Дорога в Гандольфо

дения вызывала у окружающих раздражение. Трех злющих псов, приставленных к двери его комнаты, чтобы он не смог никуда убежать, пришлось вскоре убрать из коридора вниз, где размещалась прислуга, поскольку они непрестанно лаяли, не выдержав его выходок. Но он взял себе за правило время от времени проноситься мимо служебных помещений. Собаки, устав от собственного лая, уже не реагировали на него так, как требовала того их природа, а лишь молча поднимали морды и с ненавистью смотрели на него, когда он выходил на улицу.

В общем, относились к нему все одинаково, что прислуга, что офицеры Маккензи. Сэм доводил всех до умопомрачения своими криками, надоедал своей клоунадой. Однако он воспринимался всеми как неизбежное зло, с которым приходится мириться. Пройдет несколько дней, и он воспользуется подобным умонастроением.

Хотя ему не было разрешено столоваться вместе с Хаукинзом и бандой его психопатов, тем не менее, генерал по-прежнему ежедневно навещал адвоката в вечерние часы, после того как Сэма приводили назад в его комнату и стаскивали с него брюки. Дивероу понимал, что Хаукинз просто-напросто нуждается в аудитории.

Хвастаясь, Мак выплеснул информацию о том, что он и его люди уедут на день или два, чтобы провести окончательную рекогносцировку на местности в районе проведения операции "Нулевой объект".

Но Сэма это никак не коснется. Он остается в Махенфельде не один. С ним будут его охранники, сторожевые псы и прислуга.

Сэм улыбнулся. Поскольку, как только Хаукинз и его психопаты покинут замок, он займется собственным "Нулевым объектом". Он давно уже начал устанавливать контакт со своими охранниками, с Рудольфом с его раскосыми, как у кошки, глазами и с неким явным убийцей, не имевшим имени. Ему не раз удавалось уговорить Рудольфа и безымянного субъекта посидеть посреди поля, пока он будет бегать вокруг него. Причем сделать это было несложно: стражников радовала возможность ничего не делать. Они безмятежно сидели в траве, направив в его сторону пару зловещих пистолетов, Сэм же носился кругами, выполняя на ходу замысловатые упражнения. При этом он постепенно, мало-помалу, увеличивал дистанцию между собой и охранниками, достигшую сегодня после полудня около 250 ярдов.

В армии он кое-чему научился и поэтому знал, что оружия, способного поразить человека на расстоянии далее тридцати ярдов, в замке не имеется. Впрочем, если быть точным, и пистолетные пули могут сделать свое дело. Однако он не должен упустить своего шанса. Он обязан рискнуть. Остановить Хаука и его капитанов - задача такого рода, которая способна на войне делать героев из совсем негероических людей. Что ответил бы Маккензи на подобное рассуждение? Он наверняка сказал бы: "Ну, это просто болтовня! К тому же не имеющая под собой никаких оснований..."

Сэм был связан по рукам и ногам почти в буквальном смысле слова, между тем угроза третьей мировой войны нарастала с каждым днем.

Его план, как считал он, был прост и относительно безопасен. Сэм испытывал искушение присвоить