Белый город (СИ)

Поднимаются к хижинам. Мишка ставит на двери запирающие стенки, а окон и вовсе не видно, наверно торговля пленными не много даёт прибыли? Ничего, ребята! Сейчас посмотрим, кто тут "глупый воин"?!

Круг танцующих напоминает африканцев. Те же барабаны самых разных размеров, дудки разного тембра и голоса. Голые пятки движутся по кругу, блестят тела, страшные глазастые маски, никому нет дела до трёх тёмных фигур, поднимающихся от воды.

Пляшут мужики, сразу видно, это "умный воин"! Их танец чем-то напоминает танец иритов, скорее всего, своей воинственностью, однако в нём угадываются элементы плавания, лягушачьи разводы ног, волнообразные изгибы тела и неожиданные повороты спиной к "противнику".

Только сейчас Мишка рассмотрел, что жилые хижины кольцом окружают одну, побольше размером, но также стоящую на сваях. Жилище вождя? Или мужской дом? Или танц клуб? Всё может быть… Он вместе с принцем начинает потихоньку нарезать пространство стенками, сначала создавая общее кольцо. Только теперь Охотник заметно отстаёт от своего ученика по скорости.

Окружили. Второй этап — группы сидящих тёток-рыб… Чем позже бадырс-хой заметят воздействие, тем меньше будет шума и вони… А как хочется пустить на деревню смерч! Настоящий, без границ! Без удержу!.. Чтобы снёс её всю к чертовой матери вместе с каменной башней и разметал бы по болотам эту наглую компанию!… Но низзя!! И своих можно повредить ненароком, и вещички любимые, если есть украденные, недополучить! А жаль…

Первыми замечают преграды дети. Такие замечательные, трогательные убийцы, с милыми огромными на худых личиках глазами, воспринимающие другие народы как разновидность одетых рыб, не более того. Они стукаются, не понятно обо что, но думают, что это так и должно быть, новая игра, продолжают непринуждённо бегать и это детское свойство позволяет колдующим спокойно завершить своё дело.

Как оно опротивело! Только успели разделаться с хассанами, на, тебе, новая печаль. И методы всё те же, и орать сейчас будут и плеваться! Похоже, что все народы Вселенной скроены по одному образу… Пошли, что ли?.. Стоп! Хассана — кеолога забыли взять, хоть кто-то должен переводить чужеродную ругань. Пашка побежал! Он всегда первый!

Идут! А где хассан?.. Свет мой! Уже переодели! Кто-то из ребят не выдержал вида трёхтних лохмотьев! Самое смешное не чужое лицо в нашей форме, а полный комплект нашивок, украшающих рукава. И девки наши тоже тут! Ну, одна-то понятно, переводить. А вторая?

Мишка целует свою любимую и отбирает ножи, висящие на поясе. Откуда они у неё? У всех же сняли оружие!.. Заплечные перевязи давно ушли в забвение, основное оружие сейчас — дуги, а ножи можно и с поясного ремня вытаскивать, зато они в полётах и в плавании не мешаются. Не сердись, Канче, это не место для мести! Будешь связывать, ещё тошнить начнёт от чужой вони, поверь мне!..

Ну, всё?! Теперь можно?.. Тогда пошли.

Шесть фигур — не две сотни! Но когда они так вызывающе встали на виду, в свете костров, любой "умный воин" сумел понять, что его сейчас будут бить. Первые, нападая сходу, прямо из танца, лупились лбами о преграды, которые от крови постепенно становились видимыми… Не любят островитяне свою добычу, ой, не любят!.. А чем вы тут, собственно, пугаете-то?…. Гарпуны?! Ну, естественно, чем охотятся на рыб, с тем и танцуют, и с тем же и на врагов идут. Логично!

— Дарджан говорит, дротики могут быть отравлены! Осторожней!

Дарджан?! Кто это?!. А! Дошло! Наш кейолог. Значит, там, у воды они уже подружились и познакомились? Это хорошо! И было бы совсем правильно, если бы не дневной прокол с доверием. Доверие теперь в дефиците…

Заорали женщины, высоко, до визга, их кровь также выцветила прозрачную поверхность маленьких тюремных камер, а вслед за матерями завопили и дети-рыбки. Теперь они поняли, что это не игра, а очень опасное занятие, но куда прятаться? Только под родную руку, к матерям!

