Знак розы
Знак розы читать книгу онлайн
Мэри с детства влюблена в Перси и... хлопковую плантацию. Когда Перси невредимым возвращается с войны и признается девушке в любви, она вдруг оказывается перед выбором: стать королевой хлопка или преданной женой любимого мужчины. Мэри даже в угоду жениху не соглашается пожертвовать делом своей жизни. После очередной ссоры Перси уезжает в Канаду, а девушка понимает, что ждет ребенка. Чтобы скрыть позор, она... выходит замуж за давнего друга. Но любовь продолжает жить, наперекор разлуке, времени и родовому проклятью.
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
— Вы обратили внимание, что с каминной полки исчезли все фотографии, за исключением снимка мистера Майлза в военной форме? — осведомилась Сасси.
— Обратила. Мама убрала их после того, как умер папа.
— До тех пор пока я не увижу на прежнем месте вашу фотографию, и снимок вашего папы, и фотопортрет всей вашей семьи, я не поверю ни единому ее слову.
Мэри задумчиво кивнула.
— Да, это будет свидетельством ее искренности, — согласилась она, сомневаясь в том, что им с Сасси доведется когда-либо вновь увидеть фотографии членов семьи, улыбающихся им с каминной полки в спальне матери.
Глава 18
Направляясь в тот же день на плантацию Ледбеттера, Мэри мучительно размышляла то о последнем капризе матери, то о причинах, побудивших Джервиса Ледбеттера прислать ей приглашение на «званый обед». Ни для кого не было секретом, что крупный восточный банк сделал старому джентльмену предложение в отношении его плантации. Его дочери-близняшки неудачно вышли замуж, и Джервис не раз намекал, что лучше продаст собственную плантацию, «Находку», и будет безбедно жить на проценты с вырученных средств, чем оставит ее своим дочерям, чтобы их мужья проделали то же самое. Мэри полагала, что его приглашение вызвано тем, что он намерен предложить ей право выкупить у него «Находку».
Плантация Ледбеттера представляла собой длинную узкую полоску земли для выращивания хлопка, располагавшуюся между Сомерсетом и участком на берегу Сабины, который унаследовал Майлз. Встав с зарей, Мэри принялась прикидывать свои финансовые возможности, чтобы убедиться, сможет ли она приобрести дополнительные земли, которые позволят ей объединить прибрежный участок с Сомерсетом.
Это была голубая мечта ее отца. Он воображал, как хлопковые поля Толиверов протянутся от одной границы до другой, но, как Мэри ни манипулировала цифрами, бухгалтерская книга показывала, что мечта так и останется мечтой. Единственные свободные деньги, которыми она располагала, на самом деле таковыми не являлись, составляя неприкосновенный запас на случай катастрофы. Даже если будущий урожай погибнет на корню, у нее все равно останутся средства, чтобы заплатить этим кровопийцам в Бостоне, которые столько лет ждали, когда же она обанкротится. Но она не доставит им такого удовольствия. Мэри экономила на чем только можно, терпела лишения, и все ради того, чтобы этого не случилось. Через два года Толиверы станут единственными и полноправными хозяевами своей земли.
Мэри жила ради этого дня. Она устроит грандиозную вечеринку, дабы показать Хоубаткеру, что отец поступил мудро, завещав Сомерсет ей. Все увидят, что под ее руководством плантация вновь стала приносить прибыль. И их семья потихоньку выберется из нищеты. Она наймет слуг в помощь Сасси, установит в доме современные санузлы на смену туалету в дальнем конце двора и ночным горшкам под кроватями. Кто знает, может, она даже купит автомобиль и предоставит заслуженный отдых Шони, их верному арабскому скакуну, пережившему своего товарища по упряжке. Дарла не будет ни в чем нуждаться. Она вновь сможет высоко держать голову, увенчанную самой дорогой шляпкой, какую только можно купить за деньги. Зная мать, Мэри не сомневалась, что, как только та сможет одеваться по последней моде, а ее дом обретет былую роскошь и великолепие, она не станет обращать внимание на то, чья рука снабжает ее всем необходимым. Дарла станет гордиться своей дочерью так же, как раньше гордилась мужем.
Но если Джервис Ледбеттер пожелает получить деньги до того, как будет собрана последняя коробочка хлопка, придется отклонить его предложение. Нельзя рисковать неприкосновенным запасом. Тем не менее стоило сделать небольшой перерыв в работе, чтобы послушать, что он хочет ей сказать.
