Точка Столкновения(СИ)

Самым странным было поведение правителя Кратона и вообще всей армидейской власти, которая о Рурхане позабыла. Его прошедшего через ужас в Мерзлом лесу, обычного жителя Армидеи, не являвшегося солдатом, ласковое артэонское общество по идее должно было встретить отдельно, особенно. В лице представителей высшей власти попросить у него прощения за все случившееся, пожалеть его, помочь восстановиться после пережитых травм. Но о нем совершенно позабыли. Все из-за того что правитель Кратон видевший души своих подопечных знал о происходящем с Рурханом и велел своим министрам пока о нем забыть. Он ждал момента, когда с Рурханом можно будет объясниться.

Днями Нахирон, в темном подземелье под присмотром исследовал возможности своего тела, разума, овладевал ими, готовил себе внешний облик, в котором хотел предстать перед этим миром. Он созревал и становился все сильнее пока не пришел нужный час. Однажды ночью пока сознание Рурхана спало, а сам он видел сны, Нахирон овладел телом. На часах было начало второго часа ночи. Облачившись в спортивный костюм, он вышел через окно ее комнаты на четвертом этаже. Ночью он тайком проник в пустующую испытательную камеру проекта 'Нахирон'. Встав посреди этого темного пустого помещения, он осмотрел стены, ставшие для него родными. Здесь он стал самим собой, это темное пугающее место стало подобием его колыбели. Но это только начало пути, отправная точка. Закрыв глаза, он полностью сосредоточился, собрал все свои силы, так что воздух вокруг него загудел. Секунды затишья, а после все вокруг него начало рушится.

Обретя силу, он решил уничтожить место, давшее ему начало, решил стереть все улики, все следы своего существования. Стены огромной камеры обрушились, из прорвавшихся труб хлынула вода. Рухнула наблюдательная рубка, откуда за ним следили ученые. В лаборатории, где хранились все данные о нем, начался пожар. Он уже давно осилил способность проникновения в мысли других людей. Гипноз на расстоянии, телепатия. Он уже давно тайно управлял мыслями окружавших его артэонов, заставляя их совершать необдуманные поступки, заставлял их верить всем его словам. Готовиться к решающему в своем становлении шагу он начал задолго. Так, например все данные о его бронекостюме, все материалы о создании сверхмощного магического оружия которые он якобы передал артэонам в обмен на услуги с их стороны, все это хранилось в лаборатории отведенной проекту 'Нахирон'. Вмешавшись в сознания своих наблюдателей, которые думали, что все контролируют, он сделал так чтобы эти данные остались здесь и здесь исследовались, чтобы, когда придет время всех их разом уничтожить. Разрушение, вода и огонь уничтожили все данные, все сведения о секретном проекте в честь его имени. Как некоторые насекомые, пробудившись, разрушают кокон, он также разрушил вырастившую его испытательную камеру.

Он долго размышлял над дальнейшими действиями и с тяжестью принял это решение. Рассчитывая, что они поймут его, отнесутся по-артэонски разумно и не станут судить строго, он уничтожил все упоминания о себе. От грохота взрывов и разрушений в подземелье, где он разбушевался, уже спешили поднятые по тревоге солдаты. Он, тем временем сметая стены, направлялся к хранилищу, где созданный им костюм хранился. Одетый на манекен его золотистый как у солдат Армидеи уникальный бронекостюм ждал его. Не привыкший воздействовать на мир физически, силой мысли он спешно одевал костюм на себя. Пока он стоял на месте элементы его сложной брони сами облегали его тело, скреплялись между собой. Приняв свой облик, он быстро сбежал. Когда солдаты ворвались в разрушенную лабораторию, прорвались сквозь пожар и воду, затапливающую нижние уровни, обследовав все хранилища этого комплекса, они его не нашли. Поняв, что никакие материалы о секретном проекте и всех исследованиях не спасти военные покинули эту лабораторию и после ее помещения полностью затопили. Нахирон тем временем пробравшись по шахтам воздуховод, шахтам лифтов выбрался наружу и по крышам спящего города, отталкиваясь от воздуха и пролетая десятки метров, направился куда-то вглубь городских улиц.

