Ламентации

— Никому не говори, что я на самом деле думаю, ладно? — попросил Уилл.

— И ты никому не рассказывай, что я думаю, — отозвалась Марина.

Перед приходом мисс Байонар Уилл весь вечер разглядывал себя в зеркало. Ростом он почти догнал Говарда, русые волосы падали на плечи, а глаза были, как и прежде, с грустинкой. Он, по обыкновению, искал в себе фамильные черты и, не найдя ни одной, в последний раз попытался уложить непослушные волосы феном.

— Красоту наводишь для училки? — спросил Джулиус, выглянув из ванной.

— Отстань, — огрызнулся Уилл.

— Дохлый номер, Уилл, — сочувственно вздохнул Маркус. — Патлы у тебя как банановая кожура.

В дверь позвонили.

— Я открою, — сказал Маркус с ноткой злорадства, но Уилл его опередил.

В дверях стоял патрульный штата Нью-Джерси. Черные брюки с синими лампасами, синяя фуражка с блестящим черным козырьком, за поясом — наручники и тяжелый револьвер, а на груди бляха: «Шнайдер Б.».

— Здравствуйте, я муж Франни Байонар, — представился патрульный.

— Проходите, проходите! — пригласила Джулия, а Уилл застыл пораженный, не в силах оторвать руку от дверной ручки.

— Франни уже на подходе, мы едем с разных концов города.

— Уилл! Развлеки мистера Шнайдера, — велела Джулия, а я принесу что-нибудь перекусить.

Уилл и патрульный уселись в гостиной. О чем говорить с мужем учительницы, тем более если он полицейский? У мисс Байонар, такой молоденькой, уже есть муж? На счастье, подошел Маркус. Он подмигнул патрульному Шнайдеру и улыбнулся во весь рот.

— Мой брат три часа причесывался, и все ради учительницы, — объяснил Маркус.

— Вот как? — удивился патрульный Шнайдер.

Уилл прикинул, за сколько секунд сможет выхватить у полицейского револьвер и… но здравый смысл взял верх.

Маркус ерзал на стуле, уставившись в потолок и раздумывая, что бы такого сказать, потом усмехнулся:

— У меня руки нет. Показать?

— Ну… — промычал патрульный Шнайдер.

— Вот! — выпалил Маркус, отстегивая протез.

Джулия принесла патрульному пива и вдруг заметила, что Маркус машет культей перед носом у гостя.

— Маркус! — крикнула она. — Ради бога, иди посмотри телевизор!

Патрульный Шнайдер через силу улыбнулся Уиллу и промокнул салфеткой лоб. Уилл заметил, что бачки у гостя до самого подбородка.

— Нравится тебе учиться, Уилл? — спросил полицейский.

— Да, мне нравится она… то есть школа, — выдавил Уилл. Какой бы задать вопрос, чтобы сменить тему? «Любите ли вы стрелять в людей?»

Когда в дверь снова позвонили, близнецы со всех ног бросились открывать. По ступенькам взошла мисс Байонар и улыбнулась Уиллу. Она была совсем другая, без очков, и глаза у нее казались маленькими, как бусинки.

— Здравствуй, Уилл. — Она заморгала.

— Здравствуйте, мисс Байонар, — сказал Уилл.

— Солнышко, — шепнул Шнайдер, — где твои очки?

— A-а, Берни! — Мисс Байонар прищурилась. — Ты ли это?

За ужином Уилла больше всего злило, что родители охотно делятся с ней самыми сокровенными мечтами.

— Когда вы решили стать учительницей? — спросил Говард.

— Когда училась в колледже, — отвечала мисс Байонар, — я просто поняла, что это мое призвание.

Джулия кивнула:

— И я.

— Вы и сейчас преподаете?

— Нет, бросила, когда ждала первого ребенка, но хочу вернуться к работе. — Джулия мимолетно глянула на Говарда.

Мисс Байонар и патрульный Шнайдер взялись за руки, и взрослые на минуту задумались, о чем еще поговорить. К ужасу Уилла, все взгляды сошлись на нем.

— Уилл — прекрасный мальчик, — улыбнулась мисс Байонар.

— Как его успехи? — поинтересовался Говард.

Уилл залился краской. Он стал всего лишь предметом для беседы. Мисс Байонар похвалила его успехи и объяснила, что цель занятий — познакомить его с материалом, который в Англии проходят позже.

Уилл смотрел, как мисс Байонар ест куриные крылышки руками; ее длинные розовые ногти стали жирными, помада размазалась. За десертом прядь волос окунулась в блюдечко с мороженым, мисс Байонар вытащила ее, но прядь слиплась. Весь вечер она выбивалась из прически, пока патрульный Шнайдер не поправил.

Уилл удивлялся про себя, что он мог найти в мисс Байонар. Он улизнул смотреть телевизор с близнецами. Шел фильм о невероятно счастливом семействе с шестью детишками.

— Уилл, иди попрощайся! — позвала Джулия.

Рядом с мамой мисс Байонар показалась ему низенькой толстушкой. А вокруг глаз у нее морщины, будто складки вокруг пуговок на матрасе.

— Что ж, — сказала мама перед сном, — она очень славная. И считает тебя умным. Но это мы и так знаем.

Уилл задумался. Похвала мисс Байонар утратила для него цену. И, как ни странно, он стал мечтать о Марине: у нее было достоинство, которое он раньше не ценил, — юность.

Пропавший в океане

Когда Говард перестал ходить на работу, сыновья решили, что он болен. Вставал он поздно, слонялся по дому в пижаме. Соседям Джулия объяснила, что Говарду предложили оплачиваемый отпуск. Так оно и было, с той лишь разницей, что отпуск дали на неопределенный срок.

История США

Учился Уилл хорошо, но на уроках смертельно скучал и от нечего делать рисовал на полях карикатуры на учителей. Учитель истории мистер Уоллис, тощий, похожий на привидение, носил седые бакенбарды, и от него веяло благочестием. Он рассказывал, что в детстве, во времена Великой депрессии, каждый день ел на ужин белок. На рисунках Уилла он уплетал в один присест целую дюжину зверьков. Когда учитель добрался до американской Революции, Уилл оживился, не ведая, что британцы, которых все годы его учебы в Англии рисовали героями, вот-вот станут мерзавцами. Мистер Уоллис попросил рассказать о событиях 1776 года, и Уилл поднял руку. Но внимание учителя привлек ученик за первой партой, Эрнест Вудбайн.

— Что, Эрнест?

— Британцы были империалисты, мистер Уоллис…

Эрнест обращался к одному мистеру Уоллису. Может быть, поэтому одноклассники презирали его как «любимчика». У Эрнеста часто шла носом кровь, а когда он вставал из-за парты, у него то и дело оказывались связаны шнурки. Уилл прозвал его Кроликом за красные, вечно воспаленные глаза, а в тетрадках рисовал его голым кретином, лижущим башмаки мистеру Уоллису.

— Они обложили колонистов налогами и спро… — Кролик запнулся, — спровоцировали конфликт.

Другим ребятам тоже были не по душе его заумные словечки. Но сегодня Кролику везло. Хоть он и подхалим, зато не чужак.

— Минуточку! — вмешался Уилл.

— И еще, сэр, — продолжал Кролик, — они вынуждали колонистов к мятежам, которые и привели к революции.

— Что, Уилл? — спросил мистер Уоллис.

— Вынуждали? Ведь колонисты не платили налоги, — возразил Уилл. — Зачем британской армии защищать колонии задаром?