Оранжерейный цветок и девять растений страсти

«Ну, опять, приехали», — подумала я. Ну что за страна такая? Все здесь каркает, воет, гниет, воняет, а если не это, то оно ядовитое или смертельно опасное.

Я прикинула, что кратчайший путь по траве между мной и домом не меньше сотни футов.

— Иди, — прошептал Диего. — Иди, наступай легко, только на носочки. По мере возможности не наступай на всю стопу. Чем меньше поверхность, которую ты предоставляешь скорпиону, тем лучше.

Я обхватила мешок с растениями, набрала в легкие побольше воздуха, поднялась на цыпочки и, как в беге с препятствиями, рванула по траве, при этом рюкзак нещадно колотил меня по спине.

— Иди вокруг, прямо к входу в дом! — прокричал он.

Я оглянулась и увидела, что он словно обводит рукой вокруг дома и обнимает его.

— Вокруг дома! — прокричал он опять. — Иди.

Я обежала дом и остановилась у входа, зорко вглядываясь в траву и пытаясь разглядеть скорпионов, хотя понятия не имела, как они выглядят. Я старалась сосредоточиться, но все время смотреть вниз было тяжело. Луна, которую раньше закрывал дом, была огромной и висела так низко, словно отдыхала в огромной ванне океана. Я подумала о Коди и вспомнила, как он хотел увидеть полную луну над Юкатаном и как я смеялась над ним. А ведь он был совершенно прав. Это было нечто. Просто у него воображение намного ярче, чем у меня.

— Не двигайся, — прошептал мне Армандо в волосы.

Я вскрикнула, потому что даже не подозревала, что он стоит у меня за спиной. Я повернулась. В правой руке высоко над головой он держал лопатку для готовки.

— Безотказное оружие против скорпионов.

Я посмотрела вниз на самое уродливое создание, которое когда-либо видела. Намного хуже, чем мыши, летучие мыши или тараканы в Нью-Йорке. Огромный черный плоский круг с четырьмя парами ног, одной клешней и длинным твердым, доисторического вида Хвостом.

— Опасность в иголке на хвосте. Они заворачивают его над головой и выпускают яд так, что можно умереть на месте.

Я вдруг поняла, что не дышу, и сделала над собой усилие, чтобы набрать воздух

— Скорпионы очень медлительные, и это их слабое место, бедняжки. Если увидишь одного из них, надо всего лишь прихлопнуть его лопаткой. Главная проблема — увидеть его прежде, чем он увидит тебя. Со скорпионами всегда играешь в прятки, как в детстве. Ведь ты была когда-то ребенком?

Армандо наклонился, подцепил скорпиона лопаткой и швырнул в траву.

— Почему вы его не убили?

— Они защищают дом, когда меня нет. Их здесь так много, что обязательно ужалят любого, кто попытается вторгнуться. Или даже убьют.

— А что, укус скорпиона действительно смертелен для человека?

— Конечно, и для женщины тоже, особенно если она очень молодая или очень старая. Впрочем, известно, что иногда погибают и люди среднего возраста, как ты.

— Я не среднего возраста.

— Значит, скорпион для тебя особенно опасен.

— Ладно, вы можете и не убивать их, но уж я-то размажу любого, если встречу.

Армандо передал мне лопатку:

— Держи ее все время при себе. У всех в округе есть хотя бы одна. Некоторые даже делают на них специальные выемки. Да, и никогда не бери те, у которых есть дырки в плоской части. Ими легче готовить, но, если такой стукнуть скорпиона, его кровь всю тебя обрызгает через дырки. Это на редкость мерзко.

Он открыл дверь в дом:

— Жди здесь.

Я стояла на крыльце, держа лопатку в поднятой высоко над головой руке, и высматривала скорпионов на терракотовой террасе. Решительно, моя жизнь сделала крутой виток и переменилась, но, к сожалению, переменилась к худшему. Мои мечты позагорать на Мексиканском заливе и потанцевать в замечательном прибрежном городке Канкуне бесследно испарились.

— Не трать попусту время, разыскивая скорпионов! — крикнул Армандо из дома. — И не унывай. Дела не так плохи.

В отсутствие электричества, при котором в городе бледнели звезды, каждое, даже самое маленькое созвездие было отчетливо видно. Указательным пальцем я обвела созвездия Большой Медведицы и Южного Креста совсем так же, как делала, когда в десять лет залезала на стул и смотрела гигантское космическое шоу на потолке Хайденовского планетария в Американском музее естественной истории.

