Загадай желание (СИ)
Загадай желание (СИ) читать книгу онлайн
История о том, как одно необдуманное желание может изменить судьбы двух людей. Она - обычная фанатка, которая мечтает увидеть своего кумира. Он - знаменитый актёр, который снимается в кино, даёт интервью журналистам и не подозревает о том, что где-то в России есть восемнадцатилетняя девушка, которая на День рождения загадала странное желание...
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
“Do You Remember” Phil Collins with lyrics
Ванна наполнялась теплой водой, пока я умывался и приводил мысли в порядок. Ночка выдалась та еще! Хотелось надеяться, что ночное приключение, подобное произошедшему, больше не повторится, но мне слабо в это верилось. Марина спала беспокойно, несмотря на то, что приняла таблетку, и мне придется очень постараться, чтобы и впредь она соблюдала режим, предписанный врачами. Я проснулся на рассвете, просто резко открыл глаза, движимый страхом пережитого сновидения, и увидел перед собой личико любимой девушки: ротик слегка приоткрылся, плотно сомкнутые веки подрагивали, правая рука держала лангет – получалось, будто бы Марина обнимала саму себя, а еще она тяжко дышала при каждом неровном вздохе. Я потянулся, разминая затекшие мышцы, и прижался к ней, заправил за ушко прядку волос и поцеловал в щечку, не обезображенную синяком – на той Марина как раз спала. Не знаю, сколько прошло времени, только когда моя малышка открыла глаза, то так и застала меня, пристально наблюдающим за ней, гладящим ее по волосам, рукам, покалеченному телу. Она молча потянулась и прижала меня к себе, а потом вдруг снова расплакалась, и я, конечно же, забеспокоился о том, что ее снова мучают боли. Естественно, Марина твердила, что все в порядке, но я заметил, как она невольно приложила руку ко лбу – головокружение, затем откинулась на подушку и прикрыла глаза, и пока я шептал какие-то бессмысленные слова утешения, обезумев от волнения за нее, моя девушка снова уснула. А ко мне сон больше не шел, я полежал рядом с ней еще немного, но потом поднялся с постели и покинул комнату, плотно прикрыв за собой дверь, чтобы внешний шум, создаваемый остальными домочадцами, не потревожил беспокойный сон Марины… – Доброе утро… – Любимая подошла незаметно и положила ручку мне на талию. Спину обожгло ее дыханием, а мысли сразу улетучились, развеялись, как предрассветный туман. – Проснулась. – Я потянулся за полотенцем, чтобы вытереться, затем обернулся к Марине и замер: – Как ты себя чувствуешь? – Махровая ткань полетела в сторону, а мои руки невольно потянулись к самому дорогому человечку на свете, пострадавшему ни за что. – Более-менее. – Она улыбнулась и потерлась щекой о мою ладонь, в то время как я осторожно прикасался к ее опухшему лицу. – Голова немного побаливает, но не тошнит. – Удалось поспать? Прости, я ночью вырубился… – Принялся оправдываться я. – Я уснула чуть позже, да и утром снова задремала, поэтому, считай, что удалось. – Марина подавила зевок. – Тейлор, ты стонал во сне. – Правда? – Я поежился от воспоминаний ночного кошмара. – Видимо, просто устал. – Все в порядке? – Эта девушка переживала за меня, несмотря на то, что сама недавно выбралась из такой передряги! – Абсолютно, honey! – Я прикоснулся губами к ее лбу. – Ванна готова. – Дорогой, я могла бы принять душ, незачем было возиться с ванной. – Вот еще! – Я закрутил кран, обошел Марину и запер дверь в ванную комнату изнутри. – Никакого душа, пока головокружения не прекратятся. – Хорошо, а ты разве… – Марина закусила губу. – Останешься здесь? – Солнышко, с каких это пор ты стесняешься раздеваться при мне? – Я в изумлении приподнял бровь, не