Тирант Белый

О moм, что ответила Принцесса Ипполиту.

Я не желаю выглядеть перед тобой неучтивой и лучше промолчу, хотя твои дерзкие слова и заслуживают ответа. И я не желаю также, чтобы те, кто слышал твои лживые речи, решили, узнав мой ответ, будто ты, следуя совету твоего господина, явился с недостойными просьбами. Ведь прежние свидетельства о твоей вине перед Тирантом хорошо известны. Ты же, Услада-Моей-Жизни, вырви у меня на голове три волоса и отдай их Ипполиту: пусть он передаст их своему господину и скажет ему, чтобы взял их вместо ответа, поскольку не могу я ему написать.

Клянусь Богом, я не заберу эти волосы, если только вы не объясните мне, почему их именно три, а не четыре, не десять и не двадцать, — сказал Ипполит. — Как, сеньора, неужели вы думаете, что мы все еще живем в прежние времена, когда были приняты сии знаки милости? Тогда девица, имевшая возлюбленного и сильно его любившая, вручала ему букетик предушистых цветов или прядь своих волос, и ее друг считал себя самым счастливым на свете. Что вы, сеньора, нынче не те времена! Я прекрасно знаю, чего хочет мой господин Тирант: оказаться в постели вместе с вами — обнаженной или в рубашке. В случае, если постель не будет надушена, он возражать не будет. Но коли вы, ваше высочество, дадите мне для Тиранта три ваших волоса, то я признаюсь, что не привык привозить ему такие подарки. Пошлите лучше их с кем-нибудь другим или скажите мне, ваше высочество, ради чего вы ими пожертвовали.

Я с радостью скажу тебе правду, — ответила Принцесса,— Один волос означает большую любовь, которую я всегда питала к Тиранту, предпочитая его всем остальным, и до такой степени, что забывала об отце, о матери и, если позволено сказать, о самом Господе Боге. И я решила избрать именно Тиранта и хотела предложить ему себя и все, что только у меня есть. Душа моя должна отойти к Богу, когда закончится моя здешняя жизнь. Однако если бы Тирант и душу мою пожелал, то и ее бы я отдала ему вместе со всем тем, что имею и чем надеюсь еще обладать. Всем бы я щедро и вдосталь его одарила. Второй волос означает те сильные страдания, на которые Тирант меня обрекает. Даже знатнейшие сеньоры впадали в грех и завидовали ему, ибо мне чрезвычайно нравилось его любезное и обходительное обращение, в котором нынче я воочию могла убедиться. Но устам моим, а тем более моей чести, претят рассказы о том, как он меня оскорбил. Третий волос означает, что я знаю, как мало он любит меня. О, сколь плачевное зрелище являю я собой всякому, кто захочет на меня взглянуть после того, как претерпела я столько ужасных бед! Тирант же, привыкший проявлять милосердие к другим, со мной поступил жестоко и лишил меня спасения. И если бы не боялась я повредить моей чести, то во весь голос крикнула бы, как угрожает он моей жизни. Однако я должна вести себя так, чтобы никто не догадался, до какой степени задета моя честь, каковая мне дороже жизни. Теперь ты имеешь представление о том, что означают волосы, но, раз ты столь зловреден, я не дам тебе забрать их с собой.

И Принцесса взяла из рук Ипполита свои волосы, в гневе разорвала их и бросила на пол, одновременно проливая столь обильные слезы, что вся грудь ее стала мокрой. Когда Ипполит увидел, что Принцесса по столь незначительному поводу рассердилась на его слова, то он с сожалением и смирением в голосе принялся говорить следующее.

Глава 252

О том, что сказал Ипполит Принцессе.