«Какое странное место, — подумала я, — если посмотреть вверх — все такое ясное и красивое, а если опустить глаза — отвратительное и опасное». Мне хотелось бесконечно долго думать и смотреть на небо, но скорпионы упорно возвращали меня на землю в ужасную действительность. Или это небо на самом деле было реальностью?

— Добро пожаловать в Касабланку, — сказал Армандо, когда я вошла в дом. Он быстро расставил свечи по темной комнате. Наконец повсюду стояли свечи, и Армандо подходил к каждой, зажигая ее.

— Здесь нет электричества?

— Иногда есть, но не сегодня. Должно быть, кто-то смотрит телевизор или слушает радио.

— И этого достаточно, чтобы вырубить электричество?

— Мне это нравится не больше, чем тебе. Моя мечта — открыть здесь прачечную. Но прачечная требует много электричества, поэтому мне уж не дождаться осуществления своей мечты. Ты что-то потеряла?

При горящих свечах мне был виден пол из терракотовой плитки и красно-белое с бирюзовым мексиканское покрывало на растрескавшейся качалке. С правой стороны была кушетка — длинное сиденье, встроенное прямо в цементную стену гостиной по всей ее длине. Еще в комнате стояли маленький столик для пикников, который мне понравился, и керамическая стойка, отделявшая гостиную от кухни.

— Не вешай нос! Мне что, все время надо напоминать тебе о необходимости смотреть вверх? Ты потеряла полжизни, постоянно глядя вниз.

— Не преувеличивайте. С тех пор как я вас знаю, вы меня попросили посмотреть вверх не более двух раз.

— Ладно. — Тон был примиряющим. — Лила, друг мой, пожалуйста, посмотри вверх.

Огромные розовые и оранжевые животные из папье-маше качались, подвешенные к потолку на такой же леске, как и горшки с растениями в прачечной. Тут были и свиньи, и киты, и птицы, и ослики.

— Пинаты сделали дети из деревни. Ну разве не прелесть?

Они действительно выглядели прелестно и были выполнены со знанием дела.

Городские дети, когда разбивают пинаты, произносят поговорку. Встают в круг и кричат: «Бей пината, словно не будет завтра!»

— А внутри в них сладости?

— Нет.

Я бросила рюкзак на пол и подошла поближе, чтоб рассмотреть пинаты.

— Сейчас же подними! Скорпионы обожают всякие тайные места, отверстия и закутки внутри одежды и обуви. Сумки и рюкзаки особенно привлекательны для них.

Я схватила рюкзак.

— Ты быстро все поймешь. Я надеюсь. Лучше повесь его. Может, ты даже начнешь одобрять наличие скорпионов. Они представляют собой прекрасную мишень. Позже, когда научишься хорошо их убивать, сможешь заняться значительно более опасной и трудной добычей.

— Я не хищница. Я из Нью-Йорка.

Армандо указал пальцем на тень на полу. Без всякого промедления я изо всех сил хлопнула зажатой в стиснутом кулаке лопаткой по темному пятну. Я тяжело дышала и была вся в поту, когда оторвала лопатку от пола.

— Нет, — засмеялся Армандо. — Ты совсем не хищник. Просто славная еврейская девочка с Манхэттена.

Он проводил меня в мою комнату.

— Не забудь развесить всю одежду на крючки подальше от задней стены чердака. Туфли положи на комод и проверь утром, прежде чем надеть. Лучше всего носить сандалии или вьетнамки.

Он потянулся ко мне за лопаткой.

— Отдай ее мне. — Он тянул за один конец, а я крепко сжимала другой. — В каждой комнате лежит по лопатке. Твоя висит на гвоздике за дверью. — Он даже запыхался, так сильно тянул за свой конец.

Я отпустила лопатку, только чтобы увидеть, как упадет Армандо. Но он не упал. Конечно же.

— Ты становишься подленькой. Это хорошо.

Как только он вышел из комнаты, я схватила лопатку с гвоздя, взялась за край покрывала и одним движением руки сбросила его с кровати. Я и не подозревала, что у меня осталось столько сил. Обыскивая кровать, я переворачивала лопаткой каждую подушку, оглядывала матрас и все под ним. Я была уверена, что я никогда не смогу опять использовать что-то подобное для жарки яичницы или чтобы переворачивать гамбургеры.