Меморандум (СИ)

- А ты всё такая же Оля-маленькая. Такая же милая крошечная девочка.

- Эй, Лешка, ты чего это прогнал виртуоза ножниц и расчески? - Юра подошел ближе, рассмотрел выглянувшее из-за моей спины нечто маленькое и беленькое. - Простите, господа. - В смущении опустил голову и проворчал: - Как хорошо, что есть такие вечеринки на воде, а в наше общежитие впускают круглосуточно… Ну, я поплыл…

- Это мой однокурсник Юра, - пояснил я загадочное явление. - Мы приехали на практику в управление моего отца.

- Лешенька, ты меня забыл? - спросила она, погрустнев. - Ты не поверил, что я буду ждать тебя всю жизнь?

- Что ты, - совсем смешался я, чувствуя трагикомичность ситуации, - разве можно забыть такую девушку как ты! Я ведь писал тебе. Написал три письма, ответа не получил и подумал, что ты обиделась или решила выбросить меня из головы.

- Ты мне писал? - Уголки розового детского рта сползли еще ниже. - Это мама!.. Или сестра!.. Они всегда были против наших встреч. Они письма твои и порвали… А я все эти восемь лет тебя ждала, сидя у окна. Думала, вот сейчас ты выйдешь из-за угла и направишься прямо к моему подъезду, я выбегу тебе навстречу, брошусь на шею и никуда не отпущу.

- Почему же ты не узнала мой новый адрес у Сергея и Миши, Саши и Бори - я им всем писал. Тогда я очень скучал, мне было одиноко на новом месте, а они мне хоть по разу но ответили. Тогда проходил чемпионат мира по футболу, мы все больше его в письмах обсуждали. Так что если б захотела, то могла бы узнать мой адрес и написать. Если такое дело…

- Аленушка, я тебя потерял. Ты где? Раз-два-пять, я иду тебя искать! - раздалось из-за кустов.

- Это, случайно, не тебя? - спросил я с надеждой.

- Да, это муж, - махнула она рукой. - Второй. Первый был совсем дурной. Лешенька, а хочешь, я сейчас его брошу, и мы пойдем с тобой, я тебе подарю свою невинность?

- Нет, нет, зачем такие жертвы, - с облегчением выдохнул я. Кажется, подруга была или очень пьяна или не в себе. - А дети у тебя есть?

- А как же! Девочка. Знаешь, она так на тебя похожа! Прямо вылитый ты. Я вас познакомлю, и ты сразу ее полюбишь.

- Знаешь, Оля, я не из тех, кто разрушает крепкую советскую семью. Пожалуй, мне лучше уйти. Вон, моя парикмахерша совсем заскучала, я так оброс, мне давно пора постричься. А тебя муж ищет. Прощай, я пойду. А?

- Ну что же поделать, Лешенька, иди, конечно. Но ты понял? Ты мне веришь? Я тебя буду ждать всю жизнь!

Что же это с людьми делается! Ощутив острую потребность омыться, я побрел к воде.

На следующий день по окончании смены мы вернулись в мой двор. Обошли умирающий дом детства, нашли будку сторожа. Старичок не произвел на нас впечатления злющего бандеровца, наоборот, увидев в руках моего друга бутылку “рожеве мицнэ”, гостеприимно раскрыл двери бытовки и впустил нас в душное прокуренное помещение. Когда спиртовая составляющая местного напитка в достаточной степени расширила сосуды сторожа, я спросил позволения пройтись по руинам охраняемого объекта. Старик возмутился:

- Что вы, ребятки, как можно! Меня же с должности погонят.

- А если так, - вкрадчиво сказал Юра, выставив на желтую газету стола из сумки еще одну темно-зеленую ёмкость с банкой кабачковой икры в довесок.

- Ну тогда конечно другое дело! - воскликнул старик, воспылав очами. - Я же вижу, люди вы порядочные, воспитанные… Берите ключи и гуляйте, сколько нужно.

