Sто причин убить босса

Сейчас, уже с высоты успокоившегося и помудревшего за сутки человека, я рассуждаю несколько иначе. Если бы на окнах стояла сигнализация, если бы у подоконника каждого из окон был привязан Кузя, я все равно полез бы в «Вижуэл». Только ради того, чтобы получить в руки этот диск. Я не знаю, в столе ли Белан он лежал, в сейфе ли, почившем в бозе, но находящиеся на нем файлы стоили того, чтобы рисковать если не жизнью, то свободой.

Вынув из стоящей под столом сумки ноутбук, я откинул крышку и открыл первый переброшенный с диска файл.

Григорий Коппельмайер сидит в кресле и вожделенным взглядом наблюдает за тем, как сидящая перед ним на столе Мирочка Павлюк стягивает с себя блузку. Особых служебных причин на то нет никаких. Гриша работает в отделе Лебедева, Мира — начальник отдела по арт-проектам. Если это взаимодействие отдела по работе с клиентами и сейчас отрабатывается ролик для рекламы кондиционеров, то следует утверждать, что сотрудники «Вижуэл» подходят к работе со всей душой. Я бы даже сказал — со всем телом. Мира наконец-то избавилась от блузки, и Григорий оживает. Повалившись вперед, словно ему выстрелили в затылок, он впивается то ли губами, то ли зубами в грудь Мирочки… Та закидывает голову, и я понимаю, как ей хорошо. Ролик длится еще пять минут. Ровно столько понадобилось им двоим, чтобы совершить то, ради чего они и собрались в кабинете Гриши. В финале этого ролика я обязательно сделал бы вставку: «Обручальное кольцо — не простое украшенье. Ювелирные изделия магазина „Яхонт“. Все остальное — твоя фантазия». Гриша женат, Мира замужем, но они не муж и жена.

Ролик № 2. Кабинет начальника службы безопасности Виктории Мухиной. У нас за начальника СБ баба. Рогулин руководствовался тем, что бабы хитрее, плюс к этому Вика прошла обучение в международной академии телохранителей. Когда Рогулин выезжает на встречи, он берет с собой Вику. Убивать Рогулина ни у кого нет нужды, но зато все знают, что с Рогулиным телохранитель. Баба в качестве бодигарда сегодня — писк моды.

Виктория, скинув пиджачок, исполняет в запертом кабинете ката. Мягко ступая по паркету босиком и в юбке, она поражает невидимого врага руками и ногами, и все тело ее дышит энергией. Потом вдруг останавливается и начинает яростно чесаться… «Прокладки „Зена“ — ты забываешь менять их только потому, что не чувствуешь!» Для профессионального телохранителя и начальника СБ это не просто чес. Это предчувствие. Вика обувается, смахивает со спинки стула пиджачок, вынимает что-то из сумочки, прячет в карман и быстро выходит из кабинета. Проверить, все ли в порядке с Рогулиным, я так думаю… Ничего особенного, думается мне. Никакого криминала. Наоборот, каждую минуту начальник СБ посвящает самокоучингу.

Третий файл мне хочется смотреть снова и снова. Не потому, что главный герой ролика — я, а потому что я держался в кадре достойно и раскрепощенно. Пельш с Арно приглашают в свою программу героев, и иногда просто тошно смотреть, какими идиотами эти избранцы выставляют себя в случае шухера. Но я был самим собой. Три минуты сидел в кресле и, зевая, смотрел на стену напротив. Потом выдвинул ящик, смотрел в него около минуты, после чего задвинул. Зевнул как лев, закинул руки за голову и наполовину сполз с кресла. В этом состоянии я находился около двух минут. Потом с трудом дотянулся до кнопки на аппарате и сказал затравленным голосом: «Милочка, меня минут десять не будет по внутреннему». Снова зевнул, едва не разорвав себе рот, и закрыл глаза. Со стороны может показаться, что рабочий день заместителя директора «Вижуэл» не так загружен, как может показаться. С другой стороны, я творец, а творцу нельзя мешать сосредотачиваться. Вот я выбираюсь из кресла и походкой Промокашки иду к окну. Моя рука ложится на задницу и я начинаю ее нежно почесывать. Из динамиков ноутбука до меня доносится: «А я все чаще замечаю… что меня как будто кто-то подменил…» Это я пою. Конец записи. Ни онанизма перед постером Шарлиз Терон, ни всасывания кокса через свернутую в трубочку сотню. Видимо, Машенька поняла, что большего из сюжета не выжать.

