Стирающие грани (СИ)

- И как это у меня получиться? – удивился я.

– Я должен буду ходить по поселкам и заглядывать в каждую конуру – есть ли там ведьма?

- Нет, это уже делают и без тебя, - вполне серьезно ответил барон.

– И пока результатов нет. Тут надо мыслить шире – возможно, она давно покинула наши края и находится в совсем другом месте. Чтобы ее найти, надо знать, что ей нужно.

- Ну и что ей нужно?

Барон снова вздохнул.

- Тут я знаю не больше, чем теперь – ты. Но есть человек, который в этом тебе поможет и, возможно, подскажет, где ее надо искать.

- Так… - вздохнул я. – Значит, я должен найти эту ведьму?

- Это было бы прекрасно, - согласился барон.

– Но если это тебе не удастся, ты должен хотя бы отыскать то, за чем она сюда приезжала.

- Значит, она не просто скрывалась в окрестностях Семиглавца, она что-то здесь искала? – уточнил я.

- Да. И найти это что-то будет равносильно поимке ведьмы, - выдохнул барон.

– И еще, - добавил он, пристально глядя мне в глаза, - как я уже говорил, награда за ее поимку назначена… очень большая. Половина будет твоей, - отчеканил он.

– Я не жадный человек, и мне не нужны лишние волнения и смута в моих землях. – Если ты добудешь – неважно, эту самую Аю, живой или мертвой, или то, что она искала – то станешь богат. Так что тебе есть ради чего стараться.

- А Линсей?

- Ну, сам понимаешь, я не могу просто так отпустить ее. Но она будет в безопасности – здесь, у меня, пока ты не вернешься.

Я вздохнул. Отступать было поздно. Теперь Линсей станет заложницей у этого вельможи, и это будет гарантией того, что я просто так никуда не денусь. Но это было все же лучше, чем тюрьма.

- Я согласен. Когда я смогу встретиться с тем человеком?

- Не спеши – он найдет тебя сам, – похоже, барон и ожидал такого ответа и был рад ему.

- Я дам тебе немного денег – на первое время, - продолжал он.

– Остановись пока где-нибудь в городе, пока не встретишься с ним, а потом – сам решай. Но помни – если ты не вернешься – твоя эта девка вернется снова в тюрьму. А там – бывает всякое…

- Понял, - кивнул я.

- Значит, договорились?

- Договорились.

Наверное, это был первый раз в жизни барона, когда он пожимал руку орку и при этом был таким довольным.

∞

..Мутного лунного света, что пробивался через узкую прорезь окна, было достаточно, чтобы рассмотреть ее. Всю, полностью, до последней черточки идеального тела, прикрытого длинным струящимся платьем. Ровные черные волосы покрывали плечи; на изящных пальцах поблескивали искорки перстней.

Я мог бы поклясться, что не видел ее раньше – такую женщину я не смог бы не заметить – хотя бы потому, что трудно пройти мимо настоящей красоты.

А теперь это прекрасное видение стояло на пороге моей комнаты в дешевой ночлежке на окраине города. Слишком прекрасное, чтобы существовать в моей реальности…

Я вздохнул и снова отвернулся к стене, ложа на место свой неизменный топор, который сразу оказался в моей руке, лишь раздался шепот невесомых шагов за дверью.

- Не слишком ты гостеприимен, - отозвался глубокий насмешливый голос.

Я почему-то вздрогнул от его звука, хотя он и не был мне знаком.

- Спокойной ночи, - буркнул я. – Комнаты бравых вояк дальше по коридору.

- Ты считаешь меня пьяной шлюхой, которая ошиблась дверью? – теперь в ее голосе звучало холодное недоумение. Это уже заставило меня подняться с постели.

Я еще раз пристально посмотрел на свою нежданную гостью, хотя этого и не требовалось – с первого же взгляда я мог бы сказать, что она могла быть кем угодно, но только не девкой легкого поведения. Слишком уж много внутреннего достоинства читалось во всех ее движениях.

- Нет, - честно ответил я.

– Но на девчонку, которой нечем заняться, кроме как подразнить усталого орка, ты тоже не похожа.

- А почему ты решил, что я пришла, чтобы над тобой посмеяться?

- А зачем еще?

