Хроники Кадуола

Глоуэн оторвался от созерцания городской панорамы. Поблизости на небольшом сооружении красовалась надпись «Туристическое справочное бюро». Глоуэн направился туда и зашел внутрь, оказавшись в помещении с длинным столом, стульями и стойками, заполненными брошюрами. За столом сидели две девушки в сандалиях и белых платьях без рукавов. «Привлекательные создания!» — подумал Глоуэн. Девушки были удивительно похожи одна на другую деликатными чертами бледных лиц, каштановыми кудрями и хрупкой стройностью. У обеих волосы были повязаны лентами — девушка слева предпочитала розовую ленту, а девушка справа — голубую. Заметив Глоуэна, они придали своим лицам одинаковое вежливо-вопросительное выражение. Девушка с голубой лентой спросила: «Мы к вашим услугам. Чего пожелаете?»

«Прежде всего, — ответил Глоуэн, — мне нужна гостиница. Не могли бы вы мне порекомендовать, где остановиться — и, может быть, даже зарезервировать для меня номер?»

«Конечно, можем! Для этого мы здесь и сидим!» Девушки насмешливо переглянулись, будто вспоминая шутку, известную только в их избранном кругу. Та, что с розовой лентой, сказала: «В Танджари двадцать гостиниц — шесть первого класса, пять второго класса. Остальные не столь удобны. Имеются также убежища для неимущих».

Та, что с голубой лентой, подхватила: «Для того, чтобы надлежащим образом удовлетворить все ваши потребности, мы должны определить ваши предпочтения. Какую категорию гостиниц вы предпочитаете?»

«Самую лучшую, разумеется, — развел руками Глоуэн. — Если я могу ее себе позволить».

Девушка с голубой лентой вручила ему листок бумаги: «Вот перечень гостиниц с указанием цен».

Глоуэн просмотрел перечень: «Не вижу ничего, что привело бы к моему разорению. Какая гостиница считается лучшей?»

Девушки обменялись усмешками. «Трудный вопрос! — заметила та, что с голубой лентой. — Уезжающие туристы, как правило, выражают мнения по поводу того, какую гостиницу следует считать худшей».

«Гм, — задумался Глоуэн. — Пожалуй, следует сформулировать мой вопрос по-другому: какая гостиницы вызывает у приезжих наименьшее количество гневных жалоб?»

Девушки на мгновение задумались, после чего стали живо обсуждать новую проблему.

««Кансаспара», наверное?» — предположила та, что с розовой лентой.

«Я тоже сразу подумала о «Кансаспаре», — согласилась та, что с голубой лентой. — К сожалению, за последние три дня прибыли три корабля, полные туристов, и никто из них еще не уехал. «Кансаспара» полностью забита».

«Жаль! — откликнулась та, что с розовой лентой. — Мне так нравится прогулочная галерея в «Кансаспаре»!»

«Очень приятная галерея!» — поддержала ее та, что с голубой лентой.

Глоуэн переводил взгляд с одной девушки на другую. «Очаровательные существа, — снова подумал он. — Хотя несколько медлительные и склонные отвлекаться от непосредственного выполнения обязанностей». Вслух он сказал: «У меня есть дело, не терпящее отлагательств. Поэтому зарезервируйте мне номер в той гостинице, где есть свободные места».

«В гостиницах «Супербо» и «Витязь-Хаз» примерно одинаковые удобства, — ответила девушка с розовой лентой. — Какую из них вы предпочитаете?»

«У меня нет предпочтений, честно говоря. Хотя, судя по фотографии в брошюре, в «Супербо» более непринужденная обстановка».

«Вы очень проницательны, — заметила девушка с голубой лентой. — Очевидно, вы что-то уже слышали о хазах, не так ли?»

«Боюсь, что нет. Но в данный момент...»

«Хазы практически вымерли. Осталось еще несколько человек под плоскогорьем Кроо-Кликс, но они больше не строят парусники пустынь. В старые добрые времена они похищали туристов и заставляли их драться на дуэлях».

Девушка с голубой лентой поежилась: «Но все это в прошлом: полночные таборы, музыка, дикие пляски, жуткие понятия о чести...»

«Очень колоритный народ, — согласился Глоуэн. — Надо полагать, их обычаи отпугивали туристов».