сумев сдержать смешок, и подошел к своей девушке. – Конечно, останусь и помогу тебе. – Как о деле решенном сказал я. – Ладно, только я по-прежнему считаю, что это лишнее. – Она переминалась с ноги на ногу, но все-таки принялась развязывать пояс махрового халата. – Я бы и сама справилась. – Когда халатик неслышно упал к ее ногам, меня чуть инфаркт не схватил: – Марина!! Боже мой!! Да как же это!! – Тейлор, ты только не волнуйся. – Она виновато посмотрела на меня. – Поэтому я и не хотела, чтобы ты видел меня такой… – А ты думала, я не замечу, что ли! – Прохрипел я, взяв ее за плечи и развернув спиной к себе. – Только ты могла так убиться, honey! На тебе ж живого места нет! – С трудом сглотнув, я разглядывал ее синяки, ссадины и ушибы, что в хаотичном порядке располагались по всему телу: чуть ниже правого колена багровел кровоподтек, на бедре красовался синяк немыслимых размеров, раздражающий меня, лангет скрывал левую руку почти полностью, на плече красовалась гематома, и левая лопатка была сплошь усыпана мелкими ссадинами. – Любимый. – Марина развернулась ко мне лицом и замолчала на полуслове, встретившись со мной взглядом. – Маленькая моя… – Я осторожно касался ушибленных мест, не в силах сдержать зарождающийся гнев. Только вот кому оторвать башку за это? Виноватых нет. И это раздражало. – Не заводись, Тейлор, очень тебя прошу. – Взволнованно произнесла Марина. – Как я могу быть спокоен? – Хотелось зарычать от бессилия. – Ты себя в зеркало видела? – Я развернул ее лицом к зеркальному шкафу: моему взору предстала обнаженная, за исключением трусиков, хрупкая фигурка любимой девушки, синяки, лангет и испуганные серые глаза. Скула на ее лице припухла, но это ничего по сравнению с гематомой на голове. – Надо было вчера послушаться врачей и поехать в больницу, а ты почему-то уперлась! – Мне нужно было домой, пойми, я спешила успокоить тебя! – Марина, если сегодня во время осмотра тебе предложат провести несколько дней в больнице, не раздумывая, соглашайся, поняла меня? – Я старался скрыть за суровыми нотками в голосе неимоверное волнение за любимую девушку. – Но я хочу быть с тобой, Тейлор! – Отчаянно прошептала она, положив правую ладошку поверх моей руки, что крепко обнимала ее за талию. – Твое здоровье дороже, honey, – сменил я гнев на милость. – Синяки и ссадины и дома прекрасно заживут. – Надулась Марина. – Меня куда больше заботит твое головокружение и, как следствие, обмороки. – Я тяжко вздохнул. – А если у тебя какие-то внутренние повреждения? – Не преувеличивай, пожалуйста. – Она, тем не менее, вздрогнула. – А ты не спорь со мной, договорились? – Я прижался губами к ее виску. – Малыш, ты ведь обещала слушаться меня. – Хорошо, но я надеюсь, что до этого не дойдет, и мне не придется торчать в больнице. – Горестно вздохнула она, рассматривая свое лицо в зеркальном отражении. – Наверное, ни один тональник не замажет этот синяк на щеке. – И только это ее заботит! Я тебе поражаюсь, Марина! – Сам подумай, как я на улицу выйду с таким лицом! – Моя девушка повернулась спиной к своему отражению. – Тей, не вини себя за то, что не уберег. – Не могу, honey. – Конечно, она все поняла. – Я поправлюсь, обещаю. – Марина встала на носочки и потянулась ко мне за поцелуем. – Конечно, поправишься… – Я взял любимую девушку за подбородок и замер на ее губах. – Райан накануне вспоминал какую-то русскую пословицу, что-то вроде: «Перед свадьбой все должно пройти». – Тейлор! – Она засмеялась и спрятала голову у меня на груди. – Ты такой забавный. – Я снова что-то попутал, да? – Я тоже рассмеялся. – У нас говорят: «До свадьбы заживет», поэтому время у меня есть. – А вдруг я