Белая полоса (СИ)

— Обратите внимание, Ваша честь, — сказала адвокат Ляшенко, очевидно, указывая на соответствие в этой части моих показаний и показаний Ляшенко ещё на первоначальном этапе следствия. Хотя ни он, ни я ранее друг друга не знали.

— Потом зададите вопросы, — сказала Лясковская, как будто у адвоката Ляшенко ко мне были вопросы.

Фиалковский предложил поставить в сауну подслушивающее устройство, чтобы прямо из кабинета мы могли слушать, о чём говорят рэкетиры. Он привёл своего знакомого — Олега Лущевского, — который, как сказал Фиалковский, по своему образованию был радиотехником. За 300 долларов было установлено подслушивающее устройство, и мы могли прямо из кабинета слушать, о чём говорят рэкетиры.

Рэкетиры приводили в сауну проституток. Иногда устраивали разборки с бизнесменами. Много говорили о нас. Как стало понятно из разговоров, они о нашем бизнесе знали гораздо больше, чем мы предполагали.

Они знали, каким образом привозятся из России деньги. И в первую очередь мы решили отойти от закупок за наличные, а перейти на безнал, бартер и встречные поставки.

Они знали, что мы развиваем направления «Галеншуц» и «Дейтакарт».

В это время отдел Долинного стал заключать контракты по продаже систем контроля доступа в гордирекцию Национального банка Украины и другие государственные структуры, на поставку оборудования МВД для изготовления пластиковых удостоверений личности и другого.

Они говорили о внедрении в нашу фирму людей в качестве водителей. И мы приняли эту информацию во внимание.

Макаров говорил, что знает, что у нас лавэ (денег) море. И что нас надо больше щемить. В это слово мы вкладывали смысл «оказывать на нас давление разными способами, чтобы получать из нас больше и больше денег».

Через некоторое время в сауне произошёл потоп. Рэкетиры перестали её посещать, и доступ к информации прекратился.

Спустя месяц-два исчез Гоча. Макаров стал приходить с Циклаури. Потом перестал появляться и Циклаури. Макаров стал нас посещать с человеком по имени Сергей. Этого Сергея я раньше видел на станции техобслуживания, где Макаров посоветовал недорого отремонтировать мой автомобиль «Альфа-Ромео», который я к тому времени приобрёл. Макаров говорил, что это его станция. Не уточняя, его или под ним. А Совенко — так была фамилия Сергея — его человек. Машину после аварии мне сделали, но она то не заводилась, то троил двигатель. И Совенко предложил её у меня купить с денег, вычтенных из суммы дани по его договорённости с Макаровым. Я Совенко машину отдал. Но вычета так и не произошло. Наоборот, Макаров сказал, что на сходке воров решили, что наша фирма должна платить больше. Снова стали появляться перед зданием автомобили с бритоголовыми парнями. Очевидно, это было связано с тем, что ООО «Топ-Сервис» уже заняло весь второй этаж в здании и происходил ремонт с облицовкой стен мрамором, пола гранитом, установкой лифтов фирмы «Отис», аквариумов с морскими рыбами по всей длине коридора и хрустальной люстрой в фойе.

Трудно было одновременно скрывать доход нашего предприятия и создавать респектабельный вид помещения. И дань возросла до 10 тысяч долларов в месяц.

Лясковская закрыла глаза.

Помимо этого, как нам казалось, Макаров изобретал разные способы для получения с нас дополнительных денег. По его предложению я купил у его знакомых «Опель Монтеррей», который впоследствии оказался ворованным.

С перебитыми номерами оказался и купленный шестисотый «Мерседес» (не новый), который был возвращён его знакомым, но деньги обратно отданы не были. И не зачтены, как обещалось, в оплату налога рэкетирам.

Бизнесмен, которого привёл Макаров, продал мне земельный участок. Деньги были отданы, участок — не оформлен.

Купленный «Паджеро» также оказался в угоне, был на следующий день остановлен и поставлен на штрафплощадку. Когда Совенко пришёл за деньгами, чтобы выкупить автомобиль, я сказал, что мне машина не нужна. Создавалось впечатление, что Макаров со своими друзьями из милиции, с которыми, с его слов, он решал вопросы, делают на нашей фирме помимо дани ещё и небольшой «бизнес».

