Крашеные губки

Возможно, он жил еще несколько секунд И Бог прощает даже за одну секунду раскаяния? Тогда я это сделаю, падре, раз это сократит его страдания в Чистилище Падре, вы думаете, у него была эта секунда раскаяния? ведь если этого не случилось, он попал в ад, и там ему никто не поможет, сколько бы мы, живые, ни молились за него

Что именно? А что я могу для него сделать?

Да, они очень бедны Ему, наверное, года три-четыре Да, в этих трущобах они становятся ворами, злодеями Это когда он достигнет школьного возраста Да, обещаю

Пока смогу? Да, святой отец, обещаю и то и другое: пойти и рассказать всю правду и позаботиться об образовании этого бедняжечки

Да, падре, я раскаялась Во всем Десять "Отче наш" и десять "Радуйся, Мария", и два Розария Богородице каждый вечер Да, падре, я понимаю, знаю, что я слаба Да, но чем я виновата, если разлюбила его? Я должна была выйти за больного парня, даже если не любила его? разве это не грех - выйти за мужчину не по любви? разве это не обмануть его? разве обманывать - не грех?

Да, я убеждена Спасибо, падре, обещаю Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.

В субботний день, 18 апреля 1947 года, в 15 часов Хуан Карлос Хасинто Эусебио Этчепаре ушел из жизни. Рядом с ним находились его мать и сестра, которых он приехал навестить, как и каждый год, на Святую неделю, поскольку начало осени было рекомендовано врачами как пора, наиболее благоприятная для его кратких приездов в Коронель-Вальехос. В течение четырех последних дней он не покидал комнаты по причине сильнейшего физического истощения. В полдень он пообедал с большим, чем обычно, аппетитом, но острая боль в груди пробудила его от сиесты, он криками позвал мать и несколько мгновений спустя перестал дышать, задохнувшись от легочного кровотечения. Д-р Мальбран прибыл через десять минут и констатировал смерть.

В уже упомянутый субботний день, 18 апреля 1947 года, в 15 часов Нелида Энрикета Фернандес де Масса протерла тряпкой с мыльной водой пол в кухне своей квартиры в федеральной столице. Она закончила мытье тарелок и кухонной посуды, использованной во время обеда, довольная, что поступила по-своему, несмотря на возражения мужа. Тот лишний раз посетовал на то, что служанка не выходит по субботам, и просил жену оставить мытье тарелок на после сиесты. Нене сказала в ответ, что застывший холодный жир отмывается намного труднее, и он мрачно продолжал пререкания, ссылаясь на то, что позднее от ее прихода в спальню он проснется и не сможет заснуть снова, а это ему столь необходимо для успокоения нервов. Напоследок Нене ответила, что во избежание неудобств, закончив с кухней, она ляжет на кровать кого-то из детей.

В уже упомянутый субботний день, 18 апреля 1947 года, в 15 часов Мария Мабель Саэнс де Каталано, воспользовавшись присутствием матери, приехавшей в федеральную столицу, чтобы вместе отметить Святую неделю, доверила ей мытье посуды и повела двухлетнюю дочь на площадь греться на солнце. Как она и опасалась, расположенный на углу магазин товаров для мужчин, где работал молодой человек, который был ей так симпатичен, оказался закрытым.

В уже упомянутый субботний день, 18 апреля 1947 года, в 15 часов останки Франсиско Каталино Паэса покоились в общей могиле кладбища Коронеля-Вальехоса. От него оставался лишь скелет, заваленный другими трупами в различных стадиях разложения, на самом свежем из которых еще сохранялось полотно, в какое их заворачивают, прежде чем опустить в могилу через узкий проем. Отверстие было закрыто деревянной крышкой, которую посетители кладбища, особенно дети, обычно отодвигали, чтобы заглянуть внутрь. Полотно постепенно истлевало от соприкосновения с гниющей массой, и по прошествии какого-то времени обнажались голые кости. Общая могила находилась в глубине кладбища и граничила с самыми бедными земляными могилами; жестяная табличка гласила "Оссуарий", и вокруг росли различные виды чертополоха. Кладбище, весьма удаленное от города, было спланировано в форме прямоугольника и по всему периметру окаймлялось кипарисами. Ближайшая смоковница росла на ферме, расположенной на расстоянии чуть более километра, и именно в это время года была усеяна спелыми плодами.