тебя завтра замуж позову? – С замиранием произнес я эти слова. Впервые озвучил то, о чем только-только начинал задумываться. – Завтра точно не смогу. – Марина поцеловала меня в щеку. – Но за предложение спасибо. – Я люблю тебя. – С нежностью прошептал я. – Давай в ванну, пока вода не остыла, у нас на сегодня много дел запланировано. *** – Всем доброе утро. – Марина замерла на пороге кухни, не решаясь сделать и шагу. – Привет, семья. – Я тоже поздоровался и ободряюще приобнял Марину за плечи. – Давай, проходи, honey. – Я легонько подтолкнул ее и прошел следом. – Доброе утро, садитесь завтракать. – Улыбнулась мама. – Как ты себя чувствуешь, Марина? – Уже лучше, спасибо. – Она присела за стол, я примостился рядом. – Доброе. Тейлор, ты разгуливал ночью по дому? – Отец свернул газету и уставился на меня. – Марине понадобились таблетки, пришлось спускаться за водой и лекарством. – Пояснил я и сжал под столом ручку любимой девушки. Она посмотрела на меня с благодарностью за то, что утаил про обморок и истерику. – Что именно беспокоило, Марина? – Заволновалась мама. – Рука немного побаливала, – она повела лангетом, подтверждая свои слова действием. – А голова не болит? – Продолжила свои расспросы мамуля. – Шишка у тебя внушительная. – Протянула Макена, потягивая какао из огромной кружки. – Это я приложилась лбом к переднему креслу, когда самолет тряхнуло. – Виновато улыбнулась моя девушка. – Не нужно было отстегивать ремень безопасности, но почти все были не пристегнуты. – Звездочки словила? – Макена! – Прикрикнула на нее мама, а я сурово посмотрел на сестру, но смолчал, понимая, что если заведусь, мало ей не покажется. – Заканчивай завтрак, я отвезу тебя на тренировку. – Одного слова отца было достаточно, чтобы эта шалунья притихла. – Что вы будете? – Спросила нас обоих мама. – Есть омлет, тосты…. Марина, я пока не знаю, что ты предпочитаешь на завтрак. – Она смущенно улыбнулась. – Так что, не стесняйся – спрашивай. – Спасибо, миссис Лотнер… – Дебора. – Поправила ее мама. – Давай без официальностей. – Хорошо… Дебора. – Зарделась моя девушка, а я залюбовался ею и нежно стиснул ее ладошку. – Есть не очень хочется, я бы, наверное, выпила молока. – А я хочу кофе. – Весело встрял я в разговор двух самых любимых женщин. – Тогда я все сейчас приготовлю. – Марина поднялась из-за стола. – Может, лучше я? – Понимая, что она вот-вот рассекретит себя, я не отпустил ее ручку, давая последний шанс не выдать нас. – Не нужно, Тейлор, позволь мне. – Но моя девушка, видимо, не сообразила или начисто забыла, что родителям невдомек о наших с ней прошлых совместных завтраках на этой самой кухне. Она уверенно направилась к шкафу, из которого извлекла мою любимую чашку, бокал для молока, небольшую кастрюльку, затем подошла к холодильнику за молоком и вернулась к плите, зажгла конфорку, поставила кастрюлю на плиту, налила молока; и пока оно закипало, включила кофе-машину, засыпала кофейных зерен, залила воды и поставила чашку, в которую через секунду полился горячий напиток. Все это время мы молча наблюдали за ее действиями, причем реакция у всех домочадцев была абсолютно разной: мама склонила голову набок, следя за Мариной и периодически мысленно обращаясь ко мне. В ее взгляде я мог прочесть все, что она обо мне думает. Отец хмыкнул и понимающе кивнул мне, затем снова уткнулся в газету. Макена с трудом сдерживала хихиканье, на всяких случай, отодвинув чашку с какао подальше, чтобы ненароком не поперхнуться. Даже она не рассказывала маме столь пикантных подробностей освоения ее кухни моей девушкой. А что касается меня, то я в жизни так не смущался, не зная, куда глаза девать, но понимая, что