История сыска в России. Книга 2

“За первый свой визит, - рассказывают “Записки”, - Вилькен дал члену ревкома 500 финских марок. Вслед за этим началась регулярная отправка людей в Петроград.

Заговор, как известно, провалился. Но скоро для безработных “беженцев” появилось новое занятие. Об этом рассказывает следующая часть “Записок”, относящаяся к происходящему теперь так называемому “восстанию” в Карелии.

Кронштадтцы в Карелии.

История кронштадтского мятежа и петроградского заговора для нас теперь уже совершенно ясна, и “Записки”, лишний раз подчеркивая и подтверждая уже известное нам, дают мало нового, но часть “Записок”, относящаяся к карельским событиям, дает целый ряд новых и интересных фактов, не оставляющих никакого сомнения относительно характера карельского “восстания”. “После того как переворот в Петрограде не удался, говорится в “Записках”, план восстания изнутри был заменен другим, а именно, вторжением на территорию РСФСР вооруженной силы со стороны польской границы и Финляндии под видом карельского восстания. Первой должна была выступить Польша… Со стороны Румынии ожидалось выступление Врангеля. Все эти слухи распространялись с целью поднять настроение кронштадтских беженцев.

“Мы, конечно, не отстанем от других, - говорили друзья бывшего председателя кронштадтского ревкома. - Мы беспартийные, мы пойдем с кем бы то ни было. Мы и с Врангелем пойдем”, - восклицал Петриченко. “Дико становилось слушать подобные слова человека, готового идти от свободно избранных Советов до Врангеля включительно”.

Наивный автор “Записок”! Это действительно дистанция, но не такого уже огромного размера. Всегда так бывает.

От слов скоро перешли к делу. В конце июля в Выборге появился представитель Врангеля для переговоров с Петриченко.

“Переговоры увенчались успехом, и свободно избранные Советы, - повествуют “Записки”, - были проданы за несколько десятков тысяч финских марок”.

Петриченко продешевил. Иуда по иерусалимской, а не финской валюте взял бы значительно дороже. Получив деньги, Петриченко купил 40 тысяч папирос и стал действовать, раздавая папиросы своим самым верным последователям. Именно таким “папиросным” путем Петриченко удалось завербовать около 100 сторонников.

Тем временем в монархических белогвардейских кругах эмиграции возник, по-видимому, новый план. В начале сентября Петриченко был вызван в особый комитет по делам русских в Финляндии. Вот что об этом говорится в “Записках”:

“По-видимому, Петриченко получил инструкцию сформировать новый комитет, и с этой целью он созвал тайное заседание… По словам одного из присутствовавших на этом заседании, Петриченко на этом заседании говорил… что видные политические деятели решили действовать совместно и единовременно. Сильные отряды Савинкова, находящиеся в Польше, могли бы сыграть решающую роль. Со стороны Финляндии стремятся создать угрозу Петрограду. Кронштадт получил предложение принять участие в борьбе. Но так как борьба должна идти под демократической окраской, то необходимо, чтобы масса видела налицо комитеты.

Увы! Без демократической окраски и без комитетов ни на шаг. Впрочем, по словам Петриченко, “борьба должна вестись без говорунов (т.е. социалистов)”.

Демократическая окраска, но без говорунов, т.е. Врангель без Чернова, - это звучит великолепно.

“Выступление, - по словам того же Петриченко, - предполагается со стороны Польши, а со стороны Финляндии предполагается устроить где-нибудь (!) на границе переворот”.

ЗОЛОТОЙ ПОЕЗД КРАСИНА

Из доклада ВЧК о раскрытых и ликвидированных на территории РСФСР заговорах против Советской власти в период мая-июня 1921 года:

“24 июля 1921 г.

Петроградский заговор. В начале июня месяца с.г. Петроградской губернской чрезвычайной комиссией раскрыт и ликвидирован крупный заговор, готовивший вооруженное восстание против Советской власти в Петрограде, Северной и Северо-Западной областях республики.

