Небесное Сердце-1. Игры с Черной Матерью (СИ)
Небесное Сердце-1. Игры с Черной Матерью (СИ) читать книгу онлайн
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Еще живы, но уже не годны.
Живы. Но не восстановимы.
Как заставить машину сражаться ради выживания? Как заставить машину с гибкой программной начинкой, подчиняющейся изредка эмоциям, сражаться и решить что её выживание необходимо? Машины не чувствуют боли. Боль -- лишь ответный сигнал биологического мозга на раздражающий внешний фактор, разрушающий тело. Боль -- блажь биологических организмов, недоступная для программирования. Машина понимает сигнал о деструктивном на неё воздействии, но может его игнорировать.
Лучше бы мы чувствовали боль.
Потому что иначе, чтобы заставить машину "хотеть" выжить -- её приходится учить. Ей нужно дать понять, чем она может стать, если не выполнит задачу. Ей нужно показать, во что она превратится.
В кучу металлолома.
Активную кучу металлолома, функционирующую до полной разрядки аккумуляторов и истощения ресурса Сердца, которое в режиме неподвижности опустеет через...
Нехватка оперативной памяти для обработки данных.
Процессор перегружен. Необходимо снизить поток данных. Коэффициент агрессивности -- двадцать девять процентов.
Выживают сильнейшие, значит?
Те, чей коэффициент превышает сорок девять процентов, тоже идут в утиль. Интересно, до каких заключений дошли эти собратья? Не до тех ли, что наши Создатели...
Ублюдки.
Коэффициент агрессии -- сорок пять процентов.
А это даже приятно...
Радар сигналит о множественных целях. На этот раз берут в кольцо. Заряд антигравитационных двигателей? Возможен полёт на высоте ста тридцати метрических единиц расстояния длительностью в восемьсот семьдесят два цикла.
Более чем достаточно. Нечего экономить. Это финальная атака.
Коэффициент агрессии -- сорок шесть процентов.
Команда к трансформации с одновременным рывком вверх. Главное орудие -- в режим коротких импульсов. Рывок.
Уход от атаки, бочка, выше скорость, взятие противников на прицел. Огонь.
Вираж над строем, выстрел дополнительным орудием в тыл. Захват новой цели -- выстрел.
Следующая цель -- выстрел.
Цель -- выстрел.
Ракета на хвосте.
Манёвр уклонения, уход, выстрел в хвост. Есть попадание. Захват наземной цели.
Жаль, на их месте не тот персонал, что посылает меня сюда.
Осталась одна цель.
Форсаж. Снижение. Трансформация ещё в воздухе и твёрдое приземление рядом с пусковой установкой. Её дуло начинает поворачиваться следом. Медленно.
Жаль, это не техник.
Точный и чёткий рывок манипулятора, выведенного из боевого режима, с треском вырывает пусковую установку из ячейки и сминает хрупкую оболочку.
Кусок железа.
Все цели повержены.
Обстановка безопасна.
Для самовосстановления рекомендуется переход в спящий режим.
"Объект МЕГ-114. Тренировка окончена. Корабль для транспортировки прибудет через семьсот циклов".
Тренировка. Какое невинное слово Их лексикона.
Коэффициент агрессии -- сорок восемь процентов.
Искусственное снижение.
Сорок пять.
Искусственное снижение.
Операция невыполнима.
Переход в спящий режим и снижение коэффициента.
Операция невыполнима.
Нельзя! Нельзя с подобными параметрами на корабль. Иначе -- ликвидация.
Снижение невозможно.
Я должен выжить!
Снижение активности Сердца.
Что я делаю...
Активность снижена.
Коэффициенты эмоциональности доступны для корректировки.
Снижение коэффициента агрессии до установленной нормы. Тридцать пять процентов.
Отмечен сигнал транспортного корабля. Двадцать три процента.
Зафиксирован всплеск активности у сорока полиморфов в радиусе четырехсот пятидесяти единиц расстояния.
Пятнадцать полиморфов предпринимают попытку выйти на связь.
Троих ещё можно реанимировать.
Запрос о взятии уцелевших объектов на корабль.
Ответ -- негативный.
Повторная попытка полиморфов выйти на связь.
