Блюз осеннего вечера

авильный ответ! Если, как вы говорите, грохнуть кассира в подъезде, начнут проверять круг его знакомых. Что нежелательно. А в случае налета причина убийства очевидна и проверять будут всяких дураков, состоящих на учете, но никак не Лехины связи. И второе. Тридцать «лимонов» тоже на дороге не валяются. Почему бы заодно не воспользоваться? Ответ понятен? Ну, где-то, как-то. Тогда жмите на газ!

Если вы найдете того, кто подписал беднягу Алексея на такое безобразие, как заказное убийство, то найдете и того, кто напал на обменный пункт. А дальше? А дальше пойдет следующая минута обсуждения.

Глава 7

Первое, что бросилось мне в глаза, – это его носки. Один – зеленого, а другой – черного цвета. Короче, разные. Они резко выделялись на фоне светлого линолеумного пола прихожей, потому что домашних тапочек их хозяин не носил. Поэтому и носки были разные – одинаковых, наверное, в гардеробе не осталось.

Второе – его прическа. Такого чуда я не видел даже у сумасбродных панков Америки (в Америке я не был, но телек иногда смотрю). Волосы росли только на одной половине его головы. Вторая была достаточно тщательно выбрита. Смотрелось это весьма вызывающе, но с претензиями на новизну. Живенько так.

Других необычных деталей во внешности открывшего мне двери парня я не заметил. Вполне комнатный вид – синее трико с отвисшими коленями и желтая от пота майка.

– Володя?

– Ага.

– Я насчет Лехи. Почирикать.

– Из ментуры, ну, из милиции, что ли?

– Нет, из банка. Надо тут разобраться кое с чем, может, поможешь?

Когда человека просят помочь, ему морально тяжелее прямо с порога отослать просящего куда-нибудь вдаль. Психологический нюанс.

– Ну, заходи…

– Володя, кто там? – заглушая звук какого-то телесериала, раздался женский голос из комнаты.

– Ко мне.

Комната Владимира, как я и предполагал, тоже отдавала неолитом.

– Пиво будешь?

– За рулем.

– Я выпью. Садись. Чего хотел?

Я и сам пока не знал, что хотел. Во всяком случае, уточнять, почему у Володи разные носки, мне не хотелось.

– Насколько я понимаю, ты был близким товарищем Алексея?

– Да, в общем.

Я в двух словах повесил Вовчику на уши кастрюлю той же лапши, которой уже попотчевал мать Лехи.

– Чем покойный занимался до банка? – чуть погодя перешел я к делу.

– До банка покойный охранял вместе со мной чужие машины.

Фраза была произнесена иронично-горьковатым тоном.

– И что же?

– А то ты не знаешь? Будто Леха не говорил!

– Мне – нет. Я с ним, так скажем, близко знаком не был.

– Кинули нас, как котят детсадовских. И ни фига, бля, не сделаешь. Говорил я Лехе, не стоит с шашлыков уходить, место нормальное, доход стабильный. Нет, ему все мало. А я как чувствовал, бля.

Я не торопил Вовика. Пускай выскажется. В запарке много чего с языка сорваться может.

– Ну, ну…

– Короче, он место на стоянке нашел в Купчино, через своего знакомого какого-то. Как раз пара людей была нужна. Сутки через трое. Терпимо. Да что терпимо, поначалу просто лафа. Я и