают силы и радость в благодарности и смирении.

– Думаю, мистер царевич, к вам это утверждение не относится, - мягко сказала Скалли, все больше проникаясь состраданием к Филимону.

– Это да. Мой случай - уникальный, - уверенно заявил Филимон. - Что ж. Тогда нам следует начинать поиски со счастливчиков. Эй, слуги мои верные! А подать-ка нам через минуту-полторы все списки победителей лотерей, шоу и игр за текущий месяц!

– Логично, - пробормотал Молдер. - Примем их за исходную и начнем разрабатывать.

…Через минуту и двадцать три секунды в комнату тихо, сам собою, въехал стол с работающим компьютером. Голос ниоткуда торжественно объявил:

– Приказание выполнено, хозяин.

Скалли и Молдер буквально прилипли носами к монитору.

– Давай статистику! - азартно воскликнул Молдер.

Они посмотрели. Почитали. Растерянно переглянулись.

– Всего один человек?

– Похоже, что так, - вздохнула Скалли. - Это, конечно, сужает круг наших поисков, но… Что-то мне здесь не нравится.

– Почему? Ты посмотри, Дэйна. Трифон Вамбонгович Оглоедов, житель города Кимовск, Тульской области, выиграл двести тысяч рублей в сто тринадцатом розыгрыше моментальной лотереи «Сотри, узнай, выбрось!». Выиграл… о черт, десятого января!

– Завтра, - загробным голосом прокомментировал Чарли.

– Вот это-то мне и не нравится, - закончила свою мысль Скалли.

г. Кимовск, Тульская область,

Россия

10 января, суббота, 10:00

На улице было непразднично. Едва рассвело, как оказалось, что небо спряталось в тучах, похожих на громадные засаленные ватники. Из туч посыпался мелкий противный снег. Трифон с содроганием смотрел из своего разбитого окна на это климатическое беспутство. Окно пришлось заделать пленкой, одеялом и скотчем, но Трифон понимал - это не метод. Нужно было идти на рынок - купить стекло. Также требовался коньяк и хлорамин для майора-инкуба, потому что тот заявил: остается дневать-ночевать у Трифона, дабы пресечь все попытки новых нападений. Словом, майор Колосков намылился играть роль телохранителя.

«И рукохранителя», - насмешливо подумал Трифон. Инкуб и рука, похоже, подружились. Трифон даже грешным делом подумал, что рука тоже влюбилась в инкуба с мощным либидо. Что странно, Трифон при этой мысли испытывал нечто, похожее на ревность.

Была и еще одна причина, по которой хочешь не хочешь, а выходить на улицу, в непогоду и мрак, придется. Холодильник пуст. Просто шаром покати. И денег - шиш. Так что надо сначала смотаться в казино - занять у кого-нибудь из тамошних ребяток деньжат до зарплаты. Трифону там всегда помогут. И Костя Кисляй его выручает, и симпатичный крупье по прозвищу Жано, и даже «сам», держатель казино Вахтанг Муслимович. А потом - на рынок, прикупить того-сего…

Трифон вышел на кухню. Там стоял инкуб и, стараясь лишний раз ничего не касаться, наблюдал за тем, как рука энергично рисует свои значочки-крючочки.

– Пытаетесь наладить общение? - усмехнулся Трифон. - У меня это слабо получилось. Только на уровне ответов «да», «нет», «не знаю». А рисунки эти - просто какая-то… египетская грамота!

– Я вас обрадую, Трифон, - сказал инкуб. - Это не египетская грамота, а достаточно распространенный в совмещенных пространствах язык общения. К нашему общему счастью, я владею этим языком в совершенстве.

– Да? - восхитился Трифон. - И что же она здесь нарисовала?

– Все просто. Это список продуктов, который вам необходимо купить.

– Ого! - Трифон глянул на исчерченную символами бумагу. - Слушай, радость моя, ты ничего не перепутала? Я не миллионер! Я простой русский негр. Вот это что за точечки? А этот овальчик? И звездочки…

Рука взобралась к Трифону на плечо, погладила кончиками пальцев по щеке, указала на майора. Тот кивнул:

– Вас понял. Перевожу. Так, Трифон. Точечки - это капуста белокочанная. Точек две, значит, бери два килограмма. Овальчик - это колбаса, правда, надо уточнить, вареная или копченая. Лучше возьми двух видов, неизвестно, когда тебе придется в следующий раз по магазинам да рынкам бегать, жизнь у тебя теперь опасная…

– Погодите, - вздрогнул Трифон, - вы со мной не пойдете, да? То есть я один?… А как же моя безопасность?

– Не волнуйтесь. Думаю, в толпе никто на вас нападать не рискнет. Кроме того, охотятся не за вами, а за рукой. А она должна быть дома. И я ее буду охранять.

– Да. Пожалуй, так будет правильно, - согласился Трифон.

Втайне он даже почувствовал радость - выберется наконец из квартиры, вдохнет свежего, пусть и неуютного воздуха, посмотрит на людей, на афиши, которыми вечно оклеен главный вход на рынок… Отвлечется от ненормальной фантастичности своего бытия. Это ведь гораздо нужнее, чем всякие вымороченные приключения.

– Так, что там еще по списку? - деловито осведомился Трифон, мысленно прикидывая, сколько денег придется брать взаймы.

Инкуб глянул на бумажку и перечислил:

– Йогурт, сладкий творог с черносливом, кило муки, подсолнечное масло «Золотая семечка», сыр пармезан, сыр феста, луковый паштет, полкило печенки, головку чеснока, банку маринованных артишоков…

– Чего?!

– И килограмм нежирной свинины. И от меня личная просьба - не забудьте про коньяк. Можно самый дешевый. Я нетребователен.

– Ладно, - обреченно вздохнул Трифон. Но тут же не выдержал, сорвался: - Объясни мне, о рука, зачем тебе нужны какие-то артишоки? Не надо успокаивающе дергать меня за ухо! Имею я право знать?!

– Трифон, зачем вы так с нею, - укоризненно сказал инкуб. - Поверьте, она вам только добра желает.

– Я верю. - Трифон сник.