Охотники за мифами

Наверняка Эндрю Кокс, ставший старшим компаньоном после смерти Макса Баскомба, позвонил шерифу и сообщил, что фирма получила важнейшую информацию о местонахождении Оливера Баскомба. От этой новости по телу Холливэлла пробежал неприятный холодок, природу которого он и сам не понимал. Он хотел найти обоих детей покойного, но до сих пор поиски Оливера Баскомба приводили лишь к новым вопросам и к ужасной череде детских смертей, от одной мысли о которых у него сводило живот и затуманивался разум.

Он был уверен: все это взаимосвязано. Единственным возможным объяснением, к которому он смог прийти, было существование какой-то новой секты, действовавшей по всему миру, но доселе неизвестной. Он говорил с детективами из Парижа и Сан-Франциско, и те согласились с этой теорией. Распространение Интернета начало порождать такие группировки. Ведь извращенцы, придурки и психи существовали всегда, однако большинство из них никогда не поступали в соответствии со своими худшими порывами. В этом Холливэлл не сомневался. Но с появлением Сети они могли начать тайные поиски людей, которых обуревали те же пороки, и вступать с ними в контакт. Холливэлл не мог даже представить себе, какое безумие могло привести к варварскому уничтожению детей — мысли о жертвоприношении или злоба. Но он был уверен, что ниточки, ведущие к убийцам, будут обнаружены.

Во сне его преследовали образы мальчиков и девочек с зияющими провалами вместо глаз. Все они походили на Алису Сент-Джон — за исключением одной, напомнившей Теду его собственную дочь в возрасте восьми или девяти лет. По правде говоря, Теду Холливэллу хотелось навсегда забыть и об этих детях, и о семействе Баскомб. Но у него не было выбора. Даже если бы расследование не являлось его работой, он не смог бы избавиться от ужаса, засевшего в его голове. В его кошмарах.

Все убитые — дети. За исключением Макса Баскомба. Может, вот она — зацепка? Мог ли Оливер состоять в этой секте? Или его сестра? Или оба? Но если начать развивать любое из этих предположений, все равно остается необъяснимым никем не замеченное исчезновение брата и сестры из дома. Как Оливер сумел в разгар ужасной метели покинуть дом без какого бы то ни было транспортного средства? А что означает его странное появление в Коттингсли? Кто та азиатка, которую видели с ним? Как все это связано с убийством Алисы Сент-Джон?

Вопросы продолжали мучить Холливэлла, но ему не хватало информации, чтобы найти хоть сколько-нибудь вразумительные ответы.

И вот информация появилась.

— Есть новости? — спросил он шерифа.

Джексон Норрис сильно нахмурился, словно вопрос как-то задел его.

— Мистер Кокс хочет поговорить с тобой. Вернее, компаньоны фирмы хотят встретиться с тобой сегодня утром. Чем скорее, тем лучше. Что им стало известно, узнаешь при встрече. И если в связи с новой информацией они попросят тебя кое-что сделать — ты это сделаешь.

Холливэлл уставился на шерифа.

— Ты что-то скрываешь от меня, Джексон.

— Это твое расследование, Тед. Хочешь, чтобы я послал кого-то другого?

Угроза была пустой, Холливэлл понимал это. С самого начала дело носило для шерифа Норриса политический характер. Именно фирма «Баскомб и Кокс» помогла ему победить на выборах. И теперь, чтобы доказать им, что деньги на него потратили не зря, шериф должен был сделать поиск убийцы Макса Баскомба своей главной задачей. Холливэлл знал, что является лучшим детективом в отделе шерифа. Возможно, даже одним из лучших в штате — дозволь он себе подобную самоуверенность. Неважно, чего хочет фирма — Норрис пойдет на всё, лишь бы они это заполучили.

Холливэлл терзался. Каковы бы ни были мотивы босса, отказаться от этого дела он никак не мог.

— Нет. Я поеду сам. Посмотрим, что они накопали. Наверняка больше, чем мы. Если найдется нечто такое, что поможет найти Оливера Баскомба, мне это нужно. Не знаю, поможет ли беседа с этим парнем раскрыть дело, но несколько белых пятен исчезнет, я уверен. Вдруг фирма сможет помочь.

Этот разговор не выходил у него из головы, когда три четверти часа спустя он въезжал на парковку возле большого кирпичного здания, где в девятнадцатом веке размещалась школа. У массивной двери висела табличка, на которой черным по белому было выгравировано: «Баскомб и Кокс, адвокаты».

