Чистая правда о сомнительных приключениях капитана дальнего плавания Васко Москозо де Араган
Чистая правда о сомнительных приключениях капитана дальнего плавания Васко Москозо де Араган читать книгу онлайн
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
- Да, правда, я и забыл. Вы нас выручили, сеньор... Иначе нам пришлось бы ждать капитана из Рио, Да, сеньор, это очень хорошо! Для меня, впрочем, не имело бы большого значения, если бы мы задержались на несколько дней в Баие. Я не тороплюсь, как сенатор, которому срочно нужно в Натал. Время у меня есть, и Баия мне нравится. Хороший край, только вот.
либеральный альянс тут очень слаб, и Витал Соарес - кандидат в вице-президенты... Зато женщины здесь шикарные...
Капитан в знак согласия попытался улыбнуться.
Сенатор, довольный тем, что разговор принял другое направление революционеры отошли на второй план и обед не будет испорчен, подхватил:
- Дальние плавания, чужие моря... Вы видели много разных стран, капитан?
- Практически весь свет, я плавал под разными флагами.
- Увлекательная профессия, но немного одноо0- разная, не так ли? День за днем, все море да море, особенно если рейс продолжительный... философство-.
вал сенатор.
- Ну, а как насчет женщин, у вас, наверно, было немало побед, а, капитан? - увлеченный этой темой, депутат забыл о заговорщиках.
Жареный каплун выглядел соблазнительно, Васко еще почти ничего не ел, кроме хлеба. Орудовать ножом и вилкой оказалось очень трудно из-за качки.
Взять же просто рукой было бы неприлично.
- Во время плавания капитан - монах.
- Бросьте, капитан, не рассказывайте сказок...
- В порту - другое дело, там моряки берут свое...
- А скажите-ка, вот вы были во многих странах, какие женщины, по-вашему, самые темпераментные?
Момент был весьма неподходящим для ответа на такой вопрос, каплун грозил соскользнуть с тарелки, и, чтобы совладать с ним, требовалось напряженное внимание и максимум осторожности. Васко уклонился от прямого ответа:
- Трудно сказать. Когда как...
- Ну что вы, кто же не знает таких вещей! Англичанки, например, холодные, француженки алчные, испанки пылкие. Даже я, хотя никогда не выезжал из Бразилии...
- Конечно, это правда, различия есть. На мой взгляд, самые пылкие из всех... - он сделал паузу, сенатор и депутат наклонились, чтобы лучше слышать.
Капитан понизил голос: - Лучше всех арабские женщины.
- Горячие? - прошептал сенатор.
- Огонь!
- Когда я был мальчишкой, - депутат погрузился в воспоминания, - в Кампина-Гранде славилась одна турчанка. Красавица. Но брала страшно дорого, ребятам было не по карману - только богатым фазендейро.
Компот чуть не вызвал катастрофу. Едва капитан проглотил первую (и последнюю) ложку сладкого сиропа, как началось такое, что понадобилось напряжение всех духовных и телесных сил для избежания катастрофы. В желудке разыгралась страшная буря, и капитан ощутил глубокое разочарование в жизни, отвращение к ней. Какое счастье, что нежная, красивая дама бальзаковского возраста не пришла в столовую! Он не смог бы говорить с ней, все на свете было ему безразлично, и единственное, чего он желал, это чтобы злополучный обед скорее кончился.
- Вы почти ничего не ели, капитан.
Депутат пожирал все.
- Я себя неважно чувствую, поел зеленых кажаран [Кажарана (или кажаманга) - бразильский фрукт] и получил расстройство желудка. Так что мне нельзя много есть.
- Представьте, мне даже показалось, что вам дурно. Капитан, страдающий морской болезнью, - какой абсурд!
Все трое расхохотались, услышав такое нелепое и смешное предположение. Васко решил больше не рисковать и отказался от кофе. Он еле дождался, пока все кончат есть, и поспешно встал, давая понять, что обед завершен. На палубе депутат попытался удержать его:
- А если бы вы, капитан, обнаружили одного из революционеров в своей каюте? Как бы вы поступили? Выдали бы его полиции или сохранили бы все в тайне?
Как бы он поступил? Откуда он знает, как действовать в подобных случаях? Он не занимался политикой с тех пор, как кончилось правление Жозе Марселино и убили дона Карлоса I, короля Португалии и Алгарви.
Он не желает ничего знать обо всех этих революционерах и революциях, будь прокляты и Вашингтон Луис, и Жулио Престес, и Жетулио Варгас, ничто не помешает ему немедленно отправиться в свою каюту! Даже если бы сейчас появилась улыбающаяся сеньора с собачкой. Он хочет только одного - лечь, уткнуться головой в подушку и чтобы никто его не видел!
- Извините, сеньор. Мне необходимо занять свой пост на мостике. Взглянуть, как идут дела.
- Ну что ж, идите, а потом возвращайтесь - поговорим. Я буду в салоне.
Васко кинулся вверх по лестнице, дождь хлестал по офицерской палубе. Вдруг какая-то фигура преградила ему путь.
- Добрый вечер, капитан.
Это был судовой врач, он курил баиянскую сигару.
- Идете на мостик выкурить трубочку? Не предпочтете ли сигару?
Он вытащил одну из кармана кителя - черную, дурно пахнущую...
- Премного благодарен, я курю только трубку...
- Вы родились здесь, в Баие?
- Да, здесь...
- И не любите сигары? Это преступление... - Врач рассмеялся.
- Дело привычки. Извините, хочу немного вздремнуть.
- Так рано?
- День был тяжелый...
- Тогда спокойной ночи.
Ветер донес до него зловонный дым сигары, набежавшая волна сильно качнула судно. Васко ринулся к своей каюте, врач, к счастью, уже спустился вниз.
К счастью, потому что Васко не успел добраться до желанной двери. Он перегнулся через борт и... казалось, он лишается не только чести, но и жизни, настал его последний час... Запачканный, униженный, жалкий, капитан в страхе огляделся - никого. Тогда он быстро вошел в каюту, запер дверь и свалился на койку, не в силах даже раздеться.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Об "Ите", плывующей под солнцем, - почти фольклорная глава, которую надо читать под аккомпанемент песни Доривала Каимми "Сел на "Иту" на севере я"
В день Второго июля небо прояснилось. Солнце сияло, гладкая поверхность моря, разрезаемая высоким носом гордой "Иты", сверкала, как стальное полотнище. Капитан вышел из ванной и обнаружил на столе В; своей каюте кофе, который принес вежливый, постоянно улыбающийся слуга. Капитан решил, что вешать нос нет никаких причин, и всей грудью вдохнул морской воздух, как во времена своих плаваний в Азию и Австралию. Напевая одну из песенок танцовщицы Сорайи, где говорилось о море и моряках, он надел белую форму.