Армия любовников

ги.

- Он тебя спас, - сказала я.

И вдруг испугалась. Это мое свойство - пугаться собственных придумок. Вдруг она мне скажет: "А зачем?" И мне придется выстраивать цепь доказательств, что живая жизнь лучше мертвой смерти, но я все больше и больше разучаюсь говорить о том, во что верю не до конца. Просто я точно знаю, есть ситуации, когда уход лучше присутствия. Конечно, это не Ольгин случай, тоже мне драма - аннигиляция очередного любовника. Сколько их уже было "никогда таких"!.. Уличение же - одно из мерзейших дел на земле. Хамское дитя...

В форточку влетела мелодия. Ольга напряглась, повернула голову к окну, пальцем отбивая ритм.

- Обожаю, - сказала она, когда музыка кончилась. - Не знаю что, но в душе возникает что-то такое... Обещание счастья?

- Это группа "Армия любовников". Ты бы видела их! Они мне своим видом просто напрочь перекрыли музыку. Раньше тоже нравилось.

- Такая жизнь. Или видеть. Или слышать. Вместе не получается. Зря ты мне сказала...

- Но ты же не видела их...

- Но ты же сказала...

- Забудь...

- Все! Теперь не забуду точно.

Мы засмеялись. Я была рада, что мы "ушли от Кулибина": мое ли дело - их отношения?

- Знаешь, - сказала Ольга, - меня все-таки растравила эта музыка. И я теперь скажу главное. Я хочу посмотреть на его сына.

Я тупая. Я не сообразила сразу, о чьем сыне идет речь. А когда сообразила, то стала еще тупее: ну зачем он ей нужен, чужой мальчик? Зачем?

Кулибин потихоньку прибирал к рукам разваливающийся Ольгин бизнес. Есть такой тип мужчин - они исключительно хороши в ремонте. Не творцы, не создатели - чинильщики. Кулибин наполнялся "чувством глубокого удовлетворения", сам же смеялся над таким определением, и если говорить совсем уж откровенно, был только один момент, который смущал его в тот период, - отсутствие полной близости с Ольгой. И не то чтобы Кулибину это было позарез нужно, в свои пятьдесят с хвостиком он уже был не большой ходок "по этому делу", и чтоб тяготиться там плотью и маяться - нет, этого не было. Он как раз думал другое: вдруг это надо Ольге? Он вполне может без, а вдруг она не может? Тогда их отношения прекратятся в любой момент, если кто-то другой... И Кулибин оглядывался окрест, всматривался... Но горизонт был пуст... А тут случилось седьмое ноября, бывший праздник, ему позвонили товарищи, с которыми он без Ольги проводил эти дни. Он сказал, что жена нездорова, так что простите меня, дружбаны. Дружбаны отсохли тут же, но потом позвонила Вера Николаевна.

- Вера! Ну ты даешь! Ольга едва-едва ходит, а я побегу, да? Так по-твоему?

Вера засмеялась и сказала, что все бы так едва ходили, видела она ее на улице. И вообще он, Кулибин, не человек, а сволочь, так как предатель всего что ни на есть на свете... Вера всхлипнула и положила трубку, Кулибину стало неловко и даже вспотели подмышки, но он взял себя в руки и сказал себе, дураку, что никаких претензий к нему у этой женщины быть не должно. Это благодаря ему она живет теперь в Москве. И ее