Отложенное убийство
Отложенное убийство читать книгу онлайн
Занимаясь расследованием дела преступного синдиката «Хостинский комплекс», подмявшего под себя Сочи и другие города Черноморского побережья, старший помощник генерального прокурора Александр Турецкий и заместитель директора Департамента уголовного розыска Вячеслав Грязнов еще не знали, что обвиняемые вынесли им смертельный приговор. Прибывшим на помощь сотрудникам агентства «Глория» пришлось не только спасать захваченных бандитами родственников мэра города Сочи, посмевшего противостоять преступному сообществу, но и заниматься поисками убийцы, который во что бы то ни стало хочет привести приговор воровской сходки в исполнение…
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
— Дядь Сань, а что, оставить все так, как есть, — неужели лучше? Беспредел творится именно сейчас, — уверял Денис, — а если бандиты получат адекватный ответ, то укоротят лапы. То же и к террористам относится.
— Насчет террористов я с- тобой согласен, — уступил Турецкий. — КГБ с чеченцами так и поступал. Были ведь захваты людей даже в советское время, но гэбисты действовали просто: в ответ на каждое такое преступление загребали весь тейп и ставили под дула автоматов. Результат моментальный! Но учти, у горцев совсем иная национальная психология: у них сохранились родоплеменные отношения, для них на первом месте — интересы рода. А вот касательно бандитов не уверен. Во-первых, русские бандиты — люди атомизированного общества: всю жизнь по тюрьмам, с прежней семьей порывают, новую не заводят. Подельники для них важнее, чем родня. А во-вторых, члены семей уголовников часто сами от них страдают. За что им дополнительные пакости?
— Бандиты попадаются всякие. — Денис стоял на своем. — Сейчас все больше таких, которые чтут семейные ценности. Для них смысл бандитской деятельности заключается в том, чтобы отнять у чужих и отдать своим. Чужие родственники — это для них так, пыль под ногами, а свои — свет в окошке. Ну и вот как раз для таких…
— Послушай-ка, Денис, — Турецкий проявил наконец проницательность, что ему следовало бы сделать раньше, — а с чего это ты меня в такую рань вызываешь в укромное место, без лишних ушей? Неужели для того, чтобы обсудить захват заложников как теоретический вопрос?
Александр Борисович ожидал, что Денис покраснеет, как бывало раньше в ответ на мелкие и крупные разоблачения; но он остался невозмутим. Научился-таки владеть своими реакциями!
— Угадали, Александр Борисович. Ну не родился человек, кто бы вас провел!
— Комплименты мне делать не надо. Признавайся: какую еще самодеятельность наворотил?
— Да так, пустяки. Воплотил в жизнь идею нашего Константина Дмитриевича. В ответ на похищение членов семьи мэра Воронина матерый уголовник по кличке Крот, один из ценнейших кадров агентства «Глория», захватил сестру Сергея Логинова по кличке Зубр. Ее будут насиловать и пытать до тех пор, пока не произойдет обмен заложников…
— Денис! — От неожиданности Турецкий закашлялся. — Ты понимаешь, что это противозаконно? Что ваши действия подпадают под статью…
— Да вы не пугайтесь, дядь Сань! — по-мальчишески расхохотался Денис прямо в изменившееся лицо Турецкого. — Никто дамочку не похищал. Точнее, похитили, но она пока об этом не знает. Увез ее на виллу в Дагомысе наш дорогой друг Макс. Наверное, сейчас, когда мы его тут вспоминаем, ловит кайф с Зоей Барсуковой. Ей там, на вилле, до того здорово, что придется ее оттуда долго и старательно выгонять!
— Компьютерщик Макс? — изумленно уточнил Турецкий. — О-е… Это он что ж у нас теперь, герой-любовник?
23 февраля, 08.47. Максим Кузнецов
На самом деле Денис угадал ровно наполовину. На дагомысской вилле Зоя Барсукова действительно ловила главный в ее жизни кайф. Что касается Макса, здесь отмечались некоторые сложности.
