Магия в стиле экстрим

— Что же это? — спросила я и прижала ладони к груди, чтобы не выскочило сердце.

— Ты уже знаешь.

— Плоть, Магия и Душа.

И снова я почувствовала, что реальность пошла рябью и сдвинулась. Стены дворца растворились, мы остались наедине с темнотой и яркими бессчётными точками звёзд и миров. Они неслись необъятными слоями по спирали, центр которой — Оракул и девушка с пламенеющими волосами.

— Да, но естественно всё гораздо сложней, ведь речь идёт не о примитивном живом организме, а о вселенной. И даже наличие всех трёх составляющих ещё не гарантирует, что гибели удастся избежать. Существует бесконечное множество условий, ограничений, препятствий, которые твоему сознанию пока не постичь. Но вместе с тем есть мизерная, и почти нереальная надежда, ради которой стоит бороться.

— На каком этапе сейчас Плеяда?

— Скажем так, три составляющие движутся друг другу навстречу, каждый своим путём, но впервые они существуют одновременно и сильны, как никогда. Их цель — собраться вместе, познав и приняв свою сущность и разделить себя с сознанием Плеяды.

— А если кто-то из троих погибнет по пути или покинет Плеяду?

— Тогда поиск продолжится снова и снова, пока в итоге три фигуры соберутся или у мироздания закончится время, а его осталось катастрофически мало.

— То, что ты рассказал…голова идёт кругом…подожди! Если сложить всё, что я теперь знаю и грубо очертить приоритеты каждой фигуры, то получается интересная картина. Магия — это ты, Оракул. Именно ты, мой бог, по своей воле стал хранителем Плеяды, связав себя с ней неразрывными узами. Но одной магии мало, нужно существо, способное вести и влиять на души. Предположим ни миг, что это я. Хотя это невероятно, но пока мне не известен другой кандидат, хоть как-то подходящий на эту роль. Неизвестным элементом остаётся Плоть. И тут я теряюсь в догадках. Ты утверждаешь, что такое существо уже есть?

— Есть и довольно давно. Мы знаем друг о друге, и поверь, приближали твоё появление, как могли. Всё, что создавала Плеяда до тебя, оказалось слишком слабо и не выдерживало даже первых шагов на пути. Но только фигура Плоти смогла так воздействовать на обстоятельства, при которых в итоге появилась ты, Душа.

— Мой таинственный кукловод! — радостно воскликнула я, обрадовавшись догадке, как малый ребёнок. — Это он мог плести свою паучью сеть веками, он мастер неслучайных случайностей, он тонко и виртуозно заставляет каждого плясать под свою дудку. Ты знал о том, что он творит, выискивая претенденток, калеча судьбы, забирая жизни. Это чудовище и есть та самая фигура Плоти?

— Да, — холодно ответили мне. — Я знал, но не вмешивался в его действия до поры, к тому же они принесли желаемые плоды. А сейчас поздно отступать или сожалеть. Плеяда погибает, пришло и моё время. Тонкий мир становится нестабилен, поддаваясь общей деградации. Лишь моя воля удерживает подобие стабильности, именно на это уходят колоссальные силы. В мире энергий идёт непрерывный бой с хаосом. Но без вас не выстоять. Вы нужны мне оба, Паулина, и должны завершить свой путь, стать тем, кем рождены.

Сама не понимая, что делаю, я поднялась по ступенькам и в изнеможении присела, облокотившись спиной о гигантский серповидный коготь орла. Совсем страх потеряла, но тут не мудрено потерять не только страх, а и голову. Сжав виски, я пыталась осознать услышанное и решить, что делать дальше. Но кроме этого меня ещё кое-что мучило.

— Скажи Оракул, почему всё так жестко? Почему нельзя по-другому? Столько смертей, боли и страха. Когда-то к тебе пришли двое: маг Акир и первородный эльф Яван. Что ты сказал им? Что они узнали такого, что согласились на страшную участь? Какова должна быть причина расстаться с жизнью и обречь себя на века погребения заживо? Хочу понять для чего их жертва. Это необходимо, чтобы жить дальше.

— В ответ на вопрос я показал им гибель мироздания.

