Хмельная музыка любви

— Не в этом дело… — Женя хотела объяснить, что собралась спуститься на лифте к своей машине, прямо в гараж, но, расстроившись, перепутала и выскочила на улицу. Парень, не дождавшись вразумительных объяснений, махнул рукой:

— Ладно, давай знакомиться. Только под козырек вернемся.

— Да я… Ну хорошо. — Решив, что все равно придется возвращаться, Женя поскакала через лужи. — Ой! — вдруг вскрикнула она, поскользнувшись на непривычно высоких каблуках.

— Что, ногу подвернула?

— Ага.

— Первый раз, что ли, каблуки надела?

— Такие в первый.

— Мамины туфли?

— Почему мамины?

— Если на плащ денег нет, то на такие туфли тем более.

— Ну вы даете! — рассердилась Женя.

— Молчи уж. Обопрись мне на плечо, иначе хуже будет.

— Спасибо, я сама.

— Самой не получится. Вижу же, как ты ковыляешь.

— Хорошо, — покорно согласилась Женя, почувствовав, что на такого и вправду можно опереться.

Правая нога невыносимо разнылась. О том, чтобы вести машину, не могло быть и речи.

— Стой, облокотись на колонну, я сейчас машину подгоню, — словно подслушав ее мысли, приказал новый знакомец.

— У вас своя машина?

— Нет, как твои туфли, мамина.

— Шутите?

— Конечно, своя.

— Хорошо живет у нас охрана, если такие машины покупает, — потирая больную ногу, тихо проворчала Женя, когда парень подогнал прямо ей под нос «БМВ».

— У кого это у вас? — с иронией в голосе полюбопытствовал парень.

— У нас в фирме.

— Ты у нас в фирме кем, курьером работаешь? — Глаза парня откровенно смеялись.

В этаком-то виде он, конечно же, не признал в Жене начальницу, правую руку босса большой компании.

— А что, я на курьера похожа?

— Сказал бы я, на кого ты сейчас похожа, — подсаживая Женю на сиденье, усмехнулся парень, — а с одним таким курьером я сегодня полдня возился — пропуск потеряла, — пояснил охранник.

— Ира?

— А-а, знаешь ее? — ухмыльнулся он. — Подружка, значит, твоя?

— Не подружка, а коллега, — стараясь вернуться к своей роли руководителя, поправила его Женя.

— Какие мы важные! Коллега!

— Ну вот, — усевшись с другой стороны в кабину внедорожника, словно закончив важное дело, сказал он, — теперь будем знакомиться. — Хозяйским жестом парень убрал с Жениного лица мокрую челку. — Да ты, оказывается, красавица, — присвистнул охранник, искренне удивившись. — Я думал, мокрая курица, да вдобавок нескладная, ногу подвернула.

Женя гордо вскинула голову, окатив нового знакомого всей силой презрения, на какое была способна.

— Молчу-молчу. Тебя как звать-то? — примирительно проговорил он.

— Евгения… — Она хотела добавить Арсеньевна, но, опасаясь дальнейших усмешек, остановилась.

— Женька, значит, — констатировал он, но, увидев нахмурившееся лицо девушки, поправился: — Извини, исправлюсь: Женечка! Хорошее имя, и девушка потрясающе красивая. Там, на улице, под дождем даже не подумал бы! — посмотрев на нее другими глазами, снисходительно похвалил он.

— А вас как звать? — осторожно поинтересовалась Женя.

— А нас… Савва. Приходилось слышать такое имя?

— Да, конечно.

— Если фамилию назову, очень будешь удивляться.

— Морозов?

— Угадала! И я, честно, поражен.

— Чему?

— Какие у нас, однако, в фирме курьеры работают начитанные!

— Очень приятно познакомиться. — Не желая показывать свою образованность, Женя решила свернуть разговор.

— А мне как приятно!

— Почему вы насмехаетесь надо мной, — все же рассердилась Женя, — я не привыкла, когда со мной так себя ведут!

— Придется привыкать. У меня такой характер.

— Почему это мне придется?

— Мы же с тобой дружить будем, сначала…

— А потом? — Теперь уже Женя насмешливо посмотрела на Савву.

— А потом, может быть, полюбим друг друга и поженимся.

— Да ну?

— А ты что, не веришь в любовь с первого взгляда?

— Я не думала об этом. Не до этого было.

