Черный треугольник

потерпевший неудачу с "Флорентийцем", подсказал

императрице и ее всесильному фавориту Бирону хитрый

ход: женить брата Бирона Густава на дочери Меншикова.

Вместе с дочерью князя был возвращен из ссылки и

единственный сын Меншикова Александр Александрович.

Молодой Меншиков, разумеется, знал, где спрятан

"Батуринский грааль", самая ценная вещь в

драгоценностях отца.

Свадьба Густава Бирона и дочери Меншикова

ознаменовалась возвращением из Лондона и Амстердама 9

миллионов рублей, а "Батуринский грааль" был

преподнесен молодым Меншиковым жениху, который в свою

очередь подарил его Анне Иоанновне.

2. "ДВА ТРОНА" (В ОПИСИ № 9)

Эти шедевры русского ювелирного искусства

экспонировались в 1912 году в Петербурге на выставке

ювелирного дела, организованной Императорским

обществом поощрения художеств совместно с Обществом

поощрения художественных кустарных промыслов. На

указанной выставке, где были представлены кованые,

резные, сканые, ажурные и другие изделия, "Два

трона", сделанные кустарями Костромского уезда,

заслуженно обратили на себя внимание публики и были

приобретены председательницей комитета Императорского

общества поощрения художеств принцессой Евгенией

Максимилиановной Ольденбургской.

"Два трона", размер которых не превышает

четверти спичечного коробка, отличают тонкий вкус,

изящество линий и подлинная ювелирность работы. При

взгляде на них невольно вспоминаешь о знаменитом

Левше, которому удалось подковать английскую блоху.

Эти ювелирные филигранные миниатюры с

поразительной точностью воспроизводят "алмазный"

престол царя Алексея Михайловича (трон украшен 876

алмазами и 1223 яхонтами) и престол Ауренг-Зеба из

династии Великих Моголов - "павлиний трон".

3. "ЗОЛОТОЙ МАРК" (В ОПИСИ № 15)

"Золотой Марк" изготовлен в ювелирной мастерской

Мелентьева в Риге. Он экспонировался, так же как и

"Два трона", на ювелирной выставке 1912 года в

Петербурге, где был приобретен петербургским

фабрикантом Ф.П.Ознобишиным. После кончины Ознобишина

является собственностью племянника покойного

фабриканта ротмистра Г.В.Грибова.

"Золотой Марк" представляет собой миниатюрную

модель (величиной с лист писчей бумаги) знаменитого

памятника византийского ювелирного искусства X века 

иконостаса, который находится в Венеции в соборе

святого Марка.

"Золотой Марк" - прямоугольная золотая

пластинка, состоящая из двух горизонтальных полос, на

которых находятся миниатюрные образки, исполненные

перегородочною эмалью на золотом фоне. Образа

обрамлены бордюрами, украшенными драгоценными камнями

и чеканными медальонами. Каждый образ отделан

колонками или пилястрами. В середине верхней полосы 

медальон, на котором изображен архистратиг Михаил.

Всего - 83 почти микроскопических образа. Все

пространство между эмалями и тимпаны арок над ними

украшены мелкими драгоценными камнями.

4. "ГЕРМОГЕНОВСКИЕ (КАЗАНСКИЕ) БАРМЫ"

(В описи № 32 против номера пометка: "Продаже не

подлежат. Могут быть только заложены".)

Существование так называемых "Гермогеновских

(Казанских) барм", они же "Мономаховы бармы" или

"Бармы Алексея Комнена", до сих пор вызывает сомнение

и оспаривается многими русскими учеными. Согласно

легенде, которая, вероятней всего, не является

таковой, они во времена татаро-монгольского ига

попали в качестве трофея к одному из монгольских

военачальников, а затем, переходя из рук в руки, к

основателю Казанского царства. Когда Казань была

взята и разрушена русскими войсками, а последний

казанский царь Едигер оказался в плену, бармы

исчезли. Они отыскались якобы лишь в 1579 году, когда

были найдены в земле на месте сгоревшего дома вместе

с иконой Казанской божией матери. Как известно, эта

икона находилась потом в стане князя Пожарского и ей

приписывали освобождение Москвы от поляков. Что же

касается барм, то казанский митрополит Гермоген,

ставший всероссийским патриархом, оставил их у себя,

заявив, что вручит их после изгнания поляков

законному русскому царю. Однако Гермоген не дожил до

избрания на престол Михаила Романова. Когда в Москву,

занятую поляками, поступили сведения о земском

ополчении Минина и Пожарского, от патриарха

потребовали, чтобы он воспрепятствовал князю

Пожарскому и убедил нижегородцев остаться верными

польскому царевичу Владиславу. Гермоген отказался,

был посажен на цепь и уморен голодом. Легенда

утверждала, что незадолго до своей кончины патриарх

успел передать бармы Мономаха послушнику Чудова

монастыря, родом рязанцу, который утаил их и спрятал

где-то у себя на родине.

Интерес к "Гермогеновским бармам" то затухал, то

снова вспыхивал.

А в 1911 году из Собственной Его императорского

величества канцелярии по принятию прошений на

высочайшее имя к нам в музей была переслана копия

анонимного письма. Его автор, подписавшийся "русским

патриотом", ставил в известность Николая II, что

бармы Мономаха находятся у него и он был бы счастлив

передать их Его императорскому величеству.

Единственное, что ему мешает выполнить свой долг

перед царем и русским народом, это "обитание под

сенью трона вора и конокрада Гришки Распутина. Но в

тот самый благословенный час, когда Гришка будет

повешен на осине истинно православными людьми под

ликующие клики народа и звуки сводного оркестра

гвардейских полков, бармы займут свое почетное место

среди царских реликвий".

Полковник Дубельский клялся мне, что через

неделю и автор письма, и бармы будут найдены, но

поиски кончились безуспешно. Бармы не "заняли своего

почетного места среди царских реликвий" и после

убийства Распутина.

Глава пятая

Бармы Мономаха и добрый бог

архимандрита Димитрия

I

- Вы что ж, из кухаркиных детей? - спросил я у Карташова, который сидел против меня - большой, полнотелый, с широким лицом.