Два часа спустя, выслушав старого плантатора, Мэри уставилась на него, приоткрыв рот от удивления. Они сидели в кабинете небольшого особняка в колониальном стиле и пили послеобеденный кофе.
— Вы сказали, «Первый банк Бостона»? «Первый банк Бостона» хочет выкупить у вас «Находку»?
— Именно это я и сказал, Мэри. Однако... — Владелец «Находки», известный повеса и дамский угодник, несмотря на свои семьдесят с лишним лет, игриво соединил кончики пальцев домиком. — Я еще не сказал «да». Я даю тебе возможность выкупить плантацию первой и увеличить площадь своих владений.
Мэри едва не взвыла во весь голос. Именно «Первый банк Бостона» дал отцу деньги под залог земли, и именно ему принадлежала закладная на Сомерсет. Похожие на гробовщиков, сидящих у постели смертельно больного в ожидании последнего вздоха, банкиры надеялись, что она не сможет рассчитаться с долгами. Если Сомерсет отойдет к ним, то, купив «Находку», они заполучат плантацию, стоимость которой в три раза превысит их вложения. Иначе почему они стремятся приобрести именно эту полоску земли, когда вокруг достаточно других хлопковых ферм, попавших в затруднительное положение? Мэри задохнулась от негодования.
Она привыкла смотреть на банк как на личного врага, стремящегося уничтожить их семью. Один за другим плантаторы «хлопкового пояса» продавали свои земли покупателям с Востока, а также своим арендаторам, существование которых зависело от них. Их нельзя винить, решила Мэри. Плантаторам становилось все труднее. Неблагоприятные погодные условия, расходы на содержание, уменьшающийся рынок сбыта, нежелание наследников соблюдать вековые традиции - все это представляло собой достаточно вескую причину, чтобы прекратить постоянную борьбу за выживание.
Тем не менее Мэри испытывала чувство, близкое к презрению, глядя на похожего на жабу человека, чьи водянистые глазки с подозрительным восторгом смотрели на нее поверх кончиков пальцем. Она приняла решение.
— Если вы согласитесь подождать, пока мы соберем урожай, я, пожалуй, куплю вашу землю.
Седовласый плантатор покачал головой.
— Прошу прощения, дорогая. Я не могу ждать, пока ты соберешь урожай, который, кстати, может оказаться и неудачным. Я продаю все - целиком и полностью, со всеми потрохами - и уезжаю в Европу. Собираюсь пожить в Париже. Мне всегда хотелось побывать там, посмотреть мир перед смертью, и, как мне представляется, лучше места, чем «Мулен Руж», для начала не найти. Майлз ведь все еще в Париже?
— Да, он жил там, когда мы в последний раз получили от него известия. Мистер Ледбеттер... — Во рту у Мэри пересохло, когда она услышала свой голос. — Сколько вы просите за «Находку»?
Когда он ответил, Мэри едва сдержала удивленный возглас. Сумма оказалась гораздо меньше, чем она ожидала.
— Но это... это же вполне приемлемая цена, — запинаясь, пробормотала она, мысленно вновь проверяя цифры в своей бухгалтерской книге.
— Гораздо более разумная, чем та, которую я собираюсь содрать с этой бостонской банды, — согласился Джервис, и его водянистые глазки лукаво сверкнули.
— Почему вы делаете мне столь щедрое предложение?
Мэри вдруг исполнилась подозрений. Во время обеда она невольно ожидала, что старый ловелас начнет домогаться ее.
Ледбеттер вздохнул и полез во внутренний карман черной шерстяной куртки за сигарой. Откусив кончик, он принялся внимательно рассматривать ее.
— Чтобы облегчить душу и успокоить совесть. Если я продам свои земли, то открою для банкиров потайную дверь в эту часть Техаса, чем эти шакалы непременно воспользуются. Я понимаю это, и мне жаль, но если я не сделаю этого сам, то это сделают мои дочери и их мужья-бездельники. И, предоставляя тебе шанс купить «Находку», я говорю себе, что помогаю своим соседям. На мой взгляд, если кто-нибудь и способен удержаться здесь, так это ты. Таких наследников, как ты, Мэри, больше не делают. Ты - последний представитель нашего племени. А я могу получить чуточку меньше и все равно буду счастлив. Кроме того... — Старый плантатор раскурил сигару. — Я думаю, это все, что ты можешь себе позволить.
— Вы правы, — ответила Мэри.