Миссия в Венецию

лись на волнах яхты миллионеров, затем сделала еще один поворот и вскоре остановилась у другого причала с рыбацкими лодками. Здесь вовсю кипела жизнь: рыбаки спускались в свои посудины, готовясь ко второму выходу в море. Тут же за столиками неряшливые длинноволосые хиппи, едва воспрянув от сна, попивали свой кофе.

Анжела остановила машину, а Билл проехал дальше, припарковав свой "олдсмобил" немного в стороне, и заглушил мотор.

Выйдя из машины, я успел заметить, как девушка прошла через набережную, огибая тяжелые кары, и направилась к оазису баров, кафе и захудалых ресторанчиков. Я увидел, как она вошла в здание с вывеской: "Блэк Кэзет дискотека, напитки, закуски", напоминающее обветшалый склад.

Я медленно брел за ней по набережной, поглядывая по сторонам, пока не уперся лбом в захватанную грязными пальцами стеклянную дверь. На ней было выведено:

"ТОЛЬКО ДЛЯ ЦВЕТНЫХ БРАТЬЕВ. БЕЛЫМ ВХОД ЗАПРЕЩЕН! ПРЕДУПРЕЖДАЮ!" Немного поразмыслив, я решил, что еще не время совать свой нос в это осиное гнездо, и, довольный тем немногим, что уже имел, вернулся к Биллу.

- Только для черных, - сказал я ему. - Подожди здесь и проследи, сколько времени она там проторчит, а я попробую что-нибудь разузнать об этом бараке.

Я направился в самый центр набережной к таверне "Нептун", где надеялся разыскать Барни. Эта неотъемлемая деталь местного пейзажа как всегда прочно восседала на кнехте, держа в руке пустую пивную банку и мрачно взирая на море. Кличка Барни "Ухо к земле", утвердившаяся за ним с давних пор, не только не раздражала его, а, наоборот, была предметом гордости. Он даже утверждал, что сам придумал для себя это прозвище. Можно с уверенностью сказать, что мимо этого человека ничто не проходит. Его необъятная фигура, как губка, впитывала огромное количество информации и пива, оставаясь совершенно невозмутимой. Не было никаких портовых махинаций, о которых Барни бы не знал. Он был знаком со всей портовой швалью, и вся портовая шваль была знакома с ним.

Лысый, в грязной, пропотевшей рубашке и замызганных выцветших брюках, которым скорей подошло бы звание портков, он с трудом держал на коленях свое громадное, наполненное пивом брюхо. Пути этого мальчика часто пересекались с путями агентства "Акма" - детективы заливали эту утробу пивом, и на поверхность всплывала нужная информация.

Увидев меня, Барни улыбнулся своей акульей улыбкой и зашвырнул пустую пивную банку в море.

- Рад вас видеть, мистер Уоллес, - сказал он. - Я как раз подумывал, что пора завтракать.

- Пошли в "Нептун", - предложил я. - Куплю тебе пива, Эд, заодно и позавтракаешь.

- Звучит вполне по-джентельменски!

Он снялся с кнехта и, переваливаясь, направился в таверну. Я последовал за ним. Внутри темного, мрачного помещения Эд махнул рукой негру-бармену.

- Завтрак, Сэм, - приказал он. - И пошевеливайся.

- Да, мистер Барни, - весело отозвался негр. - А вам, мистер Уоллес? Кофе или чего-нибудь еще?

Зная, что вместо кофе Сэм обычно предлагает какую-то