Женить нельзя помиловать (СИ)

Люциус смотрел на нее, она – на него, и заговорщики понимали, что на волоске от разоблачения.

Первый нашелся Глава рода. Вполне в его духе. И вот это уже, действительно, была расплата за церемонию!

- Я отдал кольцо мисс Грейнджер еще полчаса назад. Я слишком занят из-за подготовки к церемонии… - «И из-за того, что я вечно хочу твою мать!» - … и поручил ей обратиться к гоблинам для подтверждения факта, что магия Рода примет гр… маглорожденную. Ты же понимаешь, Драко, что это прецедент.

Вопросительный взгляд раздраженного жениха перекинулся на Гермиону.

- Пока вы ходили за подарком, мистер Малфой, - раздалось в ответ не слишком уверенно, - я... Я отдала кольцо Гарри, - наконец она придумала очередную ложь. - С его связями процедура займет меньше времени.

- Что?! – в два голоса. – Поттеру?!

- А вы знаете много Гарри? – стараясь сохранять спокойствие, поинтересовалась Гермиона.

Драко, казалось, вот-вот выскочит из штанов. От гнева.

- Так, Жабочка моя, ты же понимаешь, что это… залет! - так громко, что даже Люциус вздрогнул.

- Вот видишь, - спешно констатировал он, - сын мой, есть угрозы и пострашнее родного отца.

- Оставь нас! – выкрикнул Драко в ответ. – Мы тут... потолкуем по душам…Да, Грейнджер?!

Дверь за Малфоем-старшим захлопнулась, и Гермиона поняла: он опять оставил ее выпутываться в одиночку. Не считая тетки Брунгильды и Мамбы, конечно…

И еще и подарок утащил! Глава рода называется!..

А голову совсем потерял…

***

В комнате повисла театральная тишина. В такие минуты Гермиона чувствовала себя особенно неловко, но упрямо молчала – оправдываться ведь не за что. Она спокойно наблюдала за Драко, следящим за ней с плотно сжатыми губами и предвкушавшего дальнейшие объяснения. А он, считая про себя то ли секунды, то ли капли собственного терпения, сунув руки в карманы, прикидывал, почему день собственной свадьбы становится похожим на плохую трагикомедию.

Борьба характеров затянулась, но даже Мамбе было понятно, что осталось только подождать, у кого раньше сдадут нервы.

Первым пошел на попятную Малфой:

- Ну, я прямо не знаю - с чего начать экзекуцию…

- Тогда давай на этой ноте всё и закончим.

- Это я буду решать, Грейнджер, потому как именно я из нас двоих злой и дьявольски обаятельный! Выбирай первую тему урока: отец или чертов Поттер?!

- Это как тебе будет угодно, я добрая, и твое очарование меня не пугает, - и Гермиона представила себе Драко именно так, как несколько минут назад: голого и соблазнительного. С подобной картинкой в голове справляться со стрессом и несносным в своих подозрениях Малфоем было проще.

- Что между тобой и моим отцом? Я прямо-таки сгораю от любопытства, – съязвил Драко. - Давай излагай первый вариант, любительница делать из меня идиота… Но сразу предупреждаю: мы тут, как обычно, мило болтали – не прокатит!

- И почему же? – Гермиона старалась сдержать улыбку: отчего-то вся эта ситуация стала забавлять. Или точнее – возбуждать: шекспировские страсти, не иначе. Возникло ощущение дежавю. - А тебе не кажется, что сцены ревности сегодня не к месту?

- Прекрати отвечать вопросом на вопрос! Это невежливо, - судя по голосу, ехидство было у Малфоев крови. - Вторая попытка… - он старался совладать с эмоциями, но интуиция подсказывала: что-то происходит. И еще - она же - требовала хоть какой-то информации на тему «Мы с твоим папой - теперь подружки». И единственным объяснением казалось – запретный плод сладок. И Драко точно знал насколько!

Брунгильда Малфой не могла дольше молчать (Она и при жизни слыла эксцентричной особой, а уж теперь ей точно не пригрозишь смертью безвременной!):

- Тебе бы, Дракуся, в прокуроры… Умеешь ты делишки стряпать. Из ничего!..

- А вот можно не вмешиваться?! – выпалили и Гермиона, и Драко одновременно, на что зловредная тетка только ухмыльнулась.

И продолжила:

- Выпори ты его в первую же брачную ночь, невестушка! Чтобы знал, как с роднёй разговаривать. И хороших девушек обвинять!

- Я что-то не пойму, тетя Брунгильда, - Драко недовольно сдвинул брови к переносице, успев представить себе картинку эксклюзивных телесных наказаний от Грейнджер - не впечатлило! - Вы на чьей стороне? Что за женская солидарность? И, вообще, вас же просили помолчать.

- Я, милок, на той темной стороне, до которой тебе слава богу жить и жить… Вот поверь мне, если бы у них что и было, Нарцисса первая бы об этом узнала. Да и половина волшебного мира, не исключено!.. А уж папочка твой разлюбезный надолго запомнил бы, по чем фунт изюма…

Всем стало понятно: Брунгильда Малфой что-то не договаривает, но сейчас было не до семейных дрязг и тайн.

- И тебе, Отелло мой, должно быть стыдно за… - начала Гермиона менторским тоном.

- Стоп, стоп, стоп… - прервал ее Драко. - Стыдно – это ты не по адресу. Давай следующую версию. И поизящнее.

- Перестань, - ровно и мягко произнесла Гермиона, пытаясь успокоить волну подозрений, - сама мысль, что Люциус и я…

- Да, звучит некрасиво, согласен. Но если бы ты знала, чем мой отец завтракал, ты бы тоже засомневалась. Он сейчас не тем местом думает.

- Я понятия не имею, о чем ты говоришь, но он вполне контролирует ситуацию.

- Ты это моей матери скажи! Вот объясни мне, с какой стати отец приносит тебе такие подарки?! Ты, что, просветила его об эротическом назначении подобных презентов? – Драко представил обещанные несколько часов назад ласки и на миг почувствовал дикий «укол» ревности. Действительно, в такие минуты воображение всегда страшнее реальности.