Нужно время, чтобы вся толпа, безумная и неуправляемая, поняла, что надо подчиняться… Град ударов бьет в защиту "глупый воин", камней тут полно, первое орудие пролетариата можно использовать, не жалея патронов! Валяйте, господа, используйте! А для науки, нате-ка вам несколько штук назад, в остервенелые лбы! Ну, как?! Не поняли, откуда нападение? Тогда ещё разок! Вот, закорчился один, пена пошла, и вправду, похоже на яд.

Падают "умный воин" один за другим, не по своей воле приводя друг друга в бессознательное, а, может быть, и в совсем мёртвое состояние. Вопли и визги ярости постепенно сменяют свою тональность и звучат уже как плач и отчаяние, и вдруг разом останавливаются. Остаётся только простой, близкий любому сердцу, жалобный, скулящий плач детей.

На входном отверстии Большого Дома появляется старик. Вождь, или шаман, или и то, и другое, непонятно. Так аффектировано и театрально, что хочется смеяться, если бы рядом не бродила смерть. Его принадлежность к руководству выдаёт маска, чёрный плащ, белый посох с чёрной ручкой, а послушание племени тем, что все уже стоят на коленях, лицом туда, к надежде на спасение.

Вождь что-то кричит… Ты же был такой добренький, дедунюшка! Так мило улыбался… Ну, артисты!… Забубнил, заикаясь, Дарджан, а девушка "вонючка" переводит с хассанского перевод с бадырс-хой-ского.

— Он говорит, вождь сказал убить всех чужеземцев!.. Волшебный посох имеет большую, или страшную силу! Мой народ смотреть… увидит… силу богов! Враги умрут!…

Спасибо, Дарджан… Дедушка затопал ногами и Мишка неожиданно понял, из чего сделан его посох. Как колечки на палке от занавески, на чёрном стержне задрожали спиральки из голов "Жабы, которая плюётся туманом".

"Старый дурак"- подумал Мишка — "Злобы набирается… Он же так убьёт всё своё племя! Ну и нас, заодно!.. Если одна гадина чуть не погубила все плоты, то что сделает два десятка её костей, усиливающих ненависть вождя?.. Даже, если он совсем не умеет колдовать, этот костяной лазер выполнит грязную работу…"

— Верт! Принц!.. Держи посох!.. Посох колдуна!.. Не давай упасть, тащи его за круг!… Ко мне!.. В руки…

С этим криком Мишка уже начал поднимать в воздух носителя страшного оружия, а посох, дёрнувшись, остался висеть на месте. Жуткий, верещащий вой издал старец, понимая, что возмездие ускользает из его морщинистых рук, и вместе с ним завыли от нестерпимого внутреннего ужаса все "рыбы", а у иритов шерсть встала дыбом. Посох, находясь рядом с хозяином, всё ещё служил ему.

Но чем выше улетал черный плащ, конвульсивно дёргая к себе руками отлетающее вниз и в сторону оружие, тем слабее становилась волна страха и ненависти, и тем тише крики толпы. И, наконец завершающим крещендо безобразной сцены прозвучал визг обычного старика, падающего с большой высоты и удар о камни, не оставляющий сомнений в состоянии здоровья его тела.

"Вождей убивают первыми" — думает командор — Меня бы тоже уничтожили, не жалея… Выдержав достаточную паузу, чтобы посох перелетел к нему в руку и вопли ужаса приутихли, он подзывает к себе поближе Дарджана:

— Скажи им, что я командир… Главный… Или Вождь. Как они поймут, так и будет.

— Да, господин…..

— Кайтар!!… - Мишка, выждав время для окончания речи Дарджана, кричит нарочно громко — Они совсем не понимают по-иритски!! Это хорошо!! Зови ребят… Оставь дежурных, остальных сюда. Пусть наберут веревок в хижинах! Слышишь меня?! Нет, не подходи! Я хочу, чтобы эти аргаки тоже услышали!.. Ты помнишь, они вчера не понимали не слова!!… Только улыбались, сволочи!.. Я думаю, нам не стоит оставлять в живых детей, за них слишком мало заплатят?!… Согласен?.. Тащи ребят!! Пусть вяжут взрослых!.. А детей — долой!

За время своей громкой речи Мишка спиной чувствует, как впились в него взгляды новоявленных рабов, видит, как насторожились рыбы, понимая, что в крике этого бесноватого парня заключено их будущее, и понимает правильность своей догадки.