Принц Госплана

е не первый год.

Они вышли на лестницу, где Петя ловко увернулся от чего-то вроде вертикально летящего бумеранга, и попали на пустой длинный балкон, заваленный выгоревшими на солнце стендами с цветными фотографиями каких-то дряблых лиц. Саша проверил пол под ногами – кажется, сомнительных плит не было. Петя, облокотившись на перила, уставился на огни города внизу.

– Чего? – спросил Саша.

– Так, – сказал Петя. – Я из Госплана скоро ухожу.

– Куда?

Петя неопределенно кивнул головой вправо. Саша посмотрел туда – там были тысячи разноцветных светящихся точек, горящих до самого горизонта. Можно было понять Итакина и в том смысле, что он планирует прыжок с балкона.

– Как звезды в «Принце», – вдруг сказал Саша, глядя на огни, – только все вверх ногами. Или вниз головой.

– А может, это в твоем «Принце» все вверх ногами, – сказал Петя. – Никогда не думал, почему там картинка иногда переворачивается?

Саша помотал головой. Как всегда, вид вечернего города навевал печаль. Вспоминалось что-то забытое и сразу же забывалось опять, и это «что-то» больше всего было похоже на тысячу раз данную себе и уже девятьсот девяносто девять раз нарушенную клятву.

– На фига, интересно, мы живем? – спросил он.

– Ну вот, – сказал Петя, – вроде и не пил сегодня, а… Вообще, ты стражника спроси. Он тебе объяснит насчет жизни.

Саша опять уставился на огни.

– Вот ты второй год по лабиринту бежишь, – заговорил Петя, – а ты думал когда-нибудь, на самом он деле или нет?

– Кто?

– Лабиринт.

– В смысле существует он или нет?

– Да.

Саша задумался.

– Пожалуй, существует. Точнее, правильно сказать, что он существует ровно в той же степени, в какой существует принц. Потому что лабиринт существует только для него.

– Если уж сказать совсем правильно, – сказал Петя, – и лабиринт и фигурка существуют только для того, кто глядит на экран монитора.

– Ну да. То есть почему?

– Потому что и лабиринт и фигурка могут появляться только в нем. Да и сам монитор, кстати, тоже.

– Ну, – сказал Саша, – мы это на втором курсе проходили.

– Но тут есть одна деталь, – не обращая внимания на Сашины слова, продолжал Петя, – одна очень важная деталь. Ее те козлы, с которыми мы это проходили, забыли сообщить.

– Какая?

– Понимаешь, – сказал Петя, – если фигурка давно работает в Госснабе, она почему-то решает, что это она глядит в монитор, хотя она всего лишь бежит по его экрану. Да и вообще, если б нарисованная фигурка могла на что-то поглядеть, первым делом она бы заметила того, кто смотрит на нее.

– А кто на нее смотрит?

Петя задумался.

– Есть только один спо…

В следующий момент его что-то сильно толкнуло в спину, он перекувырнулся через перила и полетел вниз; Саша увидел похожую на бумеранг штуку, какую он уже видел на лестнице, – крутясь, она умчалась куда-то в направлении увенчанных неподвижным дымом труб на горизонте. Саша даже не успел испугаться, так быстро все это произошло. Перегнувшись через перила, он увидел Петю, вцепившегося