выкручиваться уже бесполезно, да и поздно. Марина сдала нас обоих с потрохами, превзошла все мои косяки, что я наделал в доме Лариных, в десятки раз. Понятно дело, что она вполне освоилась в доме еще со времен перемещения, но родителям ведь было невдомек о нашем с ней тело обмене, они могли судить лишь по тому, что видели, и эти выводы напрашивались сами собой. “Неужели она до сих пор не сообразила?” – Я поднялся из-за стола и подошел к ней, когда она как раз переливала подогретое молоко в высокий бокал: – Давай, я все подам. – И встретился взглядом со смущенной насмерть любимой девушкой. Конечно, она догадалась, что напортачила и перестаралась в своем желании поухаживать за мной, а теперь мечтала, наверное, только об одном – испариться с кухни, но, к сожалению или к счастью, это ее желание было неосуществимым. Я понимающе улыбнулся и коснулся ладонью ее пылающей щечки. – Возвращайся к столу, honey. – Что ж, я так понимаю, рассказывать тебе, что где находится, мне не придется, Марина. – Мама все-таки не удержалась и подколола нас обоих, как только я поставил бокал с молоком и чашку с кофе на стол, за который как раз присела моя девушка. – Мам, пожалуйста… – Тихо простонал я, желая замять эту неловкую ситуацию как можно скорее. – Сахар? – В маминых глазах плясали бесенята. – Тейлор любит сладкое молоко. – Спасибо, я тоже. – Пролепетала моя Марина, размешивая ложечкой сахарный песок. – Наш сын времени зря не терял, дорогая. – С ухмылкой пробурчал из-за газеты отец. – Я как чувствовал, что надолго оставлять его дома одного нельзя. – Пап! – Взмолился я, стиснув горячую чашку двумя руками. – Ну, будет вам! – А Тейлора только что папа отругал. – Пропищала сестра, всегда готовая подлить масла в огонь, когда дело касалось не ее. – Макена!! Ты у меня договоришься сейчас! – Рыкнул я на эту непоседу. Марина молча потягивала молоко и заливалась румянцем. – Когда вы поедете в больницу? – Спросила мама, и все шутки и подколки вмиг улетучились на фоне произошедшего. – Как только позавтракаем. – Ответил я, намазывая маслом тост. – Мам, я хотел попросить тебя договориться о приеме у нашего семейного врача, думаю, так будет лучше и спокойнее для Марины. – Я тоже думала об этом, сынок. – Она понимающе кивнула. – Хорошо, сейчас позвоню мистеру Лоренсу и запишу Марину на прием. – Зачем столько беспокойства? – Заволновалась моя девушка, не спеша потягивая молоко. – Мне вчера выписали направление в городскую больницу. – Марина, ты, что до сих пор не в курсе? – Удивленно воскликнула Макена. – Подожди, сейчас я тебе все покажу! – Она полезла в мобильник – загружать интернет. – Ничего ты ей показывать не будешь! – Решительно возразил я. – Я сам расскажу, когда посчитаю нужным, ясно тебе, Макена? – Что расскажешь? – Марина переводила испуганный взгляд с одного члена семьи на другого в поисках ответов на свои вопросы. – Что хотела показать мне Макена? Что вообще происходит? – И в этот момент у нее зазвонил мобильный. Не ее сломанный – его я так и не смог реанимировать, хорошо, хоть sim-карта не пострадала, сразу включилась в одном из старых мобильных телефонов, который я временно одолжил своей девушке до тех пор, пока не приобретем новый. – Странно… номер мне не знаком. – Она в недоумении переглянулась со мной и приложила трубку к уху, предварительно нажав кнопку приема. – Я слушаю… Да, это я… А кто говорит?... И мне очень приятно, мистер Джонсон… Простите?... Кажется, я не совсем поняла?... Что?... Вы обещаете сделать из меня звезду?... Вы шутите, что ли? – Она, похоже, окончательно растерялась, пока мы все прислушивались к одностороннему разговору. – Мне кажется, этот дядечка