Вестница

Паники пока не наблюдается, она ещё даже не осознала, что происходит. Робкая попытка всплыть наверх лишь ещё глубже засасывает её вниз. А цепкие коготки мороза уже сковали ноги ледяными оковами, двигаться невозможно, и кислород уже на исходе. Тают с каждой секундой, тают и скоро также начнут исчезать крупицы её жизни… Вот в ней полыхнула искорка понимания… но поздно, поздно! Ослепительные снежинки света всё сильнее разгораются в пропасти…

Стоп! Какой свет? Откуда здесь взяться Свету?!

Я резко оборвала ниточку контакта.

— Тёмный! — выругалась я.

Голова моей соперницы была опущена, но по вздымающимся плечам я поняла, что она жадно глотает воздух. Пришедшие с ней вместе курсанты не обращали на нас никакого внимания, а молча употребляли пищу.

Парень с изумрудными волосами грациозно поднялся со стула и тронул её за плечо:

— Кай.

Девушка вздрогнула, посмотрела на него и резко сдернула с плеча его руку.

— Отвали, Дэни, — прошипела она.

Он даже не обиделся, а равнодушно пожал плечами и направился к выходу. Девушка с золотистыми кудрями последовала его примеру. Возможно, мне показалось, но люди вокруг как-то облегченно и одновременно разочарованно вздохнули. Столовая вновь стала наполняться привычными звуками.

— Извини, — пробормотала я, подцепив вилкой оранжевый продукт питания, смахивающий на морковку. Мне её и правда было жаль (Кай, а не морковку). Лицо побледнело, глаза как-то потухли, руки дрожали. Было видно, что ей не хотелось бы, чтобы кто-то видел её в таком состоянии, но ничего поделать с собой она не могла. И это её злило. А моя жалость довела её до нужной кондиции.

Резко вскочив, она оперлась руками о стол, кипящие от гнева глаза смотрели мне в переносицу.

— Сегодня… В девять вечера, после ужина… В Зоне 4… Буду ждать, — отрывистыми фразами прошипела она и ушла, даже не притронувшись к завтраку.

Несколько мгновений я недоуменно смотрела на её удаляющуюся фигуру. Потом закрыла глаза и помассировала виски. Что же это творится? Что вообще происходит? И почему именно со мной?

— Да не обращай на неё внимания!

Темный, я ж совсем забыла про черноволосого парня, сидящего рядом со мной, а он продолжал:

— Она последние дни сама не своя. Кстати, я — Шантэр. Такой же полукровка, — улыбнулся он.

— Такой же? — Не поняла я.

— Такой же, как и ты… не расслышал твоего имени.

Я непроизвольно фыркнула, но все же ответила:

— Весна, — сама не знаю, почему так ответила. Наверное, поняла, что смешно представляться Вестницей. Да и глупых вопросов можно избежать.

— Потому что родилась весной?

Беру свои слова обратно, избежать глупых вопросов нельзя в любом случае.

— Нет, это в знак протеста, -

Шантэр удивленно приподнял левую бровь:

Мне пришлось добавить:

— Ненавижу осень.

Я демонстративно встала и направилась к Надежде. Сволочь! Полукровкой меня даже Крист не оскорблял. Не знаю почему, но меня слова Шантэра обидели. Хотя я даже не знаю, кого именно здесь так называют, но почему-то его мнение, будто я такая же, как и он, меня задело. Всколыхнуло какие-то неприятные ощущения.

Тёмный, что же со мной происходит?

— А то, что ты… хм… Весна, уж слишком часто стала вспоминать Тёмного. Не к добру это! И вон, на парня ни с того, ни с сего взъелась. А он тебе ничего плохого не сделал.

Что поделаешь, привычка — великая вещь.

Какая еще привычка?

Разговаривать сама с собой — вот какая!

У-у-у… Нервы совсем ни к Тёмному, уже и на себя злишься.

О, Светлый, ну за что мне все это?

Глава 9

Потеря

— Так. Повтори еще раз, что она тебе сказала, — попросила Надя и с учёным видом уселась на кровати, скрестив ноги.

Я повторила в шестой раз свой рассказ о том, что произошло в столовой, естественно, упустив несколько деталей.