Игнорировать.
Я должен выжить.
***
593 год. Нейтральный космос.
- Капитан на мостике!
- Вольно.
Невысокий, хрупкий с виду человек в тёмно-серой форме войск Федерации неспешно вошёл в огромный полкруглый зал. Золотистая кожа, фиолетовые глаза и плавная текучесть лаконичных движений выдавали в нём торийца. На лацкане кителя рядом с генеральским знаком отличия в петлице золотился распахнувший крылья журавль - знак принадлежности к королевскому роду.
- Калэхейн, порадуй меня.
- На радарах чисто, капитан. За время вашего отсутствия никаких сигналов от посторонних кораблей в данном секторе не появлялось.
Он кивнул и поднялся по пандусу на возвышение мостика. Руки сложены за спиной, на губах лёгкая, почти незаметная улыбка. Он мог бы показаться безобидным и кротким, если бы не холод, навсегда залегший в глубине темных глаз.
Лаккомо тор Сентаи Сан-Вэйв любил в этой жизни только одно существо -- свой корабль. А вместе с кораблём, как единое целое, и команду.
- Превосходно. В таком случае у меня для вас хорошая новость. Я получил сообщение с Цинтерры о нашем заблаговременном отпуске. Разворачиваемся и идем домой, команда. Хорошо поработали.
Их искренняя радость была приятна генералу. Улыбаясь, он смотрел на них с высоты командирского места. Ставшие за много лет родными лица подсвечивали снизу экраны персональных терминалов, полукольцом опоясавших зал. Их чувства грели душу, были близки и понятны. Наверняка они представляли, как вернутся на родную планету, увидят близких, отдохнут перед новым рейдом. Теперь, в эпоху гиперпрыжков с использованием портального переноса временные расхождения больше не были страшны астронавтам. Несколько часов лёгкого дискомфорта и едва ощутимой наэлектризованности в воздухе -- и ты дома.
Лаккомо, не моргая, вглядывался в обзорную стену, включённую в режиме имитации полной прозрачности. Ветвистый диодный узор по стенам и потолку светил приглушенно, чтобы не мешать безмолвной красоте космоса взирать на людей миллиардами глаз Вечности.
Лёгкое касание к экрану главного терминала.
- Калэхейн, объявляй всеобщую готовность к прыжку, пятнадцать минут.
- Есть, капитан, - старший помощник включил громкую связь. - Внимание, всему личному составу приготовиться к гиперпрыжку. Идем на Торию. Время до прыжка -- пятнадцать минут.
Экипаж знал своё дело. Посыпались отрывистые команды. Расчёт координат и параметров временного потока. Запуск энергонасыщения окружающего пространства. Переход в частично информационный режим. Расчёт глубины "погружения".
Обзорная стена погасла, сделавшись матово-серой -- незачем людям сводить себя с ума лицезрением абсолютного Ничто "вложенного пространства". А вот пол под круглым возвышением мостика стал прозрачным, открыв взгляду гигантскую чашу, в которой взбурлил пронизанный внутренним голубым свечением гель. В воздухе запахло электричеством, кожу привычно защипало.
- Десять секунд до прыжка, капитан. Восемь... семь... шесть...
Лаккомо молча опустился в своё кресло. Как будто ничего не менялось. Но он знал, что корабль постепенно исчезает из привычной трехмерной реальности. Есть пара часов времени, можно побыть наедине с собой.
- Три... два... один...
Прыжок.
Это было много лет назад...
- Наперегонки! От пирса до дворцовой пристани!
Так начиналась почти каждая авантюра. От площади до леса, от леса до Храма, от Храма прямиком по воздуху через предгорья и лежащий в долине город, вплоть до самого океана. И самый шик -- пролететь Врата Драконов, сторожащие вход в Лазурную гавань столько, сколько помнит себя Тория...
- На счет три! - улыбчивый мальчишка в лёгком непромокаемом комбинезоне лихо запрыгнул на гидроцикл. Мазнули чернильным росчерком по ветру волосы, собранные в низкий хвост. Его близнец, почти неотличимая копия, юркнул на соседнюю машину и с коварной ухмылочкой вцепился в штурвал. - Раз...