Обе девушки весело рассмеялись: «А вот и нет! Туристу достаточно было отказываться от дуэли. Витязь насмехался над ним, дергал его за нос, предлагал драться с завязанными глазами или с руками, связанными за спиной. Но если турист все равно не соглашался, его обзывали трусом, вором и туристом. Женщины плевали ему на ноги и вырезали в его штанах большую дыру на том месте, где сидят. Но его отпускали живым в Танджари, после чего ему всегда было о чем вспомнить!»

«Очень любопытно, — кивнул Глоуэн. — А теперь, по поводу гостиниц «Супербо» и «Витязь-Хаз»...»

«Разница небольшая, — прервала его девушка с голубой лентой. — В гостинице «Витязь-Хаз» играют музыку хазов и притворяются, что презирают туристов, хотя к насилию на самом деле не прибегают».

«Тогда я предпочел бы «Супербо», — сказал Глоуэн. — Будьте так добры...»

«Ни в «Супербо», ни в «Витязе-Хазе» не осталось свободных номеров, — сказала девушка с розовой лентой. — Мы зарезервируем вам номер в «Новиале»».

«Где угодно — мне приходится спешить».

«Сию минуту! — заявила девушка с голубой лентой. — Мы знамениты расторопностью своей расторопности!»

«Значит, «Новиаль»? Их пылесень далека от классических образцов».

«Мне она подойдет, — терпеливо отозвался Глоуэн. — Я еще не знаток. Зарезервируйте мне номер в «Новиале»».

«Непременно, — кивнула та, что с голубой лентой. — Если вам захочется пылесени получше, подойдите к одному из киосков на улице. Нет ничего лучше гангрильских рецептов».

Девушка с розовой лентой высунула язык. К кончику ее языка прилипла маленькая черная подушечка. Она сказала: «Даже сейчас я держу во рту леденец из «тикки-тикки», одного из гангрильских сиропов. У него острый, но изысканный привкус; на меня этот сироп оказывает успокаивающее действие».

Девушка с голубой лентой поддержала подругу: «Тикки-тикки часто помогает забывать о тягостной необходимости работать».

Глоуэн решительно произнес: «Мне пора идти. Я не хотел бы, чтобы выполнение моей просьбы стало для вас тягостной необходимостью».

«Вы нас нисколько не обременяете! — возразила та, что с розовой лентой. — Напротив, нам очень нравится с вами болтать — ведь нам больше нечего делать».

Та, что с голубой лентой, сказала: «Вот карта Танджари». Она сделала на карте несколько пометок: «Здесь мы живем. Если вы соскучитесь, заходите к нам попробовать самую настоящую пылесень».

«Или мы могли бы прогуляться по набережной, считая луны и декламируя надлежащие поэмы», — предложила та, что с розовой лентой.

«Или мы могли бы пойти в сераль, посмотреть на сумасшедших арлекинов, пляшущих под звуки гармошки», — прибавила та, что с голубой лентой.

«У меня просто голова кружится от такого множества возможностей! — воскликнул Глоуэн. — Тем не менее, в первую очередь мне нужно заняться делами».

«Если хотите, я вам подарю леденец из нгинга, — нашлась девушка с розовой лентой. — Нгинг сводит к минимуму серьезное отношение к делам. Вы сможете проводить время беззаботно, без напряжения».

Улыбнувшись, Глоуэн покачал головой: «Нет, благодарю вас». Он взглянул на карту: «Где именно находится «Новиаль»?»

Девушка с голубой лентой сделала отметку на карте: «Прежде всего следует зарезервировать ваш номер, а то из всего этого ничего не получится».

«Я сейчас же этим займусь! — вызвалась девушка с розовой лентой. — Совсем забыла, представляете?»

Глоуэн подождал, пока девушка с розовой лентой звонила по телефону. В конце концов она ему кивнула: «Все, ваш номер заказан, но вам следует безотлагательно явиться в «Новиаль» — иначе они все равно сдадут его кому-нибудь другому. В Танджари все так делается — раз-два и готово!»

«Вы не оставили в этом никаких сомнений, — отозвался Глоуэн. — Будьте так добры, отметьте на карте переулок Криппета, а также фирму «Аргонавт», поставляющую художественные материалы».

Девушка с голубой лентой тщательно выполнила его указания, после чего девушка с розовой лентой внимательно проверила ее пометки и одобрила их. Глоуэн снова поблагодарил обеих и удалился.