Хроники Кадуола

«Да, чуть-чуть пробежалась», — ответила Уэйнесс, стараясь не выказывать особого волнения. Обернувшись через плечо, она добавила: «По правде сказать, я порядком испугалась».

«Какая чепуха! — махнула рукой дежурная. — У нас нечего бояться, особенно если вы правильно повязали косынку».

Во время потасовки платок соскользнул с головы Уэйнесс на плечи. «В следующий раз буду осторожнее, — пообещала Уэйнесс, развязала платок и вернула его служащей. — Большое спасибо!»

«Не за что. Мы всегда рады помочь постояльцам».

Уэйнесс поднялась к себе в номер, закрыла дверь на замок и на засов и плотно задвинула шторы на окнах. Устроившись в кресле, она вспоминала происходившее в переулке. Кто на нее напал — случайный насильник? Наемный убийца? Агент, собиравшийся выпытать из нее добытые сведения? Не было никаких свидетельств, позволявших сделать определенные выводы, но интуиция часто работает в отсутствие явных улик. Скорее всего, улики были, но воспринимались лишь на подсознательном уровне. Голос нападавшего показался ей знакомым. Кроме того, если ей не показалось, от похитителя исходил едва уловимый запах, напоминавший смесь папоротника, фиалок и каких-то инопланетных эссенций. Он был молод и силен.

Уэйнесс не хотела приходить к окончательному заключению — сейчас оно было бы слишком неприятным.

Прошло минут пять. Уэйнесс поднялась на ноги и стала раздеваться. Звякнул телефон. Уэйнесс испуганно замерла. Кому понадобилось звонить ей посреди ночи? Она медленно подошла к телефону и ответила, не включая видеосвязь: «Кто это?»

«Вас беспокоит Альцид Ксантиф».

Уэйнесс присела и включила экран. Ксантиф сказал «Надеюсь, я вас не разбудил?»

«Нет, конечно нет!»

«Я поговорил с Альвиной. Вы произвели на нее хорошее впечатление. Я объяснил ей, что любая оказанная вам помощь послужила бы подспорьем правому делу — не говоря уже о том, что она доставила бы удовольствие в высшей степени приятной особе по имени Уэйнесс Тамм. Альвина согласилась сделать для вас все, что может, если вы зайдете к ней в лавку завтра в полдень».

«Очень рада это слышать, господин Ксантиф!»

«Не хотел бы внушать вам преувеличенные надежды. Альвина предупредила, что не знает, где именно Монкурио находится в настоящее время, но у нее есть адрес, оставленный им несколько лет тому назад».

«Это лучше, чем ничего».

«Разумеется. А теперь позвольте мне снова пожелать вам спокойной ночи. Как вы знаете, в это время я работаю — на самом деле меня уже ждет клиент».

3

Проснувшись утром, Уэйнесс обнаружила, что над Адриатическим морем сияет яркое Солнце. Один из коридорных в синей униформе, а именно недоросль по имени Феликс, подал ей завтрак в номере. Исподтишка оценив достоинства этого юноши, Уэйнесс решила, что Феликс, подвижный и ловкий парень с гладкими черными волосами, худощавой смышленой физиономией и зорко поблескивающими черными глазами, вполне способен выполнить несколько конфиденциальных поручений. Когда Уэйнесс вручила ему сольдо, чтобы заручиться взаимным доверием, он охотно согласился выслушать и выполнить ее указания.

«Прежде всего, — сказала она ему, — никто не должен знать о наших приготовлениях, ни единая душа! Это очень важно!»

«Не беспокойтесь! — заверил ее Феликс. — Я никогда не болтаю лишнего. Более осмотрительного коридорного нет ни в одном отеле Вселенной!»

«Прекрасно! В таком случае, сначала зайдите в несколько лавок на набережной...» Уэйнесс подробно объяснила ему, что следовало сделать. Через некоторое время Феликс вернулся со старым бушлатом, серой фланелевой рубахой, брезентовыми штанами, сандалиями на резиновой подошве и рыбацкой кепкой.

Уэйнесс переоделась в ванной и рассмотрела себя в зеркале. Она, конечно, мало походила на видавшего виды моряка, но по меньшей мере теперь ее было трудно узнать, особенно после того, как она придала коже лица оттенок темного загара с помощью косметики.

Феликс присоединился к ее мнению: «Не знаю, что о вас теперь подумают, но вы определенно выглядите по-другому».

