Вор и убийца

Я ушел из западни один. Все остальные погибли, даже Старик… Паоло Дерлини прожил недолго, я убил его. Но трясущийся от страха магистрат так и не смог выдавить из себя хоть что-нибудь про человека в темной карете и бархатной маске, который арендовал левое крыло его дворца на одну ночь. Ту злополучную ночь… Дерлини не сказал и о причинах, побудивших его сдать часть своего дома незнакомцу. Я лишь уверился, что человек в маске, беседовавший с магистратом, и наниматель ночных крыс — это один человек. Старик описывал его ровно таким же образом.

Незнакомец беследно исчез. Я искал хоть какую-нибудь зацепку, чтоб выйти на его след, но тщетно. Через полгода, когда смерть настигла последнего из тридцати богатейших людей Лерпо, я навсегда покинул город моего детсва и юности… Я тоже убивал, и не так уж и мало.

— Ты о чем-то задумался.

— Дело прошлого, — отмахнулся я.

Ночных крыс больше нет, и это моя вина. Я нарушил ту, первую клятву.

Но как же быть с тенью, которая оказалась Алисой Кайлер? Разум требовал вонзить нож под её ребро. Но я не мог воткнуть сталь в Алису Кайлер.

— Наша встреча в замке Сош тоже не случайна, как и проведенное там вместе время, — продолжила убийца, на сей раз застенчиво. — Мне нужно было всего чуточку тебя. Всего лишь оброненный с головы волос.

— Черное ведовство, — сказал я.

— Старое ведовство, — поправила Алиса. — Но сиятельные помнят очень многое из прошолого, что забыто сейчас. Раздобыв частицу тебя, я привязала твой образ к себе. С того дня я всегда знаю, далеко ли или близко Николас Гард, и в каком направлении тебя искать. Только у этого колдовства имеется обратная сторона. Догадываешься, какая?

Я покачал головой. Хотя…

— Я привязана к тебе, — Алиса подтвердила мою догадку, — ты ощущаешь мое присутствие, когда я близко.

— Ты всегда знала, где меня искать и всегда могла настигнуть, уйдя я вперед, — сказал я. — Но зачем ты напала на Фосса?

Алиса задумалась на несколько мгновений.

— В ту ночь, — заговорила она после короткой паузы, — когда мы схватились на крыше гостиницы, я окончательно поняла, что не хочу убивать тебя. Не спрашивай почему, я и сама не знаю, откуда это в моем сердце.

Девушка мило улыбнулась, и снова наши губы сошлись в страстном поцелуе.

— Но я по-прежнему должна была остановить тебя. И сейчас должна!

Глаза Алисы вдруг опасно заблестели. Она не похожа племянницу кардинала. Та Алиса в замке Сош искусно претворялась, чтобы выдать себя за другую, и, признатся, я поверил ей. А сейчас меня обнимала жуткая убийца, может быть и не человек в привычном понимании этого слова. Но она больше не прятала свое истинное лицо, и я наслаждался её близостью. Гораздо сильнее, чем в замке. Но кто она после обращения. Что делается с душой обращенного? Я заметил, что настроение Алисы изменчиво и разнится, как огонь и лед. Она то робкая и милая, то сликом уж становится похожей на безжалостную убийцу.

Кровь и песок! Но меня тянет к её губам! А любовь?.. Нет! Но это ничего не меняет!

— Когда ты упал с крыши, я направилась к открытому окну вашего номера и услышала храп Фосса. Тогда я перерезала свящему горло. Особым ножом, который оставляет рваную рану, как от клыков зверя. Я полагала, что без Оливера ваш поход прекратиться.

— Но он выжил.

— И я шла по твоему следу, как гончая.

— Твоих рук дело?

Алиса непонимающе посмотрела на меня.

— Дьвольские гончие! Ты наслала их?

— Нет. Я спасла тебя от них. Я была совсем близко, когда одна из них напала на тебя, и оттащила тебя в сторону, покуда ты был без сознания.

— Отогнала?

— Ночные дети не могут напасть на избранных.

— Ночные дети? — я задал новый вопрос. Сколько их сегодня?

— Все, кого вы называете нечистью, отродьями Запустения и прочими тварями. Никто не смеет напасть на слуг Низверженного. Почти никто.

— Низверженный… — опять острожно начал я, — это Дьявол?

— О, нет, милый мой Николас, — Алиса обворожительно улыбнулась, — не он. Сколько можно повторять, что Он не Сатана. Но ты можешь познать сущность Низверженного.