Хотя вы, ваше высочество, и утверждаете, что над вами совершили насилие, но, говоря так, вы хотите скрыть свою вину и обречь Тиранта на наказание худшее, чем сама смерть. Вас и в самом деле задержали в комнате вашей матери, но только никто вас не насиловал. Скажите, сеньора, в чем можно обвинить моего господина Тиранта, коли он попытался совершить столь замечательный подвиг? Кто должен подвергнуть его каре? Лишите себя, ваше высочество, красоты, милости, разума и необыкновенных познаний, достоинства и всевозможных добродетелей и не будьте столь строги в любви к тому, кто всегда желает вам служить и любит вас чрезвычайно. Ибо вы, ваше высочество, не должны забывать, к чему вас обязывает любовь Тиранта и слава, которую она вам приносит. И вы хотите отнять у него надежду, без которой он не проживет? Удивляюсь я тому, что услышали нынче мои уши. Неужели вы решили обречь моего господина Тиранта на столь тягостные мучения? Ведь вам бы следовало, напротив, оставить все опасения, которые могли бы его оскорбить, потому как его тоска по вашему высочеству приносит ему невыносимую боль. И ежели нынче вы, несмотря на ваше бесконечное благоразумие, не осознаете, сколь ужасные беды и огорчения могут воспоследовать по вашей вине, хоть и кажутся они вам незначительными, знайте, что вы станете причиной гибели лучшего из лучших и не избежите справедливой кары в этой жизни и в иной. Ведь, когда вы доставляете радость Тиранту, его раны быстрее затягиваются. Но ежели будет он по вашей милости страдать, то вы сами себе принесете великое горе, равно как и всем, кто принадлежит Бретонскому дому. С его кончиной придет конец и десяти тысячам воинам, ибо без него не смогут они отвоевать империю. Взгляните, сколько людей привели на службу вашему высочеству и король Сицилии, и Великий магистр Родосский, и виконт де Бранш. Но никто бы не прибыл сюда, не будь Тиранта. Посмотрим, как без него станет сражаться Заскучавшая Вдова ради вашего отца и вас. Вы, ваше высочество, похожи на лекаря без лекарств. Но лишь тот хорошо лечит, кто врачует и тело и душу. Однако я вижу, что несчастный Тирант не дождется ни спасения от ран, ни радости от того, кто не хочет ему добра.

Тут Услада-Моей-Жизни, желая помочь Ипполиту и защитить Тиранта, сказала следующее.

Глава 253

О том, как Услада-Моей-Жизни рассуждала, обращаясь к Принцессе.

Как бы я была счастлива узнать наконец, на что вы в самом деле способны, сеньора, ибо тогда не пришлось бы мне прилагать столько усилий, служа вам, как теперь. Ведь нынче я вижу, как долго вас не удается разжалобить и вызвать в вас сочувствие к тому, кто удачлив на войне и кому не везет в любви. Меня же надо пожалеть, потому как большую часть своей жизни потратила я на вас. Из-за вас придется мне страдать. Ведь когда я вижу, что вы — девица, которую Господь наградил столькими добродетелями, то не могу представить, будто лишены вы высшей милости природы, то есть дара любви. Но вы не любите так, как должно любить того, кто заслуживает вашей любви и кто столь преданно служит вашему высочеству.

Как тогда могу и я вам служить от всего сердца, зная вашу неблагодарность? Ведь если бы я была уверена, что вы, ваше высочество, сможете испытать такие же огорчения и радости любви, какие испытали другие девицы, и если бы, Господней милостью, удалось мне помочь вам вкусить все любовные восторги при жизни, то вы сподобились бы быть причисленной к сонму счастливцев, которые любили как должно и заслужили бы хвалу при жизни. Однако с вами, ваше высочество, происходит то же самое, что с тем, кто вдыхает запах мяса, но не решается его попробовать. Если бы вы отведали любовь и вкусили ее сладость, то и после вашей смерти сохранилась бы слава о вас. Однако вы, сеньора, как я вижу, не любите Тиранта, а стало быть, нет у вас повода и любить кого-либо из его родичей. Но придет время, и вы будете плакать по нему и по его родным, царапая себе лицо, и проклянете день, ночь и самое жизнь. Ибо я не сомневаюсь, что в тот день, когда Тирант сможет сесть на коня, он, узрев великое недовольство вашего высочества, уедет к себе домой, а из любви к нему — и все его люди вместе с ним. Вы останетесь одна, как того и заслуживаете, и вся империя погибнет. А когда вы умрете и предстанете перед судом Господа Бога, то он попросит вас отчитаться в вашей жизни не иначе, как следующим образом.