Мы с Юрой открыли дверь четвертого подъезда и поднялись на второй этаж. Вот она, моя 92-я квартира. Я надавил на дверную ручку, дверь подалась и со скрипом открылась. Спустя восемь лет я оказался в доме, где прошли мои детские годы. Отец тогда уже выехал на новое место работы, мать, сколько можно утрамбовала в контейнер, но многое из мебели и вещей пришлось оставить. Видимо новые жильцы решили не избавляться от нашей собственности, а использовали ее себе во благо.

Вот мой стол, за которым я делал уроки. Я открыл дверцу, выдвинул один за другим ящики, там оказались мои тетради со стихами. Вот комод, в котором обнаружил некогда белого пушистого зайчика, вот робот, который мы собирали с Сергеем, правда без моторчика и лампочек. А вот нечто вроде детской энциклопедии - “Книга для детского чтения” с портретом Сталина на обложке - по ней я учился читать и узнавал окружающую жизнь. А вот и моя лупа, заржавелая, в пыли, но стекло вполне рабочее, без трещин… я поместил находки в сумку.

Когда-то эта квартира казалась мне просто огромной. Вот в этой ванной мы с Борькой играли в кегли, по коридору я катался на трехколесном велосипеде, а на балконе я загорал, читал книги и писал стихи, рассказы, письма. На этой кухне-столовой за большим столом собирались по пятнадцать едоков - дом отца славился хлебосольством. Сейчас квартира показалась чуть ли не крошечной. Да еще всюду мусор, пыль, птичий помет, запах тлена… Юра молча ходил за мной следом и вздыхал: “живут же люди, экие хоромы раньше строили!” К сердцу будто присосалась пиявка, я стал задыхаться… В затемненном углу детской что-то зашевелилось, словно из младенчества вернулся ужас, терзавший меня - то был черный рогатый баран на лысых ногах с копытами, смердящий серой и кислятиной; это чудовище выходило из тени и нависало надо мной, обжигая злющими холодными глазами фашиста. Я осенил себя крестом и решительно шагнул к черному углу - никого, ничего, только горка мусора и старый башмак.

Честно говоря, я отвергал слова Геннадия Шпаликова из его знаменитого стихотворения. С какой стати “никогда не возвращайся в прежние места”! Если тебе нечего делать в прошлом, если тебя жжет стыд за подлость - тогда конечно! А если из памяти всплывают только светлые солнечные моменты, если картинки из детства утешают и поднимают настроение? Но вот я сам выхожу из дома своего детства, унося в душе мусор и пыль руин, и шепчу полные горечи стихи, врезавшиеся в память:

По несчастью или к счастью,

Истина проста:

Никогда не возвращайся

В прежние места.

Даже если пепелище

Выглядит вполне,

Не найти того, что ищем,

Ни тебе, ни мне.

Путешествие в обратно

Я бы запретил,

Я прошу тебя, как брата,

Душу не мути.

Юра сказал:

- Ну да, всё верно, дом без хозяев быстро разрушается. А ведь хозяином дома был твой отец. Он уехал, и всё пошло насмарку. А воспоминания детства ты, Лешка, не предавай, пусть они живут в душе и оттуда согревают, в холодные дни и ночи. Как же без них-то!..

- Спасибо, друг, ты, наверное, прав. Спасибо.

- Да не на чем. Давай ключи стражу вернем.

Сторож мирно посапывал в бытовке, полной табачного дыма, винных паров и пыльной духоты. Мы решили его не будить, повесили ключи на гвоздик, закрыли дверь и тихие, грустные, задумчивые, покинули руины.

- А давай пойдем на пляж, - предложил Юра, не умеющий долго скучать. - Речная вода смоет негатив, может и жизнь наша не покажется такой печальной.

В последний день Николай Евгеньевич пригласил нас в гости. Разумеется, в центре кулинарной композиции краснел борщ и белело сало, пяти сортов. Старик жил один, жену похоронил, дети разъехались по стране, навещают редко, внуков еще не видел.

- А ты знаешь, Леша, твой папа вовремя отсюда съехал. После вашего переезда один за другим наши друзья-товарищи стали уходить: инфаркт, инсульт, астма, белокровье, рак горла… Только я что-то задержался… А знаешь, что послужило причиной отъезда?

- Отец говорил что-то про экологию, - прошамкал я набитым ртом. - Еще ностальгия по России замучила.