Холливэллу показалось, что он буквально чувствует запах денег.

В приемной сидела привлекательная женщина лет сорока, немного больше, чем нужно, похожая на библиотекаршу. Волосы у нее были собраны на затылке в тугой узел, а очки казались такими старомодными, что Холливэлл не сомневался — они наверняка уже снова в моде. Когда он назвал свое имя, женщина серьезно кивнула:

— Да, детектив. Шериф Норрис уже звонил. Вас ждут в конференц-зале.

Он думал, что женщина вызовет помощника, чтобы проводить его в зал. Но она взглянула на дверь и, секунду поколебавшись, сама поднялась с места.

Они миновали большое помещение за перегородкой, на которой большими квадратными буквами было написано название фирмы, и двинулись по коридору мимо комнаток с перегородками и солидных офисов. Некоторые из них пустовали, в других сидели юристы, уставившись в экраны компьютеров или разбирая бумаги.

Холливэлл прошел вслед за женщиной по изогнутой лестнице и оказался в фойе второго этажа, уставленном пышными растениями в горшках и элегантными деревянными скульптурами. Паркетный пол так и сиял. Противоположная стена фойе была стеклянной, а за ней находился большой конференц-зал. Стол в зале был хотя и не круглым, но достаточно большим, чтобы за ним уместились все рыцари короля Артура. Однако вместо рыцарей вокруг стола сидели юристы. Будучи наслышан о традиционализме фирмы «Баскомб и Кокс», о ее приверженности обычаям прежних времен, Холливэлл удивился, увидев среди компаньонов нескольких женщин.

Секретарь из приемной подвела Холливэлла к двери, и все головы повернулись к нему.

— Анджела, это детектив Холливэлл, я полагаю? — спросил мужчина, сидевший в противоположной стороне стола. Поскольку у него были самые седые волосы и самый дорогой костюм, Холливэлл сделал вывод, что это босс.

— Да, мистер Кокс.

Кокс улыбнулся:

— Спасибо, Анджела.

Та повернулась и, не оглядываясь, поспешила вниз, на свое рабочее место. Никто из адвокатов не проводил ее взглядом — все смотрели на Холливэлла. Только теперь Холливэлл заметил знакомое лицо. Справа от Кокса сидела Джулианна Уитни. Очень бледная, под глазами темные круги. Она без улыбки кивнула ему.

— Благодарю, что пришли, детектив Холливэлл, — сказал Кокс. — Я Эндрю Кокс.

Юрист не потрудился встать из-за стола, поэтому обошлось без формальных приветствий и рукопожатий. Кокс представил Теду нескольких других — очевидно, самых старших — компаньонов, почти не называя имен. Холливэлл кивал и автоматически здоровался. Поколебавшись, Кокс повернулся направо:

— И конечно, вы уже знакомы с адвокатом Уитни.

— Да. Я знал, что мисс Уитни работает на фирму, но не подозревал, что она юрист.

Кокс улыбнулся.

— О да! Она замечательный адвокат, наша Джулианна. Хотя и предпочитает использовать звание юриста в другом качестве. — Он указал на стул на дальней стороне стола, ближе всего к двери. — А теперь, не пожелаете ли присесть?

Холливэлл нахмурился. Он не понимал, к чему клонит старик. Не нравился ему и сугубо односторонний характер беседы. Богачам вроде Эндрю Кокса офицеры полиции всегда кажутся мальчиками на побегушках, а такие, как Джексон Норрис, лишь ухудшают дело, подтверждая подобные предположения.

Он решил перехватить контроль над ситуацией.

— Мистер Кокс, я не знаю, зачем я здесь. Шериф не стал объяснять мне цель моего визита. Если вы располагаете информацией, имеющей отношение к моему делу, в частности сведениями о местонахождении Оливера Баскомба, — по какой причине вы не передали их мне через шерифа?

Старик слегка покраснел, и на его лице мелькнуло раздражение. Но он улыбнулся:

— Вы не так поняли, детектив. Шериф Норрис располагает информацией, которую мы недавно получили, во всей ее полноте. Если он не поделился ею с вами, то это, я бы сказал, предмет дальнейших объяснений между вами и вашим работодателем. То, что я хотел бы обсудить с вами — вернее, то, что фирма «Баскомб и Кокс» хотела бы вам предъявить, — просто имеет отношение к этой информации.