— Покажи и мне, — я бестрепетно забралась на изгиб орлиной лапы и прикоснулась к перьям. Птица вздрогнула, но не сбросила меня.

— Не проси, это слишком трагическое и жуткое зрелище, а твоё сознание на грани.

— Покажи! Я хочу знать, за что мы страдаем и умираем!

В тот же миг Оракул полностью завладел моим сознанием, но это не ласковое прикосновение, а разрывающее на части присутствие высшей воли. И я безропотно терпела, почувствовав, как из носа хлынула кровь. Мы оказались внутри памяти Оракула, и от масштабности и многогранности воспоминаний я едва не потеряла сознание. Восприятие бога слишком объёмно, глубоко, необычно и сложно для моего разума, почти лопающегося от контакта с такой мощью. Он милосердно преобразовал бесконечность переплетений образов в понятную мне картину.

И тогда я в полной мере познала, что такое на самом деле бесконечная пустота, потому что это именно то, где мы двигались, не имея направления. Но даже понять, что мы именно двигались, причём с непредставимой скоростью, я смогла, только с помощью Оракула, который сделал для меня поправку на ограниченность смертного разума. А потом возник свет, и мы устремились к нему.

События разворачивались стремительно, в гипер ускоренном темпе. Из крошечной песчинки, похожей на зародыш, пробуждалось чудо и это самое захватывающее зрелище, которое мне доводилось видеть. В пустоте пробуждался цветок из энергии и материи. Они непрерывно поглощали друг друга, изменяли и сливались в один бесконечно прекрасный лик. Вряд ли что-то сможет сравниться с красотой рождения бессчётных звёзд и миров, столкновений и буйства стихий, когда тонкий мир энергий ещё не разделён с физическим миром. Но постепенно в безумстве материи и хаоса энергий возникал некий порядок и разделение миров по планам бытия. Яростный, кипящий и нестабильный нижний план. Изменяющийся, более спокойный и привычный средний пояс жизни. Великолепный, сотканный из полуразумных миров высший план.

— Это Плеяда? — мысленно задала я вопрос.

— Да, такой я увидел её когда-то, увидел и принял всей душой, — ответил Оракул.

В этот момент мы понимали друг друга, как никогда. Потому что теперь и мне ведомо это недоступное смертным чувство — любить целую вселенную, как единое целое, как живое существо, бесконечно прекрасное и сильное. Бессмертный дух и смертная разделили эту любовь, которая связала нас отныне крепче любых уз. Невероятное ощущение, на грани возможного восприятия, но моя душа приняла его. Теперь вопрос о высшей цели отпал сам собой, потому что я знала, ради чего можно пойти на смерть, на муки, на всё!

— Ты хочешь увидеть, как умирают подобные Плеяде скопления миров? — произнёс знакомый голос Аморана и умоляющие нотки тронули душу. — Пожалуйста, не надо. Мне тяжело снова вспоминать эти кошмары. А ты сейчас в таком состоянии, что возможно и не сможешь пережить подобное зрелище, оставаясь в своем уме.

— Нет, наверно лучше это не видеть, — уступила я.

Оракул просто сжалился надо мной и предпочел показать вместо агонии смерти бесконечно прекрасное чудо рождения. Вокруг снова возникли белые чертоги дворца, а я это время так и просидела, вцепившись в орлиные перья.

— Что же делать дальше, Оракул? Мой путь в темноте и неизвестности, я двигаюсь на ощупь, разбиваясь в кровь об острые углы. Но впервые всем сердцем хочу дойти до конца и достигнуть цели сама, без понуканий. Как стать той, о ком только и слышу в последнее время?

— Просто жить, Паулина, — произнесли из-за спины.

Я не удержалась от неожиданности и скатилась вниз. Но меня успели подхватить и прижать к себе. Передо мной вновь появился Аморан, улыбающийся и надёжный. — Твой путь только начался, милая, но на нём ты теперь не одна. Тебе столько ещё предстоит постичь, стольким пожертвовать и найти. Сотни раз переступить через себя, идя по краю, и, в конце концов, овладеть тайной появления и движения душ.

— А разве не боги создают их?

— Нет, не боги. Открою тебе ещё одну большую тайну. Мы лишь скульпторы, которые лепят из готового материала новые формы, облекая их в плоть.