Тирант Белый

И все, как один, отвечали согласием, ибо за славную доблесть любили короля своего великой любовью и готовы были принять смерть за честь его, а для того отправились бы не только в Константинополь, но и на край света. Скариан от всей души поблагодарил подданных за явленную добрую волю и велел им возвращаться в свои земли, дабы готовиться к походу, а в назначенный день прибыть в тот же город и получить жалованье. К тому ж приказал он кликнуть такой клич по всем городам и селениям королевства: все пехотинцы и конники, все жители королевства и чужестранцы, что желают получить хорошее жалованье, прибудут пусть в город Трогодита.

И пока собирались в город воины, королева, будучи доброй и добродетельной христианкой, порешила сделать все возможное в своем королевстве для возвышения христианской веры. Еще отправляясь в путь из Контестины, взяла она с собою многих монахов и капелланов, а также двух епископов, замыслив возвести в своих землях церкви и монастыри, а потому, едва прибыв в город Трогодита, велела она проповедовать и обращать людей в новую веру, и многие жители — кто из преданности королю и королеве, а кто и проникнувшись благочестием, принимали святое крещение. Тогда королева повелела построить множество монастырей и возвести храмы, а короля убедила дать им хорошую ренту — так появились в том городе и в других христианские церкви, освященные епископами, а многие местные жители стали жить в монастырях, приняв святой обет, и увеличилось число монахов и капелланов, а епископы получили большие епископства и хорошую ренту, и всем, кто способен был на то, наказала королева странствовать по королевству, проповедуя святую христианскую веру и давая святое крещение всем, кто попросит.

В те времена жители Эфиопии не знали, что такое брак^[718], женщины у них были общие, потому их дети знали мать свою, но не знали отца, и были они самым презренным народом на свете. Но с тех пор, как прибыла к ним королева, супруга Скариана, и обратила их в новую веру, стали они заключать браки между собою, и были то законные браки, освященные Церковью.

В землях Скариана, далеко на юге возле самого моря, есть одна высокая гора, которая беспрестанно извергает огромное пламя — и днем и ночью. Еще же в королевстве Эфиопия есть гигантские необитаемые пустыни, что простираются до самой Аравии, гранича с океаном.

Тем временем собрались все воины в городе, и распорядился Скариан выдать жалованье тем, кто попросит, ибо иные согласны были идти в поход безо всяких денег. Надо сказать, король Скариан владел несметными сокровищами, что собирали в его подземных рудниках, и множеством конных воинов, ибо после Великого Хана был Скариан самым богатым владыкой, и насчитал он вскоре двести двадцать тысяч конников, сильных и искусных в бою.

И вот король Скариан, будучи человеком во всем осмотрительным, отдал все необходимые распоряжения: назначил достойных управителей в королевстве, а также воевод и военачальников для отрядов конников и пехотинцев, кои также в немалом количестве собрались в городе, хотя и не было о них ранее упоминания, и, как было это сделано, определил он день, когда надлежало войску выступить в поход. Затем распорядился он приготовить множество повозок и вьючных животных, дабы перевозить провиант, палатки и орудия и все прочее, потребное для войны, а также быков и прочую скотину, чтобы прокормить войска в походе. Не менее его готовилась и королева: собрала она множество богатых нарядов, а также украшений из жемчуга и драгоценных камней, коих у нее было несметное количество, а также расшитые золотом одеяния. И велела готовиться в дорогу многим белым девицам и женщинам — уроженкам Туниса, а также чернокожим эфиопкам. Наряды же нужны были королеве, поскольку пообещала она Тиранту прибыть в Константинополь на свадьбу его с Принцессою, а также на свадьбу Услады-Моей-Жизни с сеньором д’Аграмуном, королем Феса, назначенную на тот же день.

И когда собрался весь народ, отправился король Скариан со своим войском из города Трогодита, и путь его пролегал по всему королевству до самой дальней границы его, пока не достигли они города Серас, что располагался возле земли пресвитера Иоанна. Там отдохнул король и войско несколько дней, и встречали их с большой радостью и великими почестями, ибо никогда прежде не видали жители тех мест своего короля, ведь от города Трогодита до города Серас было пятьдесят дней пути.

И здесь прерывается рассказ о короле Скариане, который с войском своим движется к Константинополю, дабы вернуться к рыцарю Эсперциусу, отправившемуся с посольством от Тиранта к королю Сицилии.

Глава 410^[719]

О том, как улыбнулась удача рыцарю Эсперциусу.

После того как рыцарь Эсперциус получил ответ от короля Сицилии и увидел его приготовления к походу, попросил он разрешения отбыть и, попрощавшись с королем, отплыл на своей галере к порту Контестина.

Через несколько дней прибыл в Палермо Тирантов флот, однако ж угодно было судьбе, чтобы разминулся с ним Эсперциус: пристал он к берегу в Контестине спустя много дней, после того как отплыл Тирант, который к тому времени уже был возле берегов Сицилии. Расстроила Эсперциуса такая новость, и вновь снялся он с якоря и направил галеру в обратный путь. Однако ж в Палермо не нашел он никого, ибо за пятнадцать дней до того покинул город флот Тиранта. Узнав об этом, отплыл Эсперциус в порт Валона, но и здесь уже не застал он кораблей.