несет полный бред. – Прижав трубку к плечу, прошептала Марина. – Может, он номером ошибся? – Дай-ка мне трубку. – До меня, наконец, дошло, кто и зачем звонит. – Я разберусь. – С этими словами, я выхватил телефон из слабых ручек Марины и нажал кнопку сброса звонка. – Вот шакалы! И суток не прошло, как начали охоту, в надежде урвать самый большой и лакомый кусок! Я позвоню Джиму. – Поднявшись из-за стола, я переглянулся с отцом. – Да, я думаю, так будет лучше всего. – Поддержал он меня, конечно, без труда сообразив, о чем звонивший мог говорить с Мариной. – Тейлор, объясни мне, что случилось? – Я все объясню, honey, только сделаю пару звонков. – Словив напоследок непонимающий взгляд взволнованных серых глаз, я поспешил покинуть кухню, на ходу набирая своему агенту. Уладив все формальности и договорившись, что во второй половине дня Джим приедет к нам домой, я вернулся обратно к столу, за которым шла неторопливая беседа. – Все в порядке? – Тотчас же обратился ко мне отец. – В полном. – Я бросил мобильник на стол и присел рядом с Мариной. – Поздравляю, солнышко, ты только что обзавелась личным агентом, и теперь ни один мистер Джонсон или как его так, не потревожит тебя своими нелепыми предложениями. – В смысле? Зачем мне агент? – Набросилась на меня с расспросами моя девушка. – Тейлор, ты обещал! – Марина, понимаешь… – Я собирался с мыслями, не зная, с чего начать. Домочадцы ждали, не смея влезть в наш диалог, поскольку я сам просил не вмешиваться и доверить это мне. – Кое-что произошло во время твоего перелета. Мы и сами не могли предположить, какими будут последствия, но сегодняшний утренний звонок окончательно уверил в том, что рейтинг твоей популярности взлетел до немыслимых высот… – Милый, ты случаем не заболел? – Марина тронула мой лоб, проверяя, не горячий ли он. – Какой рейтинг? Какая популярность? – Сынок, объясни ты ей, наконец! – Не выдержала мама, наблюдая за нами. – Хорошо… Марина, за прошедшие сутки о тебе узнали миллионы людей, в данную минуту о твоем поступке говорят на каждом углу, все утренние газеты пестрят заголовками о русской девушке, интернет переполнен твоими фотографиями, количество запросов о тебе в твиттере превосходит все остальные во много раз. – Но почему? – Она смотрела на меня во все глаза. – Что я такого сделала? – Спасла маленькую девочку по имени Дженни из лап съехавшего с катушек идиота. – Пояснил я. – Откуда ты знаешь об этом? – В недоумении воскликнула моя девушка, обведя глазами всех, сидящих за столом. – Вы все в курсе? Но каким образом это стало достоянием общественности? Неужели несколько человек, которые явились невольными свидетелями, раструбили об этом за сутки по секрету всему свету? – Марина, давай я покажу тебе одно видео, и ты сразу все поймешь! – Снова воскликнула Макена, вклинившись в разговор. – Макена, не сейчас! – Беспокоясь за душевное состояние своей девушки, прикрикнул я на сестру. – Марина, мы пока не знаем, кто из пассажиров заснял на мобильную камеру все, что произошло в самолете, только сюжет о том, как ты практически в одиночку заставила того психа отпереть дверь туалетной кабинки, облетел весь мир еще до того, как Боинг приземлился в аэропорту. – Пояснила моя мама. – Быть такого не может! – В шоке прошептала она. – Я понимаю, что с этим непросто свыкнуться вот так в одночасье, просто знай, что ты у нас теперь знаменитость, о тебе говорят, с тобой мечтают познакомиться, тебя всюду ждут и т.д. и т.