Трудно быть мачо

меня посадят за дачу ложных показаний…

– Не дрейфь, не посадят. Это она от досады. Показания записала?

– Да… Но сначала отговаривала, как вы и сказали.

– Ничего другого ей не оставалось. Мной интересовалась?

– Да. Но я вас не видел.

– Молодец.

– Но в коридоре никого не было.

– Они прятались в туалете.

– А-а-а… До свидания, Вячеслав Андреевич.

Чернаков отключил мобильник, заглянул в бардачок. «Оса» лежала на месте. Не помешает.

Хотя сейчас он не планировал никаких силовых операций, типа штурма, или экстренного потрошения. Просто посмотрит, как люди живут. Постоит в сторонке часок-другой. Вдруг, знакомых встретит?

За КПП свернул налево, спросил у прохожего нужную улицу. Возле железнодорожной платформы бросил машину, переложил в карман пальто «Осу». В ларьке купил шоколадку и орешки, ничего другого не было. «Добрый день, Вячеслав Андреевич, это снова я, ваш верный друг – панкреатит. Как самочувствие?»

К дому Копытиных пошел пешком. Куда только не занесен поиск правды и справедливости.

Владимир Андреевич вспомнил, как по молодости вместе с Лутошиным они поехали в деревню задерживать подозреваемого в убийстве. Километров за пятьдесят от Питера. Молодой крестьянин гостил на выходных у городского приятеля, обсуждал с ним законы квантовой физики. Обсуждение зашло в тупик. Выход был найден с помощью туристического топорика. Тюк в темя – и никаких разногласий. Допив водку (чего продукту пропадать?) гость вернулся в родную деревню к маме. Следом отправились храбрые сыщики на Лутошинской личной «шестерке». Но сыночка дома не застали, ушел, якобы к зазнобе в соседнюю деревню. Хитрые сыщики представились маме знакомыми отпрыска. Мама, к слову, оказалась еще не стара и, судя по лицу, любила тяжелый алкоголь. А у Лутошина в машине было. И не какая-то там бодяга, а настоящая водка. Со свадьбы сестры заныкал. Целых два пузыря. Богатство для тех мест. «А не подождать ли нам Пашку?» – предложил Рома маме, ласково поглаживая аппетитный бутылек. «Гостям всегда рады!» – раздался уверенный ответ. Прошли, сели, принялись ждать, выпивая в процессе. Но силенок немного не рассчитали. Поехали-то натощак, а достойной закуски у мамаши не нашлось, одна соль крупного помола. Бедно жило тогда колхозное крестьянство. Впрочем, и сейчас не богато. В общем, развезло питерских «знакомых» не на шутку. В полночь сынок вернулся от зазнобы и увидел совершенно неприличную картину. В центре избы, за столом пьяная мама и два таких же пьяных субъекта. «Мама, а кто это?» «Как, кто? Друзья твои городские. Тот, что спит – Рома, а в пиджаке – Славик… Хорошие ребята, водочку привезли». «Так что ж ты, мама, стол нормальный не накрыла?! У нас же брюква есть в погребе! Доставай, а я за бражкой к Ваське сбегаю!»

Что это за друзья, сынок даже не задумывался. И уж тем более, не предполагал, что они мусора проклятые. Мусора бы серьезную группу захвата прислали, а не водку. Спустя пятнадцать минут банкет продолжился. На столе появилась подгнившая местами брюква и