Альтист Данилов

ь агент или шпион!

- Я открыл тебе значительно более того, что я мог открыть, - сказал Данилов. И подумал: "Я ничего не мог открывать! Мне еще зачтется! И как!" - Это оттого, что наш разговор с тобой последний.

Наташа сделала некое протестующее движение.

"А не посчитает ли она меня теперь сумасшедшим? пришло на ум Данилову. - Пусть бы и посчитала, - решил Данилов, - лишь бы легче отошла от меня..." Впрочем, тут же сама возможность того, что Наташа заподозрит его в помешательстве, показалась Данилову неприемлемой.

- При этом, - сказал Данилов, - я прошу не считать меня больным душою. Я здрав рассудком. Хотя, конечно, эти мои слова еще ничего и не доказывают...

- Я знаю, что ты не болен, - тихо сказала Наташа, и Данилов понял, что она говорит правду.

- Я оттого тебе сказал про последний разговор, что теперь после моих слов наши отношения с тобой стали бы настолько серьезными, что продолжать их не было бы возможности. Прежде нам было легко, ничто нас всерьез не связывало, но и ничто не тяготило, кроме мелких недоразумений и бед. А теперь и беды бы стали слишком большими. Со мной возможны странные явления, в любую минуту, да вот хоть бы и сейчас, я могу исчезнуть. И навсегда. Но и не это главное. Главное, что человек, который свяжет свою судьбу с моей, сразу же подвергнется опасностям, какие я ни отвести, ни предотвратить не смогу. И тебе стало бы хуже, и я дрожал бы за каждый твой шаг. Никаких выгод мое положение не дает, напротив, тебя ждали бы напасти, болезни, а возможно, и гибель. Я мечтал, чтобы у меня были сын или дочь, но я не могу иметь ни сына, ни дочери. Моя тайна дала бы их жизни свой поворот.

- Бедный Данилов, - сказала Наташа.

- Нет, я не бедный. Я знаю, что мне дано и чего мне ждать. Но увлечь за собой чужую жизнь и опалить ее я не могу. И не хочу.

- И что?

- То, что теперь нам следует расстаться.

- Сейчас я нужна тебе?

Данилов промолчал.

- Я буду тебе в тягость, буду обузой?

- Не знаю... - сказал Данилов.

Он и вправду не знал.

- Ты можешь разлюбить меня, я пойму это и уйду Но сейчас хоть на неделю, хоть на день я тебе нужна? Скажи, что есть на самом деле, оставь в стороне все иные соображения и заботы о моей судьбе, я прошу тебя.

- Нужна, - сказал Данилов.

- Я буду с тобой хоть эту неделю, хоть этот день.

- Наташа, я не могу...

- Ты меня ничем не испугал. Я принимаю все твое. Напасти, болезни, погибель - что они мне, если я с тобой и тебе нужна? Если что-то будет мне угрожать, значит, что-то угрожает и тебе. Если ты исчезнешь, уйдешь из моей жизни по своей воле, пусть. Но если ты исчезнешь по чужой воле, ты можешь понять, что будет со мной. Ты уж не исчезай. Я прошу тебя. Если на тебе вина, если ты закабален тяжким обязательством, я возьму на себя твою вину и твои обязательства. Если нужно заплатить жизнью, я заплачу. Я понимаю, ты откажешь мне в этой моей просьбе, но ты не спеши, ты отнесись к ней всерьез. Дай мне хоть часть своей ноши, не объявляя, что это