п. – Я замер, ожидая ее реакции. Марина запустила руку в волосы и задумалась на несколько минут, мы не торопили ее, дав столько времени, сколько ей нужно, чтобы принять эту сторону жизни, от которой ей теперь не отвертеться. Самым главным сейчас было поддержать ее, если вдруг она запаникует или испугается. Не каждый день люди просыпаются прославившимися на весь белый свет, и реакция на произошедшее у каждого абсолютно разная. Что чувствовала в данный момент Марина? О чем она думала? Я не знал, но очень хотел узнать, а еще жалел, что не могу прочесть ее мысли. Кофе почти остыл, когда Марина глубоко вздохнула и поочередно посмотрела на маму, папу, Макену, наконец, она встретилась взглядом со мной и заговорила: – Что бы ни произошло за последние сутки, это никак не отразится на моей жизни. Я не знаю, кому это нужно – раздувать шумиху из трагедии, которой чудом удалось избежать. Видит Бог, я не гналась за мнимой славой, а всего лишь хотела помочь людям, оказавшимся в беде. И если понадобится, я, не задумываясь, сделаю это снова. И ни в коем случае я не собираюсь кичиться какой-то популярностью, которая угаснет также быстро, как и вспыхнула. А мои планы на будущее никуда не денутся, и я по-прежнему хочу реализовать все, что задумала, поэтому прятаться дома, боясь столкнуться с папарацци, я не собираюсь. Самое главное, чтобы во все это не вовлекали мою семью, моих близких и друзей, а также всех вас. Свою личную жизнь я буду оберегать и защищать, в этом можете не сомневаться. – Она приложила ладонь к моей щеке. – Тейлор! – Я люблю тебя… – Одними губами прошептал я и поцеловал ее ладошку. – Видите, я так и думал. – Обратился к своей семье. – Моя Марина останется верной себе и своим принципам, несмотря ни на какие обстоятельства. Выдержке и самоконтролю этой девушки можно позавидовать. – Добро пожаловать в семью, Марина. – Улыбнулась ей мама. – Спасибо, Дебора. – Ручка моей honey стиснула мою ладонь, а я почувствовал, как адреналин забурлил в крови от осознания того, что все встало на свои места. Как бы мы ни пытались убежать от судьбы, она все расставила по своим местам, наказав обидчиков и воздав каждому по заслугам, даровав любовь потерянным душам и вселив уверенность в тех, кто до последнего времени сомневался в своих способностях. – Теперь у меня не только звездный брат, но и не менее популярная подружка. – Макена прихлопнула в ладоши. – Марина, ты проводишь меня в школу как-нибудь? – Обязательно провожу. – Воодушевилась моя любимая. – Ну, что касается жизни под прицелом фотокамер, к этому мы уже привыкли, благодаря Тейлору, дай Бог ему побольше успешных ролей. Тем не менее, сложившееся теперь положение пока никто не отменял, и агент тебе нужен, Марина. – Он вернул нас всех в реальность. – Я все еще не понимаю, зачем мне агент? – Любимая откинулась на спинку стула. – Я не модель, не актриса, не певица. Каким образом этот мистер звонивший собирался делать из меня звезду? – Да, ничего особо уже делать не надо, Марин. – Принялся терпеливо объяснять я. – Ты куда приехала, понимаешь? – В Америку. – Надув щечки, ответила она. Я снова вздохнул, загнав желание прибить кого-нибудь в самый дальний угол подсознания, видя, как сквозь тональный крем проступает синеватое пятно, неровными краями заливая скулу. – В Голливуд. – Уточнил я. – Послушай, honey, давай мы сейчас поедем к врачу, и по дороге я тебе все объясню. – Хорошо. – Он на удивление быстро согласилась, и я в который раз возликовал в душе. – А также тебе понадобятся услуги адвоката, но об этом не волнуйся, я уже договорился. – Отец затронул нелицеприятную сторону перелета моей девушки из Москвы в Лос-Анджелес. – Меня вызовут в суд? – Маринина ручка вздрогнула в моей ладони. – Марина, мы постараемся по максимуму оградить тебя от судебных тяжб и разбирательств, но ты основной свидетель произошедшего в самолете. В