И таких роликов еще около десятка. Просматривая их, я объединил все одним принципом: никто не появляется в кадре дважды, и нет ни одного из руководителей высшего и среднего звена, который оказался бы обделенным вниманием Машеньки. И самое главное: на одном из файлов есть Рогулин. Он стоит у аквариума с еще живым Моноптерус Альбусом, кормит его какой-то пакостью, стучит по стеклу и целует, когда слизняк прижимается своим рылом с обратной стороны. В кабинет кто-то стучит, он кричит: «Я занят!», звонит телефон — Рогулин, сидя на окне и выдыхая дым в форточку, орет Миле: «Переведи на Медведева!»… С подоконника он сладчайшим голосом разговаривает с рыбой: «Красавчик мой… милый… тебе хорошо? Не скучал по мне?.. Поцелуй, поцелуй папу…»

— Ты что здесь замер? — я наконец-то чувствую, что кто-то завис над моим плечом, и резко оборачиваюсь.

За спиной стоит официант с открытым ртом и дымящейся чашкой кофе в руке. «Извините», — бормочет он и сваливает.

Двадцать четыре ролика. Тридцать два персонажа на главных ролях. Тридцать два. Это весь руководящий и более-менее значимый персонал компании. Все остальные — стаф второго сорта, жители первого этажа. В этом корпоративном триллере не хватило роли только для одной актрисы. Для Машеньки Белан.

Где-то на середине первого просмотра, еще дома, я таил надежду на то, что увижу ее, и мне очень хотелось, чтобы в тот момент, когда ее крупным планом возьмет камера, она садилась на шпагат или что-нибудь вроде этого. Я тешил себя надеждой, что диск вылетел не из ее сейфа, а прилетел из кабинета финансового директора Полины Треплевой. Но нет… На тридцать первой минуте съемки Полина появилась. Она сидела у себя в кабинете при запертой двери и снятой телефонной трубке и на мониторе раскладывала пасьянс.

Три четвертых съемки не содержат никакого криминала. Павлюк и Коппельмайер — с этим все понятно. Еще пара эпизодов, на которые глаза бы не глядели. Но почему в кадре, к примеру, я? Почесывание задницы не есть компромат. Как не есть компромат почесывание других мест другими героями. Зачем это Машеньке, если я уже понял, что в сериал вошли все без исключения значимые для компании люди? Что это за коллекция, под каким она названием пойдет?

И вдруг… меня озаряет догадка!

Все это, вместе взятое — и есть компромат! Необязательно быть захваченным с чужой женой в постели!

Машеньке, когда случится то, на что она надеется, нужно избавиться от старой команды! Любой сотрудник «Вижуэл», оставшийся в компании после поглощения, имеет полное право плюнуть ей в лицо. И Маше нужно порубать косты, чтобы набрать новую команду! Не хочешь уходить и реноме твое безупречно — нет проблем! Давай посмотрим, чем ты занимаешься в свободное время… Чешем зад и поем, хотя на часах в углу кадра: 11:49 АМ.

Мира, Гриша, разве вы хотите со мной судиться? Что же, я не против. Я покажу новым хозяевам, как соблюдались в старой компании моральные принципы…

Этот диск — для будущих хозяев «Вижуэл»! В этой компании никто не хочет работать! Доход компании при всеобщем блядстве, чесе и беседами с рыбами стоит ровно 66 миллионов. Уважаемый совет директоров, я уверяю вас, что при правильной постановке стратегического руководства компанией эту цифру можно увеличить вдвое. Я гарантирую вам увеличение прибыли «Вижуэл» до 100 миллионов в случае избрания меня на пост президента компании, — вот что скажет Машенька Белан, выступая перед советом директоров компании-поглотителя.

При таком креативном подходе к разрешению проблемы растают даже самые ледяные сердца. Зачем выдумывать велосипед, если можно просто сесть на него и кататься? Зачем искать нового руководителя поглощенного «Вижуэл», если есть Маша Белан, знающая о проблемах не понаслышке?

Молодец Маша. После просмотра этих кадров вряд ли кто-то из новых боссов оставит на прежней должности хотя бы одного сотрудника. Топ-менеджмент будет сменен на сто процентов!