Макаров даже пытался обыграть нас в карты. По его предложению мы играли с ним в преферанс. Но Демьяненко подметил, что тот мухлюет, подтасовывая прикуп. И, скооперировавшись против него, на одну руку Фиалковский, я и Демьяненко отыграли у Макарова часть дани. Но в расчёт он привёз машину для цветного копирования. Из-за невозможности купить расходные материалы она осталась невостребованной.

ООО «Топ-Сервис» (отдел Долинного) заключило контракты с МВД на поставку оборудования по производству пластиковых удостоверений личности, и Фиалковский предложил вывести отдел Долинного в отдельное предприятие — «Топ-Сервис Системс». А после избрания его народным депутатом — переоформить это предприятие на него, чтобы, как собственник и одновременно народный депутат, что для госструктур могло составлять определённые гарантии, он мог продвигать в государственные предприятия и учреждения предлагаемую продукцию ООО «Топ-Сервис Системс», к тому времени с разработками «Галеншуц», производившего собственные системы контроля доступа и другое.

Никто из учредителей не возражал. Мы были друзьями.

И ООО «Топ-Сервис Системс» — с официальным дилерством немецких компаний «Галеншуц» и «Дейтакарт», с госконтрактами в Украине на производство этого оборудования и другого и инвестициями в это направление с его истоков ООО «Топ-Сервис» более 3 миллионов долларов — стало собственностью Фиалковского и Долинного. Об этом я в суде не говорил, полагая, что таким образом может быть причинён вред Фиалковскому, Долинному и «Топ-Сервис Системс», если за уголовным делом стоял вопрос денег.

И эта компания, отделившись, заняла четвёртый этаж здания на Гайдара, 6, которое ранее находилось в собственности мамы Демьяненко — Татьяны Николаевны. И она добродушно, как говорила, за минимальную плату («Вы для меня все дети») сдавала нам помещение под офис. А сейчас было нами выкуплено за 2 миллиона долларов у Татьяны Николаевны на кипрский счёт и находилось в управлении Демьяненко, коммерческого директора ООО «Топ-Сервис». Никто из учредителей против этого не возражал. Мы были друзьями. И об этом в суде я тоже не говорил, чтобы не причинить вред Демьяненко и его маме.

После избрания Фиалковского народным депутатом директором ООО «Топ-Сервис» стал Драгунов — знакомый Фиалковского, ранее по его рекомендации занимавший должность финансового директора и по его предложению вступивший в учредители ООО «Топ-Сервис».

Фиалковский на учредительном собрании предложил разделить компанию, чтобы каждый мог возглавить своё предприятие в разных районах г. Киева и для большего удобства в управлении. А также для снятия нагрузки с одного района при возврате НДС при экспорте продукции.

Это было целесообразно. Примерно с середины 1997 года Фиалковский и Драгунов стали учредителями ООО «Топ-Сервис».

Демьяненко возглавил и учредил «Топ-Сервис Трейдинг».

А я организовал ООО «Топ-Сервис Восток», где бухгалтером и вторым соучредителем стала знакомая Фиалковского Людмила Круть.

В это же время — в июне 1997 года — я вышел из учредителей ООО «Топ-Сервис» и был уволен с должности президента ООО «Топ-Сервис». И с этого времени не имел никакого отношения к деятельности данного предприятия, что подтверждено учредительными документами, добавил я.

Ранее было создано предприятие АОЗТ «Топ-Сервис» как компания, предназначавшаяся для развития производственного направления в области производства продуктов питания и упаковочной тары для них, которая впоследствии выступила одним из соучредителей ЗАО «Топ-Сервис Большевик Пак», а позже — ЗАО «Топ-Сервис Молоко». И с середины 1997 года я являлся президентом АОЗТ «Топ-Сервис», что подтверждено учредительными документами в материалах уголовного дела. И к деятельности ООО «Топ-Сервис», еще раз повторил я, с этого времени я не имел никакого отношения.

Лясковская, казалось, спала. Или настолько внимательно слушала, что движения ее груди были едва заметны.