Несколько минут мы молча смотрели друг на друга. Этого хватило, чтобы я мог с уверенность сказать, что никакого особого дела, которое могло бы привести эту женщину ночью ко мне в комнату, у нее не было, иначе она давно бы уже рассказала о нем. Она словно чего-то ждала, но я не мог понять, чего именно. От этого молчаливого присутствия мне стало не по себе, и какая-то моя часть словно очнулась от долгого сна и теперь беззвучно кричала, пытаясь достучаться до мозга; но этот голос был слишком туманным, чтобы я мог его услышать…

Глаза незнакомки поблескивали в темноте двумя зелеными звездами.

- Как тебя зовут? – спросила она вдруг неожиданно ласково.

- Шрам, - отозвался я, и отчего-то ответ этот прозвучал, словно стон.

- Шрам? – слегка подняла бровь она.

- Извини, но это больше похоже на кличку для собаки. Неужели существо, себя уважающее, может носить такое имя?

Задай такой вопрос кто-то другой - и говоривший уже собирал свои зубы в платочек… Но в голосе незнакомки звучало все то же недоумение, без малейшего намека на издевку. И, неожиданно для себя, я в ответ только пожал плечами.

- Не знаю. Меня так называли со времени… Неважно.

- То есть, ты не знаешь своего настоящего имени? – она словно читала мои мысли, но это почему-то меня совсем не удивило.

- Не помню. Как и много другого.

Женщина многозначительно покачала головой, словно такой ответ открыл ей многое.

- Кто вы? Мы были знакомы раньше? – осмелился спросить я. Не знаю, почему, но что-то такое неуловимо близкое, до боли знакомое было в этом блистающем существе…

В ответ она только неопределенно улыбнулась.

- И да, и нет… Ты же все равно не помнишь.

- Что вам нужно? – наконец спросил я прямо, всей душой желая прервать этот странный разговор.

Мне хотелось, чтобы она наконец-то закрыла за собой дверь, и чтобы вместе с ней ушло это непонятное наваждение, укутавшее меня удушливым облаком. Кажется, еще чуть-чуть, и я заплачу, зареву, как раненный зверь, не понимая сам причины нахлынувшей беспроглядной тоски…

И вместе с тем мне страшно не хотелось, чтобы она уходила.

Вместо ответа незнакомка вдруг подошла ко мне и коснулась прохладной ладонью моей щеки, обезображенной шрамом, который вдруг сделался таким ненавистным, хотя раньше я почти не обращал на это внимания.

От ее прикосновения я вздрогнул, как от удара.

- Уходите… Если вы пришли просто поиздеваться надо мной, то вы опоздали. Это уже сделала природа… и обстоятельства.

- Глупый…

Ее тонкая рука продолжала гладить мою рожу, и – неужели мне показалось? – на ее прекрасном лице засветилась какая-то грустная нежность.

- Бедный мой глупый орк… Какие сны тебе снятся?

- Я не вижу снов. Словно проваливаюсь в бездонный черный колодец…

У меня не хватило сил отстранить ее ладонь, и я покорно принял игру, сути и правил которой не понимал. Только бы она еще постояла рядом, хоты бы минуту. Даже если все происходящее – жестокая и злая шутка, пускай! Пускай хотя бы минуту я не буду об этом знать, пока ее пальцы скользят по шершавой коже абсолютно лысого черепа…

- Ты страдаешь…

Я непроизвольно вздрогнул, как от удара. Она не спрашивала, она была в этом уверенна. И мой ответ тут не был нужен.

- Кто ты?

Мой вопрос был скорее рвущимся изнутри стоном, облаченным в голос.

Незнакомка повела плечами.

- Я не хочу тебе лгать. А правду сказать все равно не могу… Пока не могу. Единственное, что ты должен знать – видимость обманчива. И часто мы совсем не те, кем кажемся. И наше тело это еще не есть мы. Тело – только оболочка, настоящее – то, что внутри. Считай меня тенью…

- Нет… Я не могу ошибаться… Ты кажешься мне самой прекрасной мечтою, какая только может быть на свете, и я уверен, что это так и есть, что бы не скрывалось под твоею маскою…

Это был бред, звучавший дико из уст чудовища, но мне было уже все равно. Я вдруг просто отпустил себя, больше не подавляя то, что с самого первого взгляда на эту женщину сжигало меня медленным пламенем. Закрыв глаза, я медленно обнял ее за плечи, ожидая удара или смеха, но вместо этого она обняла меня в ответ.