Жизнь замечательных детей

еще больше.

— А за весной?

— Лето!!!

Я стала опасаться, как бы мальчишка не захлебнулся от восторга.

— А за летом? — не отставал отец.

— Осень!!!

Тут мальчонку понесло, и он принялся трещать без умолку, перечисляя по кругу времена года. Причем если начал он с буйным оптимизмом, то после шести-семи кругов его энтузиазм иссяк.

— А потом зима… — еле слышно прошептал ребенок, — а потом весна…

Папаша, которого эта карусель, вероятно, очень развлекала, приободрил сынка:

— Ну а дальше что?

Ребенок вздохнул и голосом, полным житейской мудрости и безысходности, ответил:

— То же самое…

Больше за всю поездку он не проронил ни слова. Вот так в пять лет люди приходят к твердой уверенности, что ничего нового в этой жизни произойти уже не может.

В квартире было на удивление спокойно. Утомившиеся за день младенцы спали, Оля отправилась с подругой в кино, а Игорек пошел в гости к однокласснику. Я в очередной раз подумала, что четверо детей — вру, уже пятеро! — это не такая уж обуза. Главное — правильно организовать быт. Или найти людей, которые его организуют.

Так, надо быстрей разделываться с расследованием. Сейчас я позвоню оставшимся подозреваемым, завтра побеседую с ними с глазу на глаз — и все, капитан Супроткин может с чистой совестью закрывать уголовное дело. Потому что я на блюдечке преподнесу ему имя убийцы.

Однако дозвониться до Олега Хоркина мне не удалось. По его номеру телефону ответила какая-то дама.

— Будьте любезны сообщить, кто его спрашивает и по какому вопросу, — до зубовного скрежета вежливо осведомилась она.

Я оторопела и не сразу сообразила, как ловчее представиться.

— Дело в том, что мы вместе с Олегом ужинали в ресторане… — начала я.

— Когда? — мгновенно взвилась дама.

Я поняла, что мои слова можно проинтерпретировать двояко, и принялась оправдываться:

— Нет, ничего личного, это была рабочая встреча.

— Тем не менее прошу вас сказать, когда это было, — отчеканила дама.

Господи, да когда же это было? Столько воды с тех пор утекло!

— В среду. Нет, в четверг. Или все-таки в среду? Вы знаете, я точно не помню, но это не важно. Мне бы хотелось поговорить с Олегом.

То, что я запуталась с днем недели, явно свидетельствовало не в мою пользу. Голос у дамы стал ледяным:

— Ничем не могу помочь. Это рабочий телефон Олега Анатольевича, по нему можно только записаться на прием.

— На прием? Олег что — врач?

— Я советую вам, девушка, поменьше врать и оставить Олега Анатольевича в покое, — выдала дама и повесила трубку.

Ошарашенная, я еще минуту простояла у телефона. Это либо жена Хоркина, либо его секретарша, которая стремится стать законной супругой. Другого объяснения подобной ревнивой подозрительности быть не может. Хм, и как же мне прорваться через ее заслон?

Ладно, попробую разузнать хотя бы адрес Юлия. Вот только надо заранее придумать какую-нибудь убедительную версию.

Едва на том конце провода сняли трубку, я сказала скучным казенным голосом:

— С телефонной