В уже упомянутый субботний день, 18 апреля 1947 года, в 15 часов Антония Хосефа Рамирес решила зарезать рыжего цыпленка из курятника, потому что рябой, которого она сперва отложила со связанными ногами в углу загона, был несколько тощ, а клиентка заказала ей цыпленка помясистее. Она попросила босоногую девочку семи лет догнать и поймать его. Это была младшая дочь вдовца, с которым Гузя сожительствовала около двух лет, он жил по соседству с хижиной ее тетки. Гузя не хотела отвлекать старшего мальчика двенадцати лет, который вскапывал огород, а два средних ребенка, одиннадцати и девяти лет, работали в городе посыльными соответственно в магазине и в кабачке. Ее собственный сын, Франсиско Рамирес, которому исполнилось девять лет, подрабатывал разносчиком газет. Таким образом, Гузе пришлось обратиться к младшей девочке, поскольку сама она уже была на сносях и не могла бегать за домашними животными.

Гроб, в котором лежали останки Хуана Карлоса Хасинто Эусебио Этчепаре, установили в одной из ниш белой стены, возведенной для этих целей на кладбище Коронеля-Вальехоса, неподалеку от главного входа, несколькими месяцами раньше. Ниши в стене располагались четырьмя горизонтальными рядами, гроб поставили в третьем ряду, который котировался по самой высокой цене, поскольку надписи находились на уровне глаз того, кто приходил к месту захоронения. Занятых ниш было немного.

Плиту белого мрамора украшали две стеклянные вазы, которые поддерживались мощными бронзовыми лапами, привернутыми к мрамору. На барельефной надписи были выбиты имя, даты рождения и смерти покойного, здесь же из-за недостатка места слегка теснились четыре бронзовые памятные таблички, исполненные по разным эскизам.

Табличка, установленная в левом верхнем углу, имела форму открытой книги, лежащей на ветвях омелы, и на ее страницах горельефом выступали волнистые буквы: "ХУАН КАРЛОС! ДРУЖБА была девизом твоей жизни. Да сопровождает тебя в последнем пристанище это заверение в бескорыстной привязанности. Твой высокий дух товарищества навсегда останется в памяти одноклассников из школы № 1, и мы надеемся, что великое горе от твоей утраты не даст нам забыть счастья от знакомства с тобой... Память о тебе - это четки, бусинки которых начинаются и заканчиваются в бесконечности".

Табличка, установленная в правом верхнем углу, имела прямоугольную форму. Рядом с рельефным факелом красовалась надпись, расположенная прямыми параллельными строками: "ХУАН КАРЛОС Х. Э. ЭТЧЕПАРЕ, Да почиет в мире. Скончался 18-4-1947. Наша жизнь есть сон, подлинное пробуждение - это смерть, которая всех уравняет. Начальство, товарищи и подруги из Муниципальной управы, в знак памяти".

Табличка, установленная в левом нижнем углу, была квадратной, ее единственным украшением являлся крест: "ХУАНКА! с твоим уходом я не только потеряла любимого брата, но и лучшего друга в этом отныне скудном моем бытии. Неувядаемая память о тебе сохранится в храме моего сердца, и вечным подношеньем ему станет ладан моих слез... Да будет твоя добрая душа из потустороннего мира навеки наставницей твоей сестренки БОГ ТАК ХОТЕЛ СЕЛИНА".

На оставшейся табличке, установленной в правом нижнем углу, изображалась фигура ангела с закрытыми глазами и руками, скрещенными на груди, который парил на облаке, озаренном лучами свыше. Надпись гласила: "Тихо! мой сыночек спит Мама".

