Остров Невезения

Несколько дней спустя меня, наконец, пригласили на занятия. В день выхода на учёбу мою камеру отворил надзиратель и рявкнул: Education. [81] Я оторвался от чтения и вышел. Стремящихся к знаниям оказалось немало. Заключённые с тетрадками и книгами лениво направлялись к месту сборища на специально отведённом изолированном пространстве.

На входе туда, каждого горе-студента обыскивали два надзирателя. Меня просили поднять руки, наспех прощупали с рук до обуви, просканировали ручным метало детектором и лишь после этого пропустили.

Мы топтались в ожидании, группками и в одиночку. Димы там не было. Собрав всех учащихся из нашего крыла, надзиратели отворили решётчатые ворота и повели нас сначала коридорами, а затем территорией к другому корпусу. Это был учебный корпус. Там народ распределился по классам. Школа Информационных Технологий оказалась просторным помещением, разделённым передвижными перегородками на отдельные классы. Стоял запах свежего кофе. Те, кто уже пребывал в учебном процессе, быстро скрылись за перегородками, заняв свои места в классах. Прибывшие туда впервые, остановились у административного стола-офиса. Женщина, обозначенная карточкой на груди как преподаватель, отмечала нас в списках и распределяла по классам.

Моей первой тюремной учительницей оказалась женщина лет 45 с бесцветной внешностью, типичной для англичанок, и вежливой холодной улыбкой.

Четверо учеников в нашем классе уже сидели за компьютерами. Я и ещё двое новеньких, для начала, выслушали короткие инструкции учительницы. От неё мы узнали, что обучать нас будут преподаватели из местного колледжа. Учительница назидательно сообщила, что процесс нашего обучения ничем не отличается от обучения в колледже. И что, успешно выполняя зачётные контрольные работы, мы будем получать обычные сертификаты, в которых никоим образом не упоминается исправительное заведение НМР. Ну, и, конечно же, начисление определённой суммы денег на счёт заключённого, если учебный день засчитан учителем.

Каждому предоставили письменный стол с компьютером, выдали по дискете для сохранения всех своих работ и первые учебные упражнения. Дискету следовало подписать и по окончании урока сдавать учителю. Мы присели на свои места. Я оказался между двух одноклассников. За соседними столами, с одной стороны, сидел молодой парнишка с нашего крыла, который, не взглянув на задание, включил компьютер и стал набирать письмо подружке. С другой стороны расположился уже немолодой экзотический фрукт с внешностью Боба Марли. Его тяжёлые космы с проседью свисали с головы на спину. Он пытался сосредоточиться на задании, тяжко вздыхая о чём-то своём. Я рассеянно просматривал свои упражнения, украдкой поглядывал на грустного Боба Марли и отмечал активное движение вокруг места для курения.

Оттуда доносился запах не только табачного дыма, но и кофе. Наша учительница что-то читала, не обращая на нас внимания. Задание было простым. Требовалось лишь набрать предоставленный текст определённым шрифтом и полями страницы. Затем распечатать набранный текст и подать учителю на проверку. Молодой сосед строчил своё письмо. Сосед с Ямайки продолжал смотреть на текст, думая о чём-то совершенно ином. Мне хотелось заговорить с ним, но я не решался нарушить его грусть. Я стал набирать текст своего упражнения. Сосед закончил письмо, распечатал его и приступил к набору второго послания. Когда я распечатал своё первое задание, к нашей учительнице зашла коллега, они о чём-то переговорили и покинули нас. Я остался без дела.

Трое из нашего класса исчезли в курилке. Двое соседей продолжали заниматься своими делами. Один строчил письма, другой медитировал и печально вздыхал. Я отправился в курилку. Там я нашёл комнату со стульями и стол, на котором стоял электрочайник, упаковка с бумажными стаканчиками, пакеты сахара, чая, кофе и сухого молока. Трое парней заседали там, попивая кофе, покуривая и лениво переговариваясь ни о чём. Они просто убивали время. Один из них был тот новый бритоголовый тип, который дерзил надзирателям нашего крыла. Он вполне приветливо кивнул мне и жестом предложил присоединяться к их компании. Я понял, что они уже обо всём переговорили и теперь переключили своё внимание на меня. Я сделал себе кофе и тоже присел.