За полчаса до полудня Феликс провел ее вниз по служебной лестнице в подвал отеля, а оттуда по сырому бетонному проходу — к каменным ступеням, спускавшимся к тяжелой бревенчатой двери. Феликс открыл эту дверь, они спустились еще ниже и в конце концов спрыгнули на прибрежную гальку с обращенной к морю стороны волноотбойной стены под пристанью. Волны Адриатики накатывались на камни всего лишь в десяти шагах.

Феликс и Уэйнесс прошли метров сто по галечному пляжу вдоль стены и поднялись по ржавой вертикальной лестнице на набережную. Феликс собрался уже возвращаться в отель, но Уэйнесс остановила его: «Подождите! Я чувствую себя безопаснее, когда вы рядом».

«Вам что-то мерещится, — убежденно сказал Феликс, взглянув по сторонам. — Никто за нами не гонится, а даже если бы гнался и устроил потасовку, я скорее всего убежал бы, потому что я трус».

«Все равно, пойдемте, — настаивала Уэйнесс. — Я не ожидаю, что вы пожертвуете своей жизнью за несколько монет. Но по-моему, если мы разбежимся в разные стороны в случае нападения, мои шансы выжить удвоятся».

«Гм! — с сомнением произнес Феликс. — Возникает впечатление, что вы гораздо хладнокровнее меня. За сопровождение вам придется заплатить еще сольдо — тем более, если, как вы говорите, существует опасность».

«Хорошо».

Там, где улица Мальтуса выходила на пристань, находился небольшой дешевый ресторан, где портовым рабочим, рыбакам и любым желающим подавали горячую уху, жареную рыбу и печеные мидии. И снова Феликс собрался убраться восвояси — и снова Уэйнесс не хотела об этом слышать. Положив юноше руку на плечо, она дала дальнейшие указания: «Пройдите по улице Мальтуса до лавки с зелеными пряжками в витрине».

«Знаю — там сидит эта чокнутая, Альвина».

«Зайдите в лавку и скажите Альвине, что здесь, в ресторане, ее ждет Уэйнесс Тамм. Убедитесь в том, что вас никто не подслушивает. Если она не сможет уйти из лавки, вернитесь и сообщите мне ее ответ».

«Деньги вперед».

Уэйнесс покачала головой: «Я не вчера родилась. Заплачу, когда вы вернетесь с Альвиной».

Феликс ушел. Прошло десять минут. Альвина зашла в ресторан в сопровождении Феликса. Уэйнесс сидела в углу, и Альвина сначала не могла ее найти, с недоумением оглядываясь по сторонам. Феликс подвел ее к столику Уэйнесс и получил три сольдо. «Никому не говорите об этом поручении, — сказала Уэйнесс, передавая деньги. — Кроме того, оставьте открытой дверь прохода, ведущего в отель с пляжа, чтобы я могла вернуться тем же путем».

Феликс удалился, весьма довольный собой. Альвина спокойно оценила внешность собеседницы: «Как видно, вы принимаете меры предосторожности — еще не помешало бы наклеить черную бороду».

«Об этом я не подумала».

«Неважно. Если бы мне не сказали, я бы вас теперь не узнала».

«Это хорошо. Ночью, когда я возвращалась в отель после встречи с Ксантифом, на меня напали. Я едва избежала смерти».

Альвина подняла брови: «Неужели? Это очень неприятно!»

Уэйнесс показалось, что Альвина не принимает ее всерьез — возможно, считает переодевание мелодраматическим преувеличением.

Приблизился официант в грязном белом переднике. Альвина заказала горшок красноватой рыбацкой ухи, и Уэйнесс последовала ее примеру.

Альвина спросила: «Не объясните ли вы мне причины ваших поисков?»

«Охотно. Больше тысячи лет тому назад первопроходцы Общества натуралистов открыли планету Кадуол. Натуралистов настолько впечатлили красота этого мира и неповторимость многих его аспектов, что они решили создать вечный Заповедник, предохраняющий Кадуол от эксплуатации человеком. Теперь Заповеднику угрожает гибель — только потому, что бывший секретарь Общества продал документы натуралистов торговцам редкостями; среди этих документов был бессрочный договор, передававший владельцу право собственности на Кадуол, и оригинальный экземпляр Хартии Кадуола. Эти бумаги исчезли — куда, никто не знает. Но если их не найдут, Общество может потерять право собственности на планету».