Глубокой ночью, тихонечко дыша, в своей постели под теплым одеялом Фиалка, не ведая проблем как обычно крепко спала. Он проник в ее комнату через окно. Свою броню, довольно громоздкую чтобы не пугать ее, чтобы для нее все казалось сном, он прикрыл небольшим черным плащ-накидкой, свисающим от плеч до пояса, капюшон которого скрыл его лицо. Небольшой плащ нелепо немного прикрыл его грубую стальную броню. Шатуна он отправил в крепкий беспробудный сон, теперь даже не касаясь, просто на расстоянии протянул руку и велел собаке крепко заснуть. Теперь, наконец-то он полноценный и состоявшийся остался с ней один на один. В этой темной комнате больше ничто ее от него не ограждало. Он подошел к кровати и тихонько ее коснулся, она недовольно перевернулась на другой бок, он снова столкнулся со своей холодной пустотой. Снова убедился, что он не живой. Понимая, что не сможет понять ее ценность и красоту, ведя себя крайне неразумно, почти как человек, движимый чем-то не совсем осознанным он просто не мог развернуться и уйти. Поэтому продолжал этот бессмысленный спектакль. Он аккуратно ввел ей в шею дурманящий сознание наркотик. 'Селина' - отойдя от постели, тихо позвал он ее из темноты. Поднявшись в постели, она не понимала что происходит. В ее глазах все плыло, все казалось нечетким как очередной ночной сон. 'Я здесь' - донесся из темноты его голос. Она, немного испугавшись, замерла сидя в постели. В этом суровом низком голосе она не разобрала родные нотки. Протерев глаза, она разглядела темный силуэт, стоящий у открытого окна.

- Не бойся. Здесь нет ничего страшного, - сказал он.

- Кто ты? - замерев на месте от легкого испуга, тихонько шепотом спросила она.

- Думаю важнее не кто, а где. Где мы сейчас, по-твоему?

- Не знаю, - она огляделась. В ее глазах все плыло и расплывалось, окружающая темнота переливалась, будто потоки чернил. - В моей комнате. Но... все как-то странно...

- Как странно? - интересовался он, в ее присутствии стараясь говорить как можно мягче, нежнее, аккуратнее, будто боясь вспугнуть.

- Не знаю. Странно и необычно, будто это сон.

- Это и есть сон, обычный ночной сон.

- Ну а тогда кто ты? - под воздействием дурманящего сознание препарата легкий начальный испуг быстро выветривался и она постепенно расслаблялась.

- Не знаю. Это у тебя нужно спросить. Ведь это твой сон.

- А это случайно не страшный сон?

- Нет не страшный, а как раз наоборот. Один из тех снов, что после еще долгие годы вспоминаются приятно. Тем более. Чего боятся во сне, зная, что это сон? Ничего плохого здесь случиться не может. В любом случае все закончится утром, под теплым одеялом, когда солнце разгонит ночную темноту.

- Ну, тогда я тоже не знаю кто ты. Ведь я тебя не вижу, - свыкнувшись с тем, что это сон, спокойно зевнув, потянувшись, она еще раз протерла глаза. Решив встать, в наркотическом дурмане плохо управляя собой, будто пьяная, пока все кружилось в ее голове, босыми ногами она встала на ковер. Спустя секунды, все в ее глазах смешавшееся в кашу снова обрело черты. Он тихо подошел к ней и проникающий через окно свет уличных ночных фонарей, осветил его. Под черным капюшоном, голова накрыта стальным шлемом, верхняя часть лица скрыта черной маской. Он видел себя существом новым и не хотел, чтобы глядя на него окружающие видели его прообраз, поэтому и скрыл лицо. Вернее сделал себе новое лицо, скрыв его под черной маской, ставшей частью его внешнего облика, в котором ничего не должно остаться от Рурхана. Она замерла, не зная, что сказать, растерянно хлопая глазами, он чтобы ее успокоить опустился перед ней на колени. Несмотря на свою силу, мощь и полную свободу, вопреки всякой логике, здравому смыслу он приклонялся перед этой хрупкой девчонкой испуганно замершей перед ним в одной ночнушке. В чем был смысл этого, зачем он это делал, он не мог разумно объяснить себе. Его просто тянуло в эту комнату, с самого начала что-то неразумное необъяснимое толкало его к этому шагу.