Я сама не совсем понимала, что этой Кай от меня нужно. А Надежда буквально извелась, придумывая тысячу и один вариант развития вечерней встречи с Кай. Её изощрённая фантазия, в основном, выдавала очень трагическую концовку. Не знаю, как там у неё на родине, но, допуская свои версии, она сводила всё к моей неминуемой гибели, нашествию инопланетян, падению метеорита и к тому, что Кай моя злая сестра-близнец. Ну, или в крайнем случаи брат-близнец. Предположения о столь тесных родственных отношениях меня несколько удивили.

Перебрав парочку идей на этот счет, я пришла к гениальной мысли: спросить о предстоящей встрече у Кай. Но это оказалось не просто. По какой-то непонятной причине она, как и её соседи по столу, не пришла на обед и не появилась на ужине.

Спросить у Нриэс о том, где проживает эта девушка, тоже не было возможности. Юная лингвистка куда-то пропала, кинув меня и Надежду на произвол Судьбы.

— Странно всё это, — загробным голосом возвестила Землянка. — Что-то здесь не так.

— Ты не поверишь, — с невольным сарказмом ответила я, — но мне это тоже кажется подозрительным. С чего бы это?

Надежда возмутилась:

— Я тебе серьезно, а ты придуриваешься. И как только тебя твой парень терпит?

— Кто? Нет у меня никакого парня.

Надя хитро прищурилась и в сотый раз повторила:

— Да? Ну, теперь понятно, почему. Ты любого из себя выведешь. Точно! Она решила тебя убить!

…Не желая слушать еще об одном страшном и кровавом способе собственного убийства с применением колющих, режущих и других тяжёлых предметов, я решила переменить тему:

— С какой стати ей меня убивать?

— Хочешь сказать, что тебя не за что отправить на тот свет?

— Нет, есть, конечно, за что, — припомнила я события двухдневной давности, — и, в общем-то, уже пытались… Но, Кай, я пока ничего дурного не сделала! Она меня даже недостаточно хорошо знает, чтобы ненавидеть до такой степени, или иметь ко мне какие-то претензии.

Моя собеседница многозначительно покачала головой:

— Знаешь, иногда достаточно взгляда.

Она вряд ли поняла, что, возможно, попала в самую точку. И продолжала:

— А давай-ка я с тобой пойду. Она ж не уточняла, что ты должна придти одна?

Я сделала отрицательный жест. Если у меня появились проблемы, я буду решать их сама, не втягивая других. Тем более, что от Надежды больше вреда, чем пользы Мне же еще хотелось выяснить у Кай некоторые вещи. Наде лучше о них не знать: и так, наверное, считает меня монстром.

Я пробиралась по пустым коридорам в Зону 4. Самым сложным оказалось до неё добраться. Лифт и многие двери напрочь отказывались мне подчиняться, выдавая разные таблички неприличного содержания типа "Вход запрещен" или "У вас нет допуска".

Первые пять минут я искренне верила, что если поднести даймер к индикатору раз триста-четыреста, то замок рано или поздно осознает, насколько он не прав и как плохо со мной поступает, не пуская внутрь. В общем, после двести шестьдесят второго раза я решила пересмотреть свою тактику вразумления замковой системы и попробовать решить проблему более гуманным способом, чем пытаться вышибить дверь ногой.

Способ нашёлся. Как всегда, правильный ответ лежал на поверхности. Недолго думая (долго думать просто не умею, мозги быстро отказывают), я поднесла ЭМИТУП к индикатору и… и он сломался (замок, естественно, а не кристалл!) Я мстительно прошипела "Сам виноват, бесчувственная железяка. Я же предлагала разойтись по-хорошему". Индикатор мне не ответил. Я ничуть не огорчилась его поведением, утешив себя, что если б он отозвался, вот это было бы уже странным.

Остальные электронные замки тоже пали жертвой разногласия с моим кристаллом. И так же храбро хранили гордое молчание. Надеюсь, переполох из-за этого завтра не поднимется.

Наконец, я добралась до нужного места. Вообще-то Зона 4 представляет собой огромный зал. Нет, не так. ОГРОМНЫЙ зал с тренажёрами и беговой дорожкой. Правда, две последние вещи имеют такую же структуру, как и те пресловутые стулья в столовой. Именно поэтому зал оказался полностью пустым, не считая наличия женской персоны, с которой у меня была назначена встреча.