— Конечно-конечно, работа у тебя тяжелая, ты же с утра до вечера диппочту таскаешь.

— Почему дип?

— Потому что наш шеф, говорят, до того как эту компанию организовал, дипломатом был. Ты же на него работаешь и его бумаги таскаешь.

Женя поджала губы. Разговор об Артуре был ей неприятен. Кстати, он никогда не упоминал, что работал в дипломатии.

— Больше не буду на него работать! — вдруг вырвалось у нее.

— Конечно, не будешь, где это видано, курьер с вывихнутой ногой. Я тебя кормить буду.

— Это как?

— С ложечки, как больную.

— А вы в охране у нас давно? — стараясь припомнить, знает ли она этого парня, наморщила лоб Женя.

— У вас? — Он выразительно посмотрел на Женю. — Всего минут пятнадцать. Только-только приступил. Но буду охранять крепко. Ты такая красавица, из-под носа увести могут. — Женя невольно улыбнулась. — Теперь ни шагу без меня! Если куда соберешься, сообщи.

— Непременно!

— Ты, наверное, кроме работы, еще где-нибудь учишься?

— А вы?

— Я учусь в вузе. И учился до армии. В литературном, меня с третьего курса загребли. Когда отслужил свое, решил еще немного повоевать, романтики поднабраться.

— Вы что, поэт?

— А как ты догадалась?

— По вашим высказываниям: «любовь с первого взгляда», «романтика» и прочая лирика…

— Свойственные только поэтам, — закончил ее мысль Савва.

— По-моему. Я в этом не очень сильна.

— А в чем ты сильна?

— В экономике.

— Учишься на экономическом?

— Да. — Жене не хотелось говорить, что она уже окончила вуз.

— Хм, — буркнул поэт. — Все в мире поменялось. Мужчины — лирики, поэты, женщины считают деньги.

— Я не считаю, я их зарабатываю.

— И много назарабатывала?

— Не жалуюсь.

— Это видно, потому что в маминых туфлях бегаешь. На юбилейном вечере была?

— А вы откуда знаете?

— Я же в фирме работаю. Все девчонки с утра в салоны красоты бегали. Но так, как ты, никто не вырядился.

Он косо посмотрел на зеленое платье Жени в ярко-желтый горошек.

— Не нравится? — огорченно спросила она.

— Почему? Нравится.

— Мне и самой не нравится, — вдруг ни с того ни с сего призналась она незнакомому парню.

— Тоже мамино?

— Нет, подруга уговорила купить.

Настроение Жени, ставшее было чуть-чуть лучше, оттого что в машине было тепло и уютно после проливного дождя, оттого что просто посторонний парень проявил к ней участие, вновь испортилось. Он это почувствовал.

— Платье очень тебе идет. Правда. И не огорчайся из-за него!

— Из-за кого? — испугалась Женя, выдав тем самым себя.

— Из-за кого чуть под машину не угодила, — тонко уловив настроение Жени, подхватил поэт. — Он не стоит! Такая девушка! Я вот, честно, прямо с первого взгляда…

— Вы ничего про него не знаете и не говорите… — Плохое настроение стало еще хуже.

— Молчу-молчу. — Он посмотрел на хмурое лицо спутницы. — А хочешь, я тебе стихи почитаю?

— Свои?

— Конечно. Могу лично тебе посвятить.

— Вы прямо на ходу сочинять умеете?

— Запросто! Если любовь с первого взгляда, само сочиняется.

— Да? — Ирония в голосе Жени явно задела Савву.

Высохшее в мгновение от горячего обдува платье перестало прилипать к телу девушки. Оборочки вновь распушились, желтый горох ярко засветился в темноте.

— На зеленом цвете, — протяжно, словно песню, начал поэт и бесцеремонно прижал одной рукой к себе Женю. — Желтая горошина.

Она не успела его отпихнуть.

— Ты на этом свете самая хорошая!

Нажав на тормоз, он резко остановил машину.

— Вы что?

— Приехали. Свой район не узнаешь? Ты же заказала улицу.

— Спасибо вам.

— Не за что.

— Вы и вправду поэт, — похвалила Женя, не желая дальше ссориться с охранником, она даже не сбросила его руку со своего плеча.

— Понравилось?

— Да.

— Тогда иди ко мне.

Не дожидаясь согласия, он прижал ее к себе, так что у нее захватило дух, и поцеловал.