отношении того бунтаря уже заведено уголовное дело, его взяли под стражу, но не удивлюсь, если ему удастся выйти под залог – у него очень сильная защита, в прочем, Марк, мистер Дженкинс – твой адвокат, уверил меня в том, что с рук этому террористу преступление не сойдет. – Пояснил мой папа, стараясь донести до Марины суть, при этом, делая акцент именно на защите интересов моей девушки. – Завтра Марк приедет к нам, и вы поговорите в моем кабинете. Без свидетелей. – Он посмотрел на меня, а я хмыкнул, сжимая потную ладонь Марины, она разнервничалась, и ее состояние передалось и мне. – Не переживай, он не будет тебя мучить понапрасну, ты дашь показания и подробно расскажешь ему обо всем, что случилось. В суд тебя никто не будет вызывать по каждому поводу, надеюсь, нам удастся договориться, чтобы ты совсем там не появлялась до оглашения приговора, за исключением, когда тебя вызовут, как свидетеля. Вокруг тебя и так создалась шумиха, и каждая подобная вылазка в свет лишь усугубит интерес, потому будем прятать тебя по мере возможности. – Отец допил кофе и ободряюще улыбнулся моей девушке. – Мы все будем рядом, Марина, я не позволю, чтобы кто-то из близких пострадал от повышенного внимания репортеров, всегда так было и будет впредь. – Спасибо, па… – Папа, спасибо. – Подхватил я, «возвращая долг» этой расчувствовавшейся плаксе и спасая ее от проколов в присутствии наших родителей. – Как вам комната? – Мама переключила всех на более приятную тему. Понятное дело, проблемы и заботы не испарятся по обоюдному нашему желанию, но и зацикливаться только на них никто не собирался. – Дебора, она просто чудесная, мне всё очень понравилось, вживую гораздо лучше всё смотрится, чем на фотках, которые присылала мне Макена. – Марина с радостью поддержала обсуждение дизайна интерьера, и я выпустил ее ладошку, чтобы приняться за омлет, который мамуля как раз подала к столу, пока шел разговор о судах и следствиях. – Светлее и как-то просторнее стало, согласись? – Мама потягивала кофе и весело смотрела на мою засмущавшуюся девушку. – Мам, мне нравились прежние обои! – Вставил я свои «пять копеек». – Но соглашусь, эти тоже ничего. – Тейлор, но ведь действительно темно было даже днем. – Марина раскрошила тост на тарелке, но так и не съела ни кусочка. Мда… помнится, я за ужином в московской квартире более раскованно себя вел, наверное, есть хотел сильнее. – Твоему логову давно требовался капитальный ремонт, и теперь я буду поддерживать чистоту и порядок… – Только особо не увлекайся – выздоровей сначала, а потом будешь тряпками махать, ясно? – Яснее некуда! – Она показала мне язычок и захрустела, наконец, тостом. Я за считанные минуты разделался с завтраком, пока все домочадцы говорили обо всем и ни о чем. Вчерашняя нервотрепка сменилась самым обычным, ничем не примечательным утром. Но как я ждал именно этого! Часто мы принимаем простые вещи, как должное – не обращаем внимания, сосредотачиваясь на каких-то своих мыслях и переживаниях, но как же они радуют, когда вдруг случается то, что выбивает из привычной колеи. Аромат только что сваренного кофе и свежей выпечки, неспешная беседа о планах на день, улыбка мамы, заботливо подкладывающей еще один лакомый кусочек пирога, взгляд любимой девушки, которая, к слову сказать, почти и не притронулась к завтраку, может, волновалась, как знать. – Наверное, мы все же поедем… Тейлор? – Марина посмотрела на меня. – Спасибо за завтрак. – Она поднялась из-за стола. – Но ты так ничего и не съела. – Засуетилась мама. – Все нормально, мам, мы перекусим после посещения больницы. – Я тоже поднялся вслед за Мариной и попутно схватил поджаренный с маслом