Глаза девушки загорелись фанатичным огнем.

— Будь избранным!

Я решительно покачал головой. Я ждал града возражений и яростного фанатичного натиска, но огонь в очах Алиса мгновенно стух, едва я задал следующий вопрос.

— Та ночь с гончими… Зачем ты спасла от них и оставила в снегу? Чтобы я замерз и умер?

— Да, — простодушно ответила Кайлер. — В то время во мне еще боролись два противоположнных начала: наказ остановить тебя и чувства к тебе. Но я не могла сделать окончательный выбор. Я отогнала гончую и доверила твою судьбу Низверженному, чтобы Он решил очнуться тебе или замерзнуть!

Алиса вновь прилнула ко мне и горячо зашептала на ухо:

— Он выбрал для тебя жизнь! Ты мой! Ты в его длани!

Мне стало не по себе. Глупо бояться как-то неизвестного Низверженного, но если обнимает его слуга и шепчет, что я в его руках? При том, что я точно знаю, что слова Алисы не расходтся с делом: она убийца, она избранная и владеет черной магией, её боятся жуткие создания из Запустения, и она говорит, что я руках её божества!

— А мертвая девочка?

— Нет, то твое собственное невезение.

Алиса беззаботно рассмеялась. Меня же проняла дрожь от воспромининий о маленьком упыре с черной челкой на глазах. Но, дьявол! Хватит прошлого!

— Так что же теперь!

Лицо девушки сделалось серьезным:

— Уходи! Уезжай из Загорья! Забудь о Запустении! Твоей клятвы больше нет!

— И что потом?

— Потом я найду тебя!

— А, если я не отступлюсь и пойду в ваше логово за кольцом?

— Зачем оно тебе? — Алиса посмотрела на меня с вдруг вспыхнувшей злостью.

— Ответь, что будет, если я не послушаю тебя?! — мне захотелось схватить её за плечи и сильно встряхнуть. Чтобы вытрясти все, что было в ней от убийцы.

— Я обязанна остановить тебя и я сделаю это! — выпалила она.

— Убьешь меня?

— Сначала я убью всех, кто будет вокруг тебя. Одного за другим, а потом и тебя. Да, тебя.

Мы разговаривали почти в полной темноне, но не слезы ли на её глазах?

— Если вы забредете в лес слишком глубоко, я не смогу противиться властной воли. Я убью и тебя.

Алиса опустила голову, её плечи осунулись. Она говорила правду.

— Откажись! — девушка резко вскинулась, отпрянув на три фута. — Послушай меня!..

За углом вдруг раздались голоса.

— Эй! Гард! То ты там!

Толстяк Рой искал меня. Через несколь ударов сердца он окажется здесь, отсвет факельного огня уже виден и украя бревенчатой стены.

— Откажись! — взмолилась Алиса. — Иначе тебе не жить! Ночные крысы однажды перешли ему дорогу! Не иди к нему! Что ты сможешь один, когда он покончил со всеми вами!

— Кто он? Алиса! Кто? — у меня перехватило дыхание, сердце заколотилось в бешенном ритме.

Алиса отвернулась, я потянулся, чтобы схватить её за руку, но девушка исчезла. Растворилась в ночи в одно мгновение.

— Кто? Кто? — в отчаянии шептал я.

— Да вот же наш Николас! — радостоно объявил Рой.

Уже навеселе. За толстяком бубнили двое орков, тоже выпившие. Укромное место наполнилось пьяным гоготом.

— Пошли, Гард, выпивка стынет! Тебя ждет!

Я последовал за ним. Акан и орки смеялись, что-то говорили, а я ступал словно во сне. В котором воздух стал вязким, давящим на плечи и приглушающим все звуки вокруг. Убеждая меня, Алиса достала из рукава последний козырь. Неужели она думала, что, упомянув о том, кто уничтожил ночных крыс, испугает последнего их них? О, Харуз! Клянусь пред тобой своей бесмертной душой! Я найду логово этих сиятельных и того, кто уничтожил Старика и остальных!

Теперь я знаю, где он прячется! В сердце Запустения!

Еще вчера я мечтал забыть о Фоссе, Антуане де Сош и перстне Бога Сына! Еще несколько минут назад я был свободен от клятвы и говорил Алисе, что не пойду в Запустение исключительно из-за ослиного упрямства. Но теперь все иначе! Ночные крысы будут отмщены!