— Что осваиваешь? — обратился ко мне бритоголовый нарушитель порядка.

— Начал с Word, — ответил я.

— Ты откуда? — быстро определил он пришельца и проявил явный интерес.

— Русский, — коротко ответил я.

— А здесь за что?

— За тяжёлый акцент. Слишком тяжёлый для полётов через Атлантику.

— Не понял! За акцент не сажают, — продолжал он развлекать себя расспросами.

— Хотел вылететь в Канаду с поддельным паспортом, — пояснил я.

— С английским паспортом? — заинтересовался темой другой.

— С голландским.

— И тебя расшифровали по твоему акценту? — удивился бритоголовый.

— Начались подозрения с отсутствия прочих, кроме паспорта, документов, затем нашли кое-что при досмотре вещей…

— Для голландца твой акцент вполне допустим, — авторитетно выдал свою оценку бритоголовый.

— Ему следует совершенствовать английский и ориентироваться на язык представителей высшего общества, — советовал другой. — И таким же образом вести себя. Тогда всякие полицейские и прочие ублюдки не посмели бы обыскивать его.

— Возможно, — пожал плечами бритоголовый, рассматривая меня. — Но чтобы играть эту роль, надо прежде хорошенько отрепетировать, — рассуждал он.

— У него специфический английский, неиспорченный сленгом, — продолжал незнакомый собеседник, — и внешность тоже вполне подходящая.

Третий докурил сигарету и молча покинул нас.

— Ты осуждён? — поинтересовался бритый, задумав что-то.

— Пока нет. Возможно, меня просто депортируют.

— Жаль. В таком случае, английского продолжения у тебя не будет. А то, действительно, ты мог бы неплохо действовать с чужими английскими паспортами, извлекая из этого всякого рода кредиты, — мечтательно рассуждал бритый.

Другой собеседник театрально заговорил с интонацией Маргарет Тэтчер, показывая мне, под кого следует косить, если хочешь чего-то добиться. Я допил кофе и собрался уходить.

— Посиди, куда ты спешишь? — удивился бритый тому, что я решил прервать неоконченный разговор.

— Точно! Спешить нам некуда, есть время поговорить, — поддержал его другой и начал закручивать новую сигаретку. Бритый, глядя на него, достал пачку табака и тоже стал заворачивать.

— Сделай себе ещё кофе. Если у тебя есть вопросы по пользованию программы Word, можешь спросить меня. Я тебе всё расскажу и покажу, — призывал бритый.

— А сам ты здесь не учишься? — спросил я его.

— Я здесь просто убиваю время. Мог бы и других этому обучать. Я работал в компании, которая занималась обеспечением компьютерной техникой, установкой сетей, их настройкой и технической поддержкой… — коротко рассказал о себе бритый.

— За это тебя сюда упрятали? — пошутил другой.

— Не-а, — аппетитно прикурил сигаретку бритый, — на работе у меня всё в порядке. Дома случайно возник личный конфликт в пабе с одним мудаком из нашей деревни. Я тогда ещё не знал, что он служит в полиции. Совсем недавно купил там дом и переехал туда после развода… — охотно начал излагать свою историю бритый. — Так вот, я обещал ему, что разберусь с ним. А несколько дней спустя, на моей частной территории вдруг появились двое незнакомых мне типов. Я взял ружьё, вышел из дома и крикнул им, чтобы они убирались. Они лишь приостановились и продолжали нагло стоять на моём земельном участке, явно испытывая моё терпение. Провоцировали. Тогда я выстрелил над ними, чтобы пугнуть их. После этого они сбежали. А на следующий день меня пригласили в местную полицию и стали допрашивать в связи с угрозой и покушением на жизнь полицейских. Оказалось, это был тот тип со своим сослуживцем. Припёрся на мою территорию и спровоцировал меня! Из-за такой ерунды я оказался в тюрьме.