тост. – Предупреди мистера Лоренса, что мы подъедем часа через полтора. – Не волнуйся, сынок, я позвоню ему. – Она принялась убирать со стола. – Макена допивай свое какао и марш собираться на тренировку. *** – Итак, я слушаю. – Марина наблюдала, как я пристегиваю ее ремнем безопасности. – Тейлор, да все в порядке, ты меня достаточно уже зафиксировал – из салона машины не вылечу, поехали! – Как голова? – Я дернул за ремень еще раз, проверяя крепление, Марина только закатила глаза. – Здорова, как космонавт! – Она вцепилась в мои волосы на затылке и поцеловала. – Ого! – Я усмехнулся в сладкие медовые губки, также еще хранящие запах теплого молока с привкусом мятной жвачки. – Мисс Ларина, люблю, как в вас просыпается плохая… – Марина не дала мне договорить, снова притянув к себе, целуя со всей страстью, жадно, ненасытно, смело. – Едем? – Родные серые глаза смотрели с любовью. – Я хочу поскорее отделаться от больницы. – Едем. – Я завел машину, и мы выехали из гаража. – Тейлор… – Да-да, конечно, – я вырулил на дорогу и не спеша покатил вдоль знакомой с детства улицы. – Марин, в Лос-Анджелесе куда легче раскрутиться, чем в любом другом городе мира. – Я внимательно следил за дорогой, а моя девушка в это время внимательно смотрела на меня. – При наличии продвинутого агента, пиар-менеджера и еще пары-тройки людей, знающих о шоу-бизнесе все, это вообще пустяковое дело, разумеется, если тебе есть, что предложить. – Я всегда считала, что талантливый человек сам проложит себе путь к славе. – Наивная ты моя, знаешь, сколько лет я шел к этой самой славе, прошибая себе путь лбом о закрытые двери? – Я усмехнулся и мельком взглянул на Марину. – Знаю. – Она тоже улыбнулась. – Но в итоге у тебя все получилось, Тей, потому что ты невероятно талантлив, харизматичен, ты прекрасный актер, и у тебя большое будущее. Только какое отношение ко всему этому имею я? – Сейчас ты у всех на устах, и не сегодня-завтра на тебя посыплются предложения посетить то или иное шоу, сняться в рекламе, заключить контракт, не знаю, с модельным агентством, например. – Я занял левую полосу, влившись в плотный поток машин. – Ты у меня очень красивая девушка, honey. – Милый, спасибо за комплимент. – Промурлыкала она и послала мне воздушный поцелуй. – И теперь мне все-таки придется делить тебя со всем миром, Марина. – Я присвистнул. – Тейлор, я не собираюсь сворачивать с намеченного пути, я окончу школу и поступлю в университет, а еще мы снимем квартиру. Снимем, да? – Она замерла в ожидании. – Конечно, но пока ты не поправилась, даже лучше, что мы поживем какое-то время у родителей. – Я свернул на улицу, на которой располагался медицинский центр. – И что касается агента, то мне будет спокойнее, если ты будешь находиться под моим присмотром. Поверь, Джим быстро отвадит всех ненужных людей. – Я не думаю, что из этой затеи выйдет что-то путное. – Марина поежилась от одного только вида больничного здания. – Через пару недель все забудут о случившемся, и жизнь войдет в привычное русло. – Не бойся, все будет хорошо. – Уловив ее страх, тотчас же успокоил я и отстегнул свой ремень безопасности. – А, что касается всей этой шумихи вокруг твоего имени, не спеши отнекиваться, вдруг, что дельное предложат. – Хорошо, но я все равно не буду принимать поспешных решений. – Ты всегда можешь обратиться за советом ко мне или Джиму. – Я наклонился к Марине и поцеловал ее в пострадавшую щечку, а затем неслышно отстегнул ее ремень безопасности. – Пойдем? – Только не оставляй меня. – Простонала она, готовая расплакаться в любую минуту. – Не оставлю, обещаю. – Я вышел из машины и, обойдя ее, открыл дверь, помогая Марине выбраться.