«Тяжела и неказиста жизнь российского садиста», — переделал он под себя старое советское двустишие, и был по-своему прав. На него внезапно обрушилась гора обязанностей. Вот и сегодня, в это раннее дагомысское утро, он пораньше встал и умылся холодной водой, что для него, полуночника, само по себе являлось подвигом. А вскоре едва не сломал ногу, ломая на прибрежных склонах прутья кустарников, которые должны пойти на затребованные Зоей розги. Кустарники подвернулись очень вовремя, поскольку классическая береза в окрестностях не росла, и Макс слабо представлял себе, как бы он, со всей его комплекцией, карабкался на березовый ствол, чтобы наломать ветвей. Попутно он пытался изобрести сценарий их сексуальных спектаклей и, высунув язык, напрягал фантазию. Что там, на этих гнусных сайтах, пишут? Садист в роли учителя, мазохистка в роли ученицы? Или она провинившаяся девочка, а он ее учит, как себя вести? А ведь еще бывают такие простые особы, которые любят порку, не отягощенную всякими там сценарными изысками, но, чтобы угодить таким, приходится прикладывать физическую силу. Что касается физических усилий, то Макс, ползая на склонах холма, вооруженный ножницами, ощущал себя хуже, чем на тренажере для накачки мускулов, с помощью которого он как-то раз попробовал худеть и долго потом приходил в себя после этой тщетной затеи. Нет, с утра сексуально-садистическое вдохновение никак не желало его посетить! Мужская сексуальная энергия вообще такая странная и хрупкая вещь, что, когда ее призываешь изо всех сил, она стремится к нулю, а когда не зовешь, приходит непрошеной. Главное — Зоя по-прежнему была ему несимпатична! При одном виде ее холодного профиля, ее узкого рта в Максе все опадает… Эх, была бы на ее месте Танька — пухленькая Татьяна с первого потока, которой он в институте на лекциях прожигал глазами спину, мечтая затащить ее в постель. Он бы и сейчас не прочь… Зазевавшись, Макс утратил бдительность: ножницы, отскочив от чересчур твердой ветки, едва не угодили ему в глаз. Уже набранные ветки рассыпались. Снизу донесся тихий смех: не доверяя способности Макса удержать Зою, его все-таки снаружи подстраховывали. В случае непредвиденных обстоятельств вооруженные люди в черных масках и камуфляже не дали бы заложнице покинуть виллу.
— Чего хихикаешь, умник? — сердито спросил Макс, подбирая прутья, и хмыкнул сам. — Ладно, хихикай, так уж и быть. Только не вздумай подглядывать! Слышишь? Ты меня не подведи!
Разработанный план предусматривал еще и съемку их игр скрытой камерой. Так что кой-кому еще предстоит налюбоваться… Ничего, Макс проследит за тем, чтобы оказаться перед глазком камеры, расположение которой ему одному было известно, в приличном виде. Во время своего пребывания в Сочи он успел преодолеть множество психологических барьеров, и в основном благодаря Денису. Но одной грани, уж извините, он не переступит: он — компьютерщик, а не порноактер.
— Ты с кем это разговариваешь, Максимушка?
Макс, несмотря на свою толщину, подпрыгнул, вторично растеряв будущие розги. Зоя, в чем-то элегантном и, вопреки погоде, просвечивающем, спускалась к нему. Словно подросток, стройная и легкая. Как она только сумела так тихо подобраться? Прямо-таки шпионка, честное слово! Недаром на Хостинском рынке от нее ничто не укроется…
— С… ним, — потупился Макс, находчиво изображая смущение.
— С кем? — Зоя вгляделась в переплетение корней, ветвей и стволов, но никого не увидела.
— Да нет, ты не поняла… Ну, с ним. — Макс щелкнул резинкой свободных штанов. — Ты, наверное, никогда не слышала, что мужчины говорят со своим… ну, органом. Называют его иносказательно, в третьем лице… или во втором… это, значит… обращаются… Вот я его и предупреждаю перед ответственным испытанием: не подведи, мол, дружок!
По безупречно белому лбу Зои скользнуло легкое облачко: должно быть, она расслышала больше, чем хотел Макс, и удивлялась, Как может половой член хихикать и каким, извините, образом он способен подглядывать. Но, решив, очевидно, что это относится к совсем уж интимной сфере, где вопросы неуместны, ничего не спросила. Лишь положила руку ему на плечо необычайно собственническим жестом.
Не будучи информирован о прозвищах Зои, относящихся к животному миру, Макс в эту минуту ощущал себя дрессировщиком, запертым в одной клетке с хищным и очень умным зверем женского пола. Сексуальный туман не обволакивал Зое мозги — по крайней мере, не до такой степени, как хотелось бы. Макс осторожно снял ее руку с плеча и твердо, до боли, сжал. Зоя закусила губу. Служит это у нее признаком удовольствия или каким-то другим признаком — кто бы ему сказал!
— Ты ведешь себя, как маленькая, — сказал Макс, с удовольствием отмечая, что Зоя искательно заглядывает ему в лицо. — Бегаешь раздетая — а если простудишься? Сейчас же отправляйся в дом и без моего разрешения оттуда ни шагу. Я сейчас приду. Приготовь пока чаю и… поесть чего-нибудь сооруди. Лучше сладкого.