Арестованы сотни членов объединенных боевых и террористических организаций, обнаружены штабные квартиры, найдены динамит, оружие, тайная типография, отобрана уличающая переписка.

Из обнаруженных документов и показаний арестованных установлено следующее: раскрытая организация называлась “Областным комитетом союза освобождения России”, последний объединял ряд организаций: “Боевой комитет”, “Народный комитет восстания”, “Петроградскую народную боевую организацию”, “Объединенную организацию” и пр. Установлены члены “Областного комитета”.

Главари заговора:

1) глава организации - Таганцов Владимир Николаевич, профессор-географ, бывший помещик, принявший участие в раскрытом в Петрограде в ноябре 1919 года заговоре, организованном английским шпионом Полем Дюксом; 2) Орловский В.И., руководивший террористической секцией организации.

Раскрытая организация через своих ответственных курьеров находилась в постоянных сношениях с финской контрразведкой, с американской, английской и французской разведывательными организациями в Финляндии. Многие члены организации состояли также на службе контрразведок: финской (Орловский, Паськов), английской (Вилькен, Соколов), французской (Герман), американской (Никольский, Рабен, Старк). Видный член организации Ю.П.Герман (кличка Голубь) состоял одновременно на службе финской и французской разведок

Все эти разведывательные организации вербовали через бывшего председателя кронштадтского мятежного ревкома Петриченко содержащихся на форте Ино в Финляндии военных моряков, бежавших из Кронштадта, и направляли их в Петроград. В Петрограде завербованные моряки вступали в так называемую “Объединенную организацию крон-моряков”, возглавлявшуюся участником кронштадтского восстания Комаровым, квартира которого считалась штабной. Организация Комарова входила в “Союз освобождения России”. При обыске у Комарова найдены динамит, типография и бланки названной организации.

Организация “Союз освобождения” была разбита на районы; начальники районов поддерживали связь со своими ячейками на фабрично-заводских предприятиях и в советских учреждениях; организаторами районов были бывшие моряки. Курьеры разведывательных организаций при выезде из Финляндии в Россию снабжались оружием и документами 3-го минно-подрывного дивизиона в Петрограде (адъютант дивизиона Роопп, выдававший документы, арестован) и воздушной обороны Петрограда.

Цели заговорщиков и средства борьбы. Ближайшей целью организации, по показанию Таганцева, была “подготовка людей для переворота, постепенно подготовляя почву для сближения между культурными слоями и массами”. По показанию того же Таганцева, в организации в одном Петрограде было свыше 200 членов, главным образом бывших офицеров, моряков, адвокатов, бывших директоров и пр., пробравшихся на видные посты в советские учреждения. Важнейшим средством борьбы “Союз освобождения” считал применение террористических актов.

По признанию арестованного Орловского и других, ими был взорван памятник Володарскому пироксилиновой шашкой и организован ряд покушений на советских вождей. В показаниях от 1 июля с.г. тот же Орловский говорит: “Действительно, я вместе с Никитиным, Перминым, Модестовичем (Черным), Федоровым хотели устроить налет на поезд Красина и забрать все золото и ценности. О том, что Красин везет золото, нам сказал Вл. Ник. Таганцев, который и просил устроить этот налет”.

По показанию Комарова, организацией готовились взрывы нобелевских складов, взрыв одного памятника на Васильевском острове, поджог 1-го Государственного лесозаготовительного завода, бывший Громова, и убийство бывшего комиссара Балтфлота т. Кузьмина. Но благодаря своевременному раскрытию организации врагам революции не удалось осуществить их варварские планы.

По показанию профессора Таганцева, им совместно с бывшим князем ДН.Шаховским (членом организации) был организован в Петрограде и Москве в целях борьбы с советским правительством экономическим путем ряд банковых подпольных контор для реализации ценностей за границей и внутри страны.