Крейсера

и не поступило. Приходилось отбросить карты Желтого моря, снова раскладывая обширные листы всего морского театра. Требовался быстрый и решительный анализ:

- Если исчезла их тенденция к югу, тогда... Тогда они снова превращаются в невидимок! Допустим, что крейсера отходят на север, где адмирал Иессен, конечно, станет выискивать коридор для возвращения к Владивостоку... Где нам ожидать его? Наверное, их, уже усталых и с опустевшими бункерами, удобнее всего перехватить возле Владивостока...

Но какое решение Камимуры оказалось самым действенным в этой ситуации - этого мы никогда не узнаем! Японская история войны совсем не затрагивает эту тему, будто она и не волновала ум адмирала. Английские же источники, самые осведомленные, тоже теряются в различных догадках. Зато для наших крейсеров было ясно с самого начала: какой бы пролив они ни избрали для возвращения домой, в конце любого из них они могут принять встречный бой...

Маяки Японии погасли. Уже рассветало.

* * *

- Ну, - сказал Иессен, - давайте решать... Мы всадили свой топор в полено так глубоко, что его уже трудно выдернуть обратно. Прошу помнить, что бункера "Громобоя" опустошены и мы больше не способны танцевать до упаду... Думайте!

Крейсера медленно увлекало на север мощное попутное течение. Трусов сказал, что вернуться можно Охотским морем:

- Обогнув Шикотан, проскочим через Лаперуза.

- Ты проскочишь, - обиделся Дабич. - А мой "Громобой" у твоего Шикотана издаст последний вздох... паром.

Андреев заметил Дабичу, что согласен с Трусовым:

- Жги палубу! Пихни в топку даже рояль из кают-компании. Собери всю угольную пыль метелкой... Если дотянем до Сахалина, там в Корсаковском посту имеется угольный склад.

- Я такого же мнения, - сказал Иессен, - тем более что вторичный опыт с Сангарским проливом нам не удастся. Наверняка при выходе из него нас будет сторожить Камимура... Он станет последним дураком, если этого не сделает!

12 июля - уже на обратном курсе - встретили океанский пароход "Калхас" британской "синетрубной" компании. "Калхас" следовал из канадского Ванкувера в Иокогаму с контрабандным грузом. В бронированных сейфах парохода "призовики" обнаружили корреспонденцию для Лондона и - что самое главное! - секретную переписку японских дипломатов для Токио.

- Взять его! - повелел Иессен. - Для графа Ламздорфа, пусть на досуге почитает, что о нас думают иностранцы...

Под арестом русских матросов "Калхас" шел теперь вровень с крейсерами, и все удивлялись, как легко он выдерживает океанскую волну. Зыбь изматывала людей, всем давно хотелось покоя. Утешались мыслью, что в Охотском море посвежеет. Во время обеда на "Рюрике" в кают-компанию вошел боцман.

- Что у тебя? - спросил его Хлодовский.

- Так что, энти самые индусы, которых мы набрали с британского "Коммандера", ничего нашего не шамают.

- Как же это?

- А вот так! Уж мы и рис им варили. И гречкою соблазняли. Макарон тоже не жалели... с маслом! А они ото всего нашего воротятся,