...он всегда смотрел на меня, когда я проходила мимо бара по пути домой, выполнив поручения... Радуйся, Мария, благодати полная; Господь с Тобою, благословенна Ты между женами и благословен плод чрева Твоего Иисус. Святая Мария, Матерь Божья, моли о нас, грешных, ныне и в час смерти нашей. Аминь... Пусть пойдет дождь и не засохнет трава, пусть бабушка выздоровеет, пусть не нападает больше саранча, все поедающая, и не будет больше вредителей и саранчи, в тринадцать лет, Святая Мария, Матерь Божия, откуда мне было знать, что такое мужчины! и с тех пор я каждый день молила, чтобы он умер, от всего сердца прошу прощения, каюсь, что желала смерти этому бедному парню, который умер вчера, я так его ненавидела, уже столько лет! 14 сентября 1937 года, девять лет исполнилось, мама, а я тебе так и не рассказала, но обещай, что будешь добра со мной, когда я тебе скажу, я никому и никогда не могла этого рассказать! он всегда смотрел на меня, если я шла мимо бара, а сегодня я прежде всего прошу здоровья для родных, пусть фруктовые деревья польет дождь, пусть взойдут семена, пусть урожай в этом году будет побольше, чем в прошлом, знаешь, мама, выполнив поручения, проходя мимо бара, если он не видел, я смотрела на него, но однажды его уже не было, и прошло не знаю сколько месяцев, и соседка видела, как он сошел с экспресса, такой загорелый! где он был столько времени? ...в пять часов зимой темно, как ночью, на темной улице, в квартале от бара, неужели он за мной идет? "ты ведь с хутора, что за железной дорогой, правда? уже стала барышней", и заговорил со мной... что был на прогулке в поместье, знаешь, мама, он приехал за день до этого экспрессом, и ему было очень горько, говорил, из-за сильного разочарования... на углу дома, мы прошли много кварталов, и уже на пустыре он все рассказывал про Весенний бал и был уверен, что я стану Королевой весны, когда мне исполнится пятнадцать лет, он был очень расстроен в тот вечер, поругался с Нене, помнишь ее, мама? она работала упаковщицей в магазине "Аргентинское - недорого", уже много лет она здесь не живет. "Как мне горько", говорил этот парень, а больше я ничего не помню, вся точно вспыхнула? опьянела? заснула? у него было доброе лицо, мама, ты не помнишь? мне было тринадцать лет, когда я вошла, ты рассердилась, что я пришла так поздно, я поскорее почистила тебе картошку, мелко нарезала лук и очистила чеснок, порезала его на кусочки, ты смотрела на меня, мама, разве не помнишь, что я вошла в дом вся дрожа? я ведь бежала скорее, а то было поздно, и сказала маме неправду, а вдруг мама очень расстроится, когда я ей все расскажу? этот парень, что умер вчера, взял меня обманом, понимаешь, мама? сделал со мной самое плохое, что может сделать девушке парень, лишил меня чести навсегда, ты мне не поверишь? у неба я прежде всего прошу здоровья для всей семьи, а если я смогу потерпеть и не сказать ничего маме, будет гораздо лучше, в пять вечера на другой день я снова прошла там, хотела спросить о многом... правда ли, что он совсем разругался с Нене... но он со мной не поздоровался, не пошел за мной и никогда больше со мной не заговаривал, мама, только раз он шел со мной рядом! и чего ему приспичило, поганцу, пусть подохнет! ...Радуйся, Мария Пречистая, я желала ему смерти, и кто-то услышал? ...я хотела бы очиститься от греха, он не виноват, это я поддалась искушению, лишь бы не из-за меня умер этот парень! мама, я тебе ничего не расскажу, зачем? ты огорчишься, как я, если Бог мне поможет, я буду молчать. Что же стряслось в тот день с этим парнем? "как мне горько", повторял он, шагая рядом, но после того дня он со мной больше никогда не говорил...