После того направил рыцарь свою галеру в Романский пролив^[720], и там настигла его страшная буря, и волнами отнесло его к острову Ланго^[721], возле которого затонула галера, а вместе с нею и большая часть команды. К счастью, Эсперциусу и десяти людям его удалось спастись, и побрели они по острову, надеясь отыскать какое-нибудь поселение, дабы отдохнуть и восстановить там силы.

Набрели они на старого пастуха, пасшего небольшое стадо, и спросили его, где найти селение. Пастух отвечал, что на всем острове нет никаких селений, кроме маленького хутора, где обитают четверо семейных пар, сосланных сюда с острова Родос за свои грехи, и живут они в страшной нищете, ибо остров этот заколдован и ничего на нем не раздобудешь. Тогда взмолился Эсперциус и просил Христа ради дать им что-нибудь поесть, поскольку весь прошлый день и все утро маковой росинки не было у них во рту, а за это обещал он помочь старику, чем только сможет. Пожалел их старик и пообещал разделить с ними свою нищету. Погнал он впереди свое стадо, и, приведши незнакомцев домой, поделился с ними чем Бог послал. Едва утолили они голод, принялся Эсперциус расспрашивать хозяина о том, кто же заколдовал этот великолепный остров и сделал его необитаемым.

Старик отвечал, что обо всем поведает, ибо показался ему рыцарь человеком добрым, и вот что рассказал он:

Господин, наверное, известно вам, что в давние времена этим островом Ланго, а также островом Крит владел правитель Гиппокрас^[722], у которого была дочь необыкновенной красоты, которая и по сей день живет на этом острове в образе змеи-дракона^[723] семи локтей в длину, и, поверьте, много раз я ее видел. Называют ее Владычицей Островов, а обитает она в сводчатом подземелье старинного замка, что высится вон на той горе, различимой отсюда. Показывается она два-три раза в году и, ежели не рассердить ее, не сделает вам ничего дурного. А заколдовала ее, превратив из прекрасной и благородной девицы в змею, богиня Диана, и лишь тот храбрый рыцарь, что решится поцеловать страшную змею прямо в уста, разрушит колдовские чары и возвратит девице прежний прекрасный облик. И вот однажды явился на остров рыцарь из Ордена Родосского, и был это отважный рыцарь, пришедший с твердым намерением поцеловать Владычицу Островов. Сошедши с коня, отправился он прямиком в замок, спустился в подвал, но, как увидал страшную змеиную голову, к нему склоненную, точно безумный бросился бежать со всех ног, змея же погналась за ним. Вскочил рыцарь на коня и попытался скрыться от ужасной змеи, однако ж, на беду, конь принес его к высокой скале, и упал он оттуда в море и сгинул в морской пучине. И случилось так, что другой юноша, ничего не слыхавший об этой истории, сошел с корабля на остров, дабы отдохнуть здесь и развлечься. Набрел он на замок, стал его осматривать и нашел в подземелье странный покой, где увидал некую девицу, что расчесывала волосы перед зеркалом, а вкруг нее по всей комнате лежали сокровища. Порешил юноша, что перед ним либо безумная, либо продажная женщина^[724], развлекающая мужчин, которые приезжают на остров. Тут по тени на полу заметила девица юношу и спросила его, чего он желает. Отвечал ей юноша: «Сеньора, ежели вам угодно, желаю я служить вам». Тогда спросила девица, рыцарь ли он, и, узнав, что нет, так сказала: «Коли вы не рыцарь, не станете вы моим господином, вернитесь же к вашим товарищам, и пусть посвятят вас в рыцари, а завтра утром выйду я из подземелья и буду ждать вас у входа, и тогда поцелуете вы меня прямо в губы. Только ни в чем не сомневайтесь и не бойтесь, я не причиню вам зла, хотя и страшен будет завтра мой вид, однако ж я такая, какой теперь вы меня видите, но из-за колдовских чар явлюсь я перед вами в облике змеи. И ежели поцелуете вы меня, станете вы моим супругом и будете владеть всеми сокровищами и этими островами». Тогда вернулся юноша на корабль к своим товарищам, и произвели они его в рыцари. Наутро отправился он к замку, дабы поцеловать девицу, но едва увидел, как навстречу ему выползла страшная и уродливая гадина, объятый безумным страхом, со всех ног побежал к кораблю, и до самого берега гналась змея за ним. Когда же увидела она, что юноша уже на корабле и никогда не вернется, закричала она истошно, как человек кричит от горя, и вернулась в замок. Юноша же умер в ту же минуту. И всех рыцарей, что потом здесь появлялись, ожидала та же участь, однако ж, коли явится тот, кто решится поцеловать ее